творение.
Все будет топливом для Калагни, пока освобожденное от оков бытие Рудры не прорвется сквозь пламя. Прорыв из времени в надвременное бытие — misterium tremendum" Шивы Бхайравы. Это возвращение надвременного бытия Непроявленного, как было до начала. Бхайрава — это цельный Рудра в момент прорыва из времени (Кала) в надвременную безмерность (Махакала) Непроявленного.
Бхайрава отрезал ногтем пятую голову Главы Вселенной. Голова упала в его руку и прилипла к левой ладони223. Махадева заставил Бхайраву, свою «иную форму», принять обет Капалика и бродить по миру, собирая пожертвования в этот череп до тех пор, пока он сам не отпадет от руки. Бхайраве пришлось принять этот обет, Капалика Врату224, во искупление своего греха обезглавливания Главы Мира, отсечения головы Создателя, своего отца. Хуже, чем отцеубийство, было то, что Бхайрава отрезал голову брахмана, а убийство брахмана с древнейших времен считалось худшим из преступлений225.
Misterium tremendum (лат.) — великая тайна. —Прим. пер.
Голова Брахмы прилипла к ладони Бхайравы. Когда Индра отрезал голову демона Намучи, та катилась за ним и обвиняла его226. Голова Брахмы прилипла к руке Бхайравы. Обвинение приняло форму ужасной фурии, называемой brahmahatya, грех убийства брахмана.
Стхану и Бхайрава — это символ и образ Шивы как трансцендентной реальности в отношении творения. Стхану — символ неподвижности, начальной точки творения; Бхайрава уводит от сотворенного мира. Оба — образы возвращения от мира времени в Непроявленное; последний в отношении космической, а первый — микрокосмической, йогической реализации.
6. БЛУЖДАНИЯ БХАЙРАВЫ
КАК БОЖЕСТВЕННОГО БРОДЯГИ
Махадева Калабхайрава блуждал по трем мирам с черепом в руке. Он пришел в лес Деодар 227. Мудрецы, обитавшие в лесу, не узнали обнаженного нищего с чашей. Они были заняты аскетической практикой и поддерживали священный огонь; условности соблюдали, но Путь к освобождению был ими утрачен228.
Они были шокированы видом обнаженного нищего, нарушившего установленный порядок их жизни. Бхайрава появился в форме Бхикшатаны, Божественного Бродяги. Как Капалика(Капалин), «носитель чаши в виде черепа», Шива известен в Махабхарате229; он также известен там как Махакала230.
Бхайрава-Бхикшатана, молодой, совершенно обнаженный, не имеющий каких-либо отличительных атрибутов, кроме чаши для подаяния и гирлянды из лесных цветов, привлекал женщин и выводил из себя мудрецов. Божественный Бродяга, который выглядел и вел себя невиданным образом, подверг риши проверке. Он возбудил их чувство собственности и ревность. Их меньше задели даже прерывание их подвижничества и потеря энергии, накопленной долгими упорными упражнениями, возраставшей благодаря верности их жен231.
Последующая кастрация Господа, отпадение лингама Божественного Бродяги в лесу Деодар на Горе Химаван и его преображение, была таким же важным событием, как отпадение головы Брахмы на вершине Горы Меру, описанное в Ведах. Шива-Бхайрава снес голову Брахмы, средоточие сознания Творца. Бхайрава завершил мифическое время, которое началось с соития Отца и дочери и выстрела Рудры. Отрезав голову Брахмы, Рудра, который был Калой, стал Махакалой, парадоксом времени в трансценденции или реализацией вечности. Пустой череп Брахмы прилип к руке Бхайравы. Обратившись в чашу для подаяния Божественного Бродяги, он требовал наполнения.
Шаг Калы, времени опыта, по направлению к реализации метафизического времени или надвременного бытия обозначен началом странствований Бхайравы в тройственном мире. Не имевший иного одеяния, кроме неба, он протягивал чашу для подаяния; очарованные женщины леса Деодар с готовностью наполняли ее пожертвованиями. Лингам его не просто отпал, как голова Брахмы. Отделившись, он трансформировался в пылающий столб без начала и конца и пронзил космос.
В предыдущем эоне Рудра при появлении из вод в гневе оторвал свой лингам. Лингам был бесполезен ему, поскольку он не желал порождать смертных, и кое-кто другой, а именно Дакша, исполнил приказ Брахмы. Это была задача не для Рудры, Неистового Бога, Великого Йога. В лесу Деодар странно соблазнительный нищий йог позволил своему лингаму отпасть. Мудрецы прокляли орган похоти Божественного Бродяги, ужасного бога Бхайравы.
Если бы они не поддались гневу из-за его шокирующего вида и заглянули в его чашу для пожертвований, они бы узрели смерть, глядящую на них из черепа. Быть может, странный йог был не в себе; он завывал, танцевал и улыбался блаженно и страшно. Он нарушал все условности и приличия, ограничений для него не существовало. Он превзошел смерть; пребывающий вне времени, он в то же время был убийцей. Он убил своего отца, Создателя, брахмана. Голову Брахмы было невозможно отделить от его руки; Брахмахатья, его грех, преследовала его. Жители леса не знали, что тот, кто их потревожил, исполнял обет Капалика во искупление своего греха. Когда он шел по лесу, антилопы, поднимаясь на задние ноги, тянулись к руке Великого Бога. Он угощал их молодыми листьями. Таким индийские скульпторы и художники помнили и изображали Бхикшатану, Божественного Бродягу232. Они заботливо вырисовывали животное (мрига). В начале творения форму антилопы принял сам Отец Праджапати.
Рудра допустил отпадение своего лингама, ибо мудрецы были враждебно настроены к нему233 — органу похоти в его наготе. Узрев лишь игривое обольщение, обитатели леса в действительности приняли участие в мистерии Рудры-Бхайравы. Отрезав голову Брахмы, он поднялся над самим собой как Время и Смерть. Это был прорыв из его манифестации, проявления, в Непроявленное. В лесу Деодар Рудра допустил, чтобы его лингам отпал, словно созревший плод. Когда лингам коснулся земли, пугающие знамения провозгласили его преображение.
Лингам, как и Бхайрава, является полным проявлением Шивы, один обитает за пределами времени, в безвременности Непроявленного, другой пронзает космос. Хотя обитатели леса не узнали Господа в его форме обнаженного Бхайравы, они сыграли свою роль в отпадении фаллоса и стали свидетелями его трансформации. Поклонившись Господу в лингаме, они обрели спокойствие. Когда лингам отпал, Шива исчез 234.
Калабхайрава, Шанкара, приносящий покой, продолжил свое паломничество; женщины последовали за ним. Они пели и танцевали перед темнолицым властелином, Ка-лабхайравой. Затем Шанкара подошел к обители Вишну235.
В лесу Деодар Калабхайрава не демонстрировал черноту своего лица, хотя некоторые замечали на лице странного нищего ужасные клыки236. Тем, кто видел его в лесу Деодар, Господь Шива являлся в разных обликах, и действия его наблюдатели интерпретировали по-разному. Он пришел в лес Деодар во искупление греха, верный своему обету Капалика. Он пришел, чтобы дать знание отрешенности и покоя 237. Он явил себя в своей наготе; он сбивал с толку, ввергал в гнев, испытывал мудрецов и дал им просветление, позволив изувечить себя. Это было частью его паломничества, и он продолжал свое продвижение.
Обитателям леса, не узнавшим бога, он казался златоликим, прекрасным238 или безобразным и увечным
