тогда думали так же. В тот момент, когда одни наши товарищи лежали мертвыми на тех проклятых полях, а другие выли от боли на перевязочных пунктах, оскорбленные чувства этого напыщенного павиана в погонах нас совершенно не волновали». Тем не менее, нескольким сержантам батальона после этого «выступления» командира пришлось расстаться с нашивками и превратится в обычных рядовых.
«Кровавая баня», устроенная 10‐му Хайлэндскому батальону ротой Сигеля и панцергренадерами батальона Сибкена, имела одно важное последствие для хода операции. Отражение безуспешных атак горцев на западном фланге отвлекло внимание от происходящего восточнее. В 05:30 командир резервного батальона 227‐й бригады – 2‐го батальона Аргильских и Сазерлендских горцев – подполковник Джон Твиди – был срочно вызван в штаб, где получил приказ выступить в 07:30 при поддержке танков 23‐го Гусарского батальона на юг через позиции гордонцев с задачей захватить переправу через Одон у деревни Турмовиль. Подполковнику Твиди пришлось изрядно потрудиться, чтобы провести свой батальон через все еще переполненную войсками деревню Шё. Миновав ручей Сольбе, батальон развернулся на стартовой линии на восточном склоне Кольцевого контура в ожидании намеченного артналета. Опыт, полученный 2‐м Гордонским батальоном накануне вечером при атаке Кольвиля, не сулил аргильцам ничего хорошего. Но неожиданно им улыбнулась удача. В 09:30 началась организованная Диттрихом атака во фланг 8‐го корпуса силами подкреплений, переброшенных из Сен-Ло. Она была нацелена на Шё – нервный узел британского прорыва, но результат оказался разочаровывающе скромным. Панцергренадеры дивизии опоздали к намеченному часу «Ч», и 17 пантер 2‐й тд пошли вперед без пехотной поддержки. Часть из них ударила по деревне Ле Боск, в тыл 10‐го батальона горцев. 5‐й батальон герцога Корнуольского в этот момент входил в деревню с задачей сменить 9‐й Камеронский батальон и вынужден был сходу вступить в бой. Поначалу фортуна благоволила немцам. Шесть пантер вклинились в порядки корнуольцев и разгромили штаб батальона. Командир батальона подполковник Атертон был убит. Но спустя короткое время четыре немецких танка были уничтожены пехотой с помощью гранатометов ПИАТ. Оставшиеся две «Пантеры» предпочли ретироваться. Они присоединились к отряду, сменившему на позициях истекающую кровью роту Сиберта. Однако основное острие контратаки танковой кампфгруппы 2‐й тд было нацелено на Шё. На подходе к деревне «Пантеры» попали под огонь 17‐фунтовых орудий 1‐го Ворчестерширского батальона, который в течение ночи принял ответственность за оборону деревни и успел сформировать надежный противотанковый экран. Как минимум три пантеры 3‐го танкового полка остались дымить на полях юго-западнее деревни. Позже Хуберт Мейер объяснил неудачу тем, что заносчивый командир танкового отряда 2‐й тд не пожелал слушать рекомендации офицеров дивизии «Гитлерюгенд» и завел своих людей в ловушку, подготовленную британцами.
