в этот день погода заметно улучшилась, и авиация союзников получила возможность подняться в воздух, гусары вызвали поддержку «Тайфунов» 83‐й группы Королевских ВВС. Однако пилоты не смогли выявить позиции немецких танков даже после того, как гусары пометили их красными дымовыми снарядами. «Одна из бомб упала среди наших танков и тут же вся северная часть холма покрылась желтым дымом, контейнеры с которым устанавливались на каждом танке, чтобы иметь возможность обозначить дружественные войска. Один из командиров уронил дымовую шашку внутрь танка, немало развеселив всех, кто был поблизости, поскольку члены экипажа стали в панике выпрыгивать наружу».
В 15:30 передовая группа гусар, которая к этому моменту состояла из танков эскадронов «В» и «С», а также пехоты роты «Н» Стрелковой бригады, потеряла больше десяти «Шерманов» и истратила практически весь боезапас. Им приказали отступить к деревне Барон, в то время как на высоту 112 был направлен 3‐й тб. Пока танки выполняли эту рокировку, рота «Н» выдвинулась вперед и захватила рощу на вершине высоты, выдавив из нее примерно 70 немецких солдат. Новость, что британцы захватили высоту 112, была передана по телефону в 8‐ю бригаду небельверферов. Фельдфебель Дорн, принявший звонок, доложил командиру 6‐й батареи гауптману Гендлю: «Британцы на вершине высоты. Танк «Шерман» остановился всего в 5 метрах от одного из наших постов наблюдения. Ради бога, не звоните туда – это их выдаст». Чтобы разобраться в том, что произошло, фельдфебель Дорн отправился с патрулем на открытый южный склон высоты, был быстро обнаружен британцами и ретировался, теряя людей. Его рапорт подтвердил самые худшие опасения: «На высоте не только кучка танков. Томми перебрасывают туда противотанковые орудия, пулеметы и минометы».
Британские солдаты из 8‐го батальона Королевского шотландского пехотного полка под прикрытием танка «Черчилль» из состава 7‐го танкового полка 31‐й танковой бригады.
В штабе 12‐го тп СС оберштурмбаннфюрер Макс Вюнше быстро организовал контратаку. Несколько пантер 1‐го батальона 12‐го тп СС атаковали с юга, а группа Panzer IV 2‐го батальона двинулась на высоту с юго-запада. Немецкие танки построились клином и нанесли удар непосредственно в ту часть плато, которой овладела пехота 8‐го батальона Стрелковой бригады. Шарфюрер Вилли Кретшмар командовал одним из танков, ползущих по склону высоты со стороны деревни Эске. «Когда я выбрался из небольшого леса, я остановился и хорошенько осмотрелся. Я изучал местность, расстилавшуюся слева от меня, высматривал танки и противотанковые орудия. Ничего подозрительного! «Танки вперед!», – прокричал я. Мы прошли 10 или 15 метров, когда мою машину сотряс мощный удар. Полетели искры. Снаряд попал нам в правый бок. «Задний ход!» Рядовой Шнайдер реагировал как молния. Мы отступали на полной скорости. Назад, под прикрытие леса. И как раз вовремя! Англичане почти достали нас. Прямо перед нами, в каких‐то сантиметрах от носовой части танка бронебойный снаряд британцев пропахал черную борозду в траве». Несколько британских пехотных отделений отступили, но остальные имели достаточную противотанковую мощь, чтобы отбить атаку. Но и количество подбитых «Шерманов» на высоте 112 значительно выросло.
Солдаты британской 49‐й Вест-Ридингской пехотной дивизии несут раненого для погрузки на бронетранспортер «Универсал».
Солдаты дивизии «Гитлерюгенд» не намерены была мириться с присутствием британцев на ключевой высоте. Артиллерия и минометы обрушили на плато и северные подход к нему дождь снарядов и мин. Рядовой Норман Хабертайн из роты «G» 8‐го батальона Стрелковой бригады описал прибытие своего подразделения на плато высоты 112. «Противник, вероятно, наблюдал за тем, как мы прибыли, и прежде, чем были выкопаны траншеи, дал по нам хороший залп своих «Стонущих Минни». Ничего не оставалось делать, как упасть на землю и лежать, вжимаясь в нее. Полугусеничный транспортер в нескольких метрах от меня разнесло на части прямым попаданием. Когда налет прекратился, батальон был в состоянии полного хаоса. Вся ротная техника перемешалась, никто не знал, где их отделение или взвод, раненые кричали, и командиры не могли добиться выполнения приказов».
На закате немцы предприняли еще одну контратаку рощи на вершине высоты 112. Британская артиллерия пыталась остановить это наступление, но успеха не добилась, и рота «G» Стрелковой бригады вынуждена была отступить. Однако северный край высоты по‐прежнему оставался под контролем британцев. Несмотря на потерю в течение дня почти 40 «Шерманов», они намерены были утром 29 июня предпринять новую атаку плато.
Дебют 2‐го танкового корпуса СС в Нормандии
Общая задача 2‐го корпуса была обозначена в приказе фон Швеппенбурга следующим образом: «Атаковать по обоим берегам реки Одон на северо-восток для того, чтобы ликвидировать прорыв противника на юго-восток и зачистить шоссе Кан – Виллер-Бокаж». Таким образом, немецкий план состоял в том, чтобы ударить по «Шотландскому коридору» с запада, причем 9‐й тд предстояло наступать севернее реки Одон, а 10‐й тд СС – южнее. Дивизия «Гогенштауфен» должна была захватить деревни Гренвиль-сюр-Одон, Муан и Шё и, в итоге, выйти к аэродрому Карпике. Дивизии «Фрундсберг» доставались Гаврю, Барон-сюр-Одон, высота 112 и Версон. Левый фланг 9‐й тд СС будет прикрывать кампфгруппа Вайдингера, а капмфгруппа Фрея и элементы 12‐й тд СС будут действовать на правом фланге. Контратаку 2‐го тк СС назначили на 07:00 29 июня, но на рассвете район сосредоточения 9‐й тд СС подвергся удару авиации союзников, а несколько ключевых элементов 10‐й тд СС задержались на марше и опаздывали к часу «Ч». В итоге, атаку перенесли сначала на 10:00, а потом и вовсе на 14:00. Спешка, сопровождавшая подготовку удара, привела к тому, что не все подразделения были уведомлены о переносе, и 7‐я танковая рота 10‐й тд СС выступила к своей цели – высоте 113 – в намеченное первоначально время – 07:00. Это спровоцировало боестолкновение с британскими силами, которое стало едва ли не самым эффектным выступлением корпуса в его дебютной битве в Нормандии.
Оберштурмфюрер Франц Ридель выдвинул свою 7‐ю роту из Эвреси в полной уверенности, что 4‐я и 5‐я роты поддержат его атаку в направлении Гаврю. «Штурмгешютцы», которыми была вооружена рота, благополучно добрались до высоты 113. По северному склону холма им навстречу двигались шерманы эскадрона «С» 44‐го тб 4‐й танковой бригады и мотопехота 2‐го моторизованного батальона Стрелковой бригады, временно приданные 11‐й бронетанковой дивизии. Батальон получил задачу расширить береговой плацдарм в направлении Эвреси и леса Бужи. При этом эскадрон «В» батальона наступал непосредственно в Эвреси, а эскадрон «А» – к Эске-Нотр-Дам.
Эскадрон «С» должен был прикрывать их огнем с высоты 113, которая доминировала над местностью. Ни один труд, посвященный истории 2‐го тк СС, не обходится без подробного описания скоротечного боя, вспыхнувшего после того, как две танковые группы натолкнулись друг
