– Форт расположен немного дальше, впереди, – сказал он им. – Заложники внутри. Я видел их сверху. Охраняет их сброд из банды Лисипа, но, кроме того, я заметил одного из людей Ермака. Возможно, есть и другие. У меня есть пропуск от Лисипа, так что я смогу пройти внутрь. – И он показал свинцовую печать, которую дал ему старый разбойник.
– Как только я войду, – продолжал киммериец, – вы должны немедленно атаковать. Изнутри ворота открыть нельзя. Охранникам придется выйти и отпереть их снаружи. Так что вам надо будет поторопиться.
Про себя Конан подумал мрачно, что, сколь бы сильны и решительны эти люди ни были, бегуны из них плохие.
– Ты, главное, ворота открой, – сказал Беллас, – а после этого мы уж доделаем все остальное.
– Не обольщайся, – остерег его Конан. – Я не знаю, сколько там бойцов Ермака.
– Сколько бы ни было, они умрут вместе с остальными, – сказал Беллас.
– Умрут-то они умрут, только унесут с собой много ваших жизней, – проворчал Конан. – Не пытайтесь сражаться с ними один на один. Как только увидите одного из парней Ермака, атакуйте его сразу вдвоем или втроем. Двигайтесь как можно быстрее, нападайте со всех сторон. И главное, когда завяжется схватка, не мешайте друг другу, не толкайтесь.
Рудокопы с серьезным видом кивали. Конану оставалось надеяться, что они не забудут его наставлений в пылу битвы.
– Ну я пошел, – сказал он им. – Будьте готовы бежать к воротам, как только увидите, что они откроются.
Конан отвязал коня, вскочил на него и пустил легкой рысью. На боку у киммерийца покачивался меч в ножнах. Седло под тяжестью Конана поскрипывало. Ярко светило полуденное солнце. Пели пташки. Все вокруг навевало покой. Но тем не менее киммериец был готов нанести внезапный яростный удар. Он – воин, и битва – его стихия. А то, что грядущее сражение предстоит трудным, лишь добавляло в кровь огня.
Возле ворот Конан остановил коня. Сверху, с башни, свесилась чья-то растрепанная башка.
– Кто ты такой и что тебе здесь нужно?
– Меня прислал Лисип, – крикнул Конан, высоко поднимая над головой свинцовый ярлык.
Человек на башне прищурил свои налитые кровью глаза:
– Давай-ка, бросай сюда эту штуку.
Киммериец кинул ему свинцовый ярлык. Бандит поймал его на лету и еще больше прищурился, разглядывая.
– Вроде и вправду знак Лисипа, – наконец произнес он. – Ладно, въезжай. Ворота открывай сам. Делать мне нечего – взад-вперед таскаться, открывать тут всяким.
Конан слез с коня и начал открывать ворота, делая вид, что он слабее, чем есть на самом деле.
– Странный какой у вас форт. Отчего он у вас запирается снаружи? – спросил Конан.
– А это не форт, – ответил человек с башни. – Это загон для рабов. У нас тоже эта дурацкая конструкция в печенках сидит. Когда нам нужно выйти, одному или двоим из нас приходится спускаться вниз по приставной лестнице и открывать ворота.
– Что тут происходит? – Какой-то бородач в стальной каске перевесился через стену. – Кто этот человек? И кто разрешил ему открывать ворота?
Первый охранник показал ему печать.
– Лисип послал его сюда. Это его пропуск. Я знаю печать моего хозяина.
Пока бородатый изучал печать, Конан тем временем вытащил засов. Держа засов в руках, он отступил назад, будто вес был слишком для него велик. Конан сделал еще один неуклюжий шаг и уронил засов, причем так, что тот рухнул в нескольких шагах от ворот. Наемник сверху пристально, с подозрением, смотрел на Конана.
– Ты, неуклюжий болван! – заорал бандит. – Что, с таким простым делом справиться не можешь?
– С каким? – заорал в ответ Конан, открывая ворота и надеясь на эти несколько наиболее критических секунд отвлечь внимание солдата. – Эй, слушайте, я заведу сейчас лошадь внутрь, а потом спущусь по вашей лестнице. Я снова закрою ворота, поднимусь по лестнице обратно на стену и втащу лестницу за собой. Правильно?
– Эй, ты… – Тут солдат осекся, бросив взгляд в сторону дороги. Челюсть у него отвалилась, когда он увидел бегущих к форту рудокопов. В следующее мгновение он скрылся из поля зрения Конана, и в форте тревожно затрезвонил колокол.
Конан торопливо отворил тяжелые створки ворот во всю ширь. Он услышал крики внутри форта. К тому времени, когда защитники форта появились в воротах, в руке у Конана уже был обнаженный меч.
Внезапно перед ним оказались четверо мужчин, стоящие в проходе плечом к плечу. Это бандиты Лисипа. Они бросились на киммерийца. Несколько секунд Конан был занят тем, что отражал четыре свистящих лезвия, не имея возможности перейти в наступление. Наконец ему удалось поразить одного из атакующих в руку, держащую меч, и через секунду ранить другого в бедро. Раненые тут же уползли, а их место заняли другие бандюги.
Киммериец начал отступать от ворот, будто поддаваясь их натиску. Как он и предполагал, среди атакующих нашелся один неосторожный, который вырвался вперед. Почти не имея места маневрировать в тесном проходе, Конан отбил меч противника в сторону и в следующее мгновение поразил его в грудь. Падая, бандит чуть было не сбил с ног стоящего за ним, и, прежде чем тот успел обрести равновесие, меч Конана развалил его надвое.
Быстро перешагнув через упавших, Конан атаковал защитников ворот, одновременно отходя в сторону. Еще через несколько секунд в ворота ворвались рудокопы, круша все своими страшными дубинами. Похоже, они даже не беспокоились о том, что их могут ранить. Их ничто не волновало, пока они сами могли нести смерть похитителям их жен и детей. Еще несколько мгновений – и ворота были заняты. Сражение перенеслось во двор форта.
Хотя работа была закончена, киммериец не смог удержаться и принял участие в столь удачно начатой битве. За воротами уже кипела схватка. Будто дух войны среди звенящего оружия, рева и стонов, Конан скользнул в ворота и оказался во дворе. Тут он увидел давешнего бородатого наемника в шлеме, который бежал ему навстречу, спускаясь с лестницы.
Со страшной звериной ухмылкой, с окровавленным мечом наготове киммериец встретил наемника на нижней ступеньке. Отбив рубящий удар сверху вниз, который вот-вот должен был обрушиться ему на голову, и парировав быстрый выпад, направленный ему в горло, Конан перешел в атаку, сделав серию стремительных выпадов. Наемник парировал удары, однако под напором Конана он начал подниматься по лестнице, отступая, видимо желая воспользоваться преимуществом верхней позиции, чтобы в удобный момент рубануть Конана по голове или по плечам.
Отбив один из таких рубящих ударов, Конан быстро нагнулся вперед и, схватив противника за лодыжку, рванул ее на себя. Наемник качнулся, и в следующий же момент Конан вонзил острие меча ему в глотку. С пронзительным воплем, который захлебнулся в крови, враг покатился с лестницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
