смогло наполнить чашу Шивы265; Вишну также не сумел убедить Брахмахатью отвязаться от владельца трезубца 266. Вишну повторил совет, данный Шивой Нила-Лохитой Шиве Бхайраве: Бхайрава должен отправиться в святой город Варанаси, где он освободится от греха и черепа Брахмы267.
Шива Бхайрава покинул обитель Вишну; он намеревался посетить все важнейшие храмы и места паломничества. Как обычно, великого аскета Шиву Бхайраву сопровождали Праматхи (духи взбивания), восхваляя его. Он танцевал, все еще неся на своем трезубце труп Вишваксены. Вишну, взволнованный танцем Господа, устремился за ним. Махадева, Великий Бог, само воплощение бесконечной йоги, при виде Вишну танцевал вновь и вновь. Сопровождаемый Вишну, Брахмахатьей и своими сонмами духов взбивания, на чудесном быке Дхарме, Бхайрава вступил в Варанаси. Когда Бог богов вошел в святой город, несчастная Брах-махатья с криком провалилась в ад. В Варанаси Шанкара положил череп перед своими ганами, оживил Вишваксену и вернул его Вишну268.
Бхайрава — воплощение прорыва в Непроявленное, символ разрушения всего случайного, — покинув лес в сопровождении неистовствующих женщин 269, в ходе паломничества пришел в дом Вишну. Вишваксена, привратник, не узнав Махадеву, попытался помешать ему войти в обитель Вишну. Исполняя свой долг, он был пронзен трезубцем Шивы. Бхайрава, держа труп Вишваксены на трезубце и вытянув левую руку с чашей, вошел во дворец. Узнав, почему Шива просит пожертвования, Вишну, Вседержитель Вселенной, направил поток крови из своего лба в его чашу, но не сумел наполнить ее.
Бхайрава продолжил свое паломничество. Танцуя в священном безумии, он двигался по направлению к Варанаси. Вишну влекло вослед танцующему богу, и он не мог противиться этому влечению. Не было конца танцу Шивы, погруженного в бесконечную йогу 270, пока Великий Бог, Шанкара, умиротворяющий, не достиг Варанаси. Череп Творца с кровью Поддерживающего Вселенную и труп Вишваксены раскачивались в руках танцующего Рудры, Разрушителя оков и освободителя.
В Варанаси, как постановил Парамешвара Шива, грех (Брахмахатья) оставил Бхайраву. С тех пор, кто бы ни приходил в Варанаси с преданностью, очищается от греха, даже от греха убийства брахмана. Святое место, где череп Брахмы упал на землю, известно как Капаламочана, «освобождение от черепа». Шива появился в форме Бхай-равы на восьмой день месяца Маргаширас, «Головы антилопы»271.
Нисхождение на землю Бхайравы, который есть смерть Смерти, его приход в святой город Варанаси, город освобождения, описывается в Пуранах с некоторыми вариациями. Вишну, еще не задав вопрос Бхайраве, узнал Махадеву и спросил его, для чего ему играть эту роль. Узнав о причине, он согласился с Бхайравой: «Играй роль, какую тебе угодно»272. Он видел насквозь драму, которую Маха-дева сыграл для мудрецов и богов. Вишну знал, что Верховный Дух принимает формы по желанию, что появление перед ним в таком виде — прихоть Господа. Уже сам вид Шивы дает освобождение 273.
Шива танцевал, когда череп упал из его руки 274. Танцевал ли Шива, по одной версии, на пути в святой город, как он танцевал в лесу Деодар, или же он танцевал от радости в Варанаси, когда от его руки отпал череп, говорится, что Шива явил себя Бхайравой на восьмой день темной половины месяца Маргаширас, месяца, названного в честь созвездия Мригаширас, Головы Праджапати.
Варанаси — не единственное священное место, где Бхайрава освободился от черепа Брахмы; но ни один конечный пункт паломничества Бхайравы не равняется по святости с Варанаси и не имеет столь значительного мифа. А легенда о святости Капалешвары повествует о жертвоприношении, проведенном на небесах Брахмой и Гая-три. Обнаженный человек, свирепый и отвратительный, с черепом в руке, подошел и сказал: «Дайте мне поесть». Участники жертвоприношения хотели прогнать грешного обнаженного Капалина, осквернявшего священный ритуал. Но отвратительный нищий сказал, что, услышав о жертвоприношении Брахмы, он пришел издалека. Он голоден — почему они поносят его? Брахманы настаивали, чтобы он немедленно удалился, ибо этот зал — не место для изнуренного голодом. Когда назойливый бродяга услышал это, он бросил череп на пол. Брахманы просили его убрать череп. Нищий не шелохнулся, и брахманы велели кому-нибудь выкинуть череп, подцепив палкой. Но, когда это было исполнено, тут же появился другой череп. Когда выкинули и его, появился еще один. И так продолжалось сто тысяч лет. Горы черепов осквернили жертвоприношение. Наконец Брахма спросил непрошеного гостя, зачем он испортил им жертвоприношение. Шива ответил ему: «Ты знаешь, Мне делаются иные подношения, чем другим богам, мне нужна особая доля». Брахма уверил Шиву, что в будущем ни одно жертвоприношение, не принимающее во внимание Шиву, не будет считаться законченным. Ему будет всегда исполняться особый гимн. Он будет стоять у ворот с черепом в руках и будет известен как Капалешвара, владыка черепов. Тогда Шива уничтожил накопившиеся черепа275.
В этом фэнтези о черепах, заменившем прилипший к руке череп бесконечным рядом самовозникающих черепов, Бхикшатана, Божественный Бродяга, появился как голодный, обнаженный нищий; некоторые, однако, говорят, что он был одет в грязные лохмотья276. Униженным, а затем принятым незваным гостем был Рудра, человек, появлявшийся в темной одежде на ведическом жертвоприношении277 еще до того, как в индийских мифах появился Брахма.
В другом месте говорится, что Брахма спровоцировал свое обезглавливание, когда его новорожденный сын Рудра сидел на его плече, и пятая голова Брахмы воспевала Атхарвана мантру. «О Капалин, о Рудра... защити мир...» Впоследствии Рудра отрезал голову Отцу 278. Он стал Ка-палином и соблюдал обет Капаликов 279, предписанный для убийц брахманов 28°. Выполнение этого обета привело его в Варанаси281. Блуждая по земле, Рудра разделил голову Брахмы, держа один кусок черепа в руке, поместив другие куски в свои волосы, сплел себе священный шнур из его волос и сделал бусы из его четок и гирлянды из его «большой» кости282. На бронзовом изображении XI века ухмыляется череп с пробора волос сверхъестественно привлекательного Бхикшатаны283.
В этой версии Шива носил не одну голову Брахмы в руке или на волосах, но его видели и с гирляндами из голов, тысяч голов 284, и предпочитал он места сжигания трупов285. В таких «местах отдыха» Шива танцевал. Тому, кто преодолел смерть, ее формы — черепа и кости — были только украшением, покачивающимися в танце вместе с его телом.
Мрачное обилие напоминающих о смерти украшений было только продолжением оргиастического входа Шивы в дом Вишну. С черепом Брахмы, Творца, прилипшим к одной руке, Бхайрава пронзил Вишваксену, непонятливого, но исполнительного привратника. Щеголяя телом Виш-ваксены на своем трезубце, Неистовый Бог переступил