Эта атака сместила фокус внимания немцев и на некоторое время оставила без должной поддержки солдат 15‐й роты 25‐го панцергренадерского полка СС и 12‐го разведбатальона СС, оборонявших Кольвиль. Накануне гордонский батальон уже изрядно потрепал их позиции, теперь аргильцы нанесли добивающий удар. 88‐мм орудия 1‐й батареи 53‐го зенитного полка пали под натиском пехоты, и танки 23‐го Гусарского батальона хлынули на улицы деревни. В течение нескольких часов аргильцы зачищали Кольвиль, выкуривая противника из домов и садов. Подполковника Твиди не смутили открытые фланги и неопределенность перед фронтом батальона. В 15:00 он направил свои роты к главной цели – мосту через Одон. Передовой взвод роты «В» под командованием лейтенанта Эдвардса быстро достиг шоссе Кан – Виллер-Бокаж в непосредственной близости от Турвиль-сюр-Одон. Немцы активно использовали шоссе для снабжения своей обороны, и солдаты Эдвардса попали под огонь сопровождавшего транспортную колонну бронеавтомобиля. Чуть позже подали голос установленные на окраине Турвиля пулеметы. Когда к шоссе подошли еще несколько взводов роты, аргильцы начали штурм деревни. Западнее, ближе к деревне Модревиль, к шоссе вышла рота «А» и успешно блокировала движение противника по нему. Позже рота «С» атаковала непосредственно Модревиль и быстро вытеснила остатки штабной роты 12‐го разведбатальона СС. В Турвиле аргильцам пришлось иметь дело с несколькими танками Pz. IV (которые в боевых донесениях традиционно именовались тиграми). Но действуя дерзко и выдвигая свои 6‐фунтовые орудия на прямую наводку, они сумели уничтожить один из танков и заставили остальные отступить. Пока рота «А» совместно с ротой транспортеров зачищала деревню, рота «D» выдвинулась вперед и обосновалась на возвышенности, доминирующей над мостом Турмовиль. Прорыв британских сил на восточном фланге внес сумятицу в немецкую оборону. Как только пала деревня Кольвиль, 2‐й Гордонский батальон сменил в ней аргильцев. Немецкие силы, яростно защищавшие Кольцевой контур 100 26 июня, предпочли отойти на юг, опасаясь оказаться отрезанными. 7‐й Сифортский батальон, не мешкая, овладел этой важной возвышенностью. 29‐я бронебригада также воспользовалась открывшимися возможностями завершить фазу 2 операции «Эпсом» и бросила 2‐й батальон йоменов Файфа и Форфара в Гренвиль-сюр-Одон, а 3‐й тб – к Муан.
Самоходная гаубица «Веспе» из артполка 12 тд СС «Гитлерюгенд».
«Пантера» № 219 из 12 тд СС подбитая 27 июня солдатами 15‐ой Шотландской пехотной дивизии рядом с Турвиль-сюр-Одон.
История 2‐го Аргильского батальона отмечает: «Бросок роты «С» к мосту через Одон был, пожалуй, самым классическим маневром, выполненным батальоном в течение всей кампании. Под командой майора Алана Файфа рота перемещалась от изгороди к изгороди, используя типовую тактику огня и маневра, при которой один взвод шел вперед, а остальные поддерживали и прикрывали его. Финальный рывок через пшеничное поле позволил солдатам Файфа неожиданно атаковать мост и быстро подавить оборонявшие его три пулеметных гнезда. Рота захватила мост неповрежденным в 17:00 при весьма умеренных потерях. Майор Файф за умелое руководство был представлен к Военному кресту». Пехота спешно окопалась на южном берегу реки, а несколько патрулей прочесали деревню, не обнаружив в ней противника. С прибытием на место всех трех рот, вокруг моста был сформирован плацдарм диаметром примерно 200 метров. Первая попытка сообщить в штаб бригады о том, что цель Quags захвачена, закончилась неудачей – в лесистой низине радиостанции аргильцев отказались работать. Понимая, что отвоеванный батальоном узкий выступ в долине Одон остро нуждается в усилении и расширении, связисты предприняли рискованную вылазку к ближайшей возвышенности, и на этот раз рапорт об успехе аргильцев достиг адресата. «Шерманы» эскадрона «С» 23‐го Гусарского батальона прибыли к мосту в 19:00. Пехота встретила их с большим воодушевлением. Танки быстро переправились через реку, прошли насквозь Турмовиль и развернулись у южной окраины деревни. Как записано в истории батальона, танки «шли на самой низкой передаче, поднимаясь по узкому и крутому проселку, проложенному через лесистую и труднопроходимую местность, и только на окраине Турмовиля (южнее реки Одон) впервые получили возможность развернуться на местности с хорошими полями обзора и огня. Командиры и стрелки напрягали глаза, запорошенные песком и пылью. Эти кусты впереди не являются ли
