Германская артиллерия и Люфтваффе оказывали основное сопротивление в районе Анцио. Тяжелые орудия Круппа прибыли лишь в конце боев, но Люфтваффе действовали с самого начала. Противник после дня высадки проводил в среднем по 3 налета в день в течение 10 дней.
Эсминцы бдительно наблюдали за воздухом с помощью радаров, отбивали налеты огнем зениток, ставили дымовые завесы, прикрывая транспорты. Все корабли и суда, участвовавшие в операции, были оснащены аппаратурой постановки дымзавес. Она использовалась с большой эффективность при налетах в сумерках или сразу после наступления темноты, когда вспышки выстрелов могли выдать корабль. Немецкие летчики, прорываясь сквозь огневую завесу, были вынуждены сбрасывать бомбы практически наугад.
Но «Хейнкели», «Дорнье» и «Юнкерсы» все-таки смогли нанести несколько чувствительных ударов. В самом начале битвы получил попадание флагман капитана 1 ранга Клея эсминец «Планкетт». Корабль, которым командовал капитан 2 ранга Э.Дж. Берк, был серьезно поврежден.
Атака была проведена 24 января в вечерних сумерках — излюбленное время пилотов Люфтваффе. Это был один из тех комбинированных налетов, в которых действовали торпедоносцы, пикировщики и носители планирующих бомб. В атаке участвовали от 8 до 10 самолетов. В боевом донесении командира «Планкетта» описан ход боя:
«Бой начался, когда мы увидели с левого борта 2 приближающиеся планирующие бомбы. Они были опознаны по бледному светящемуся зеленоватому следу. Одновременно на высоте 50 футов были замечены 2 Ju-88, один слева, другой справа по носу. Мы открыли огонь и увеличили скорость до 27 узлов. Сделали поворот на планирующие бомбы. Они упали в воду в 200 ярдах за кормой корабля.
С этого момента корабль маневрировал так, чтобы идти навстречу низколетящим самолетам. Расчеты носовых 20-мм автоматов сообщили, что видели, как низколетящий самолет сбросил торпеду на дистанции 800 ярдов. Она прошла параллельно курсу корабля. В следующие 10 минут эти самолеты несколько раз появлялись, пытаясь занять выгодную для атаки позицию, и сбросили по крайней мере 5 бомб, которые упали на расстоянии от 20 до 200 ярдов. Считаю, что эти бомбы были сброшены пикировщиками, хотя сами самолеты не были замечены.
Вероятно, силуэт корабля очерчивали вспышки выстрелов. Один из вражеских самолетов разбился в 1000 ярдов по левому борту, другой — в 1000 ярдов справа по носу. Один был замечен уходящим, оставляя за собой шлейф дыма. Примерно через 12 минут после начала боя корабль получил попадание бомбой в 28-мм автомат».
По оценке, это была 250-кг бомба. После взрыва по палубе пронесся шквал раскаленных осколков. Несколько человек были убиты взрывом, других выкинуло за борт или убило обломками. От огня начали рваться 28-мм и 20-мм патроны, лежащие возле зениток, что привело к новым жертвам. Левая машина была повреждена, корабль начал описывать циркуляцию. Правую машину пришлось остановить, чтобы пламя от ветра не перекинулось на корму к глубинным бомбам.
Пока отчаянные головы сражались с огнем и взрывами, артиллеристы носовых 127-мм и 20-мм установок продолжали вести огонь по атакующим самолетам. Жестокий бой продолжался еще 5 минут. Затем пожар на корме был взят под контроль, а вражеские самолеты скрылись в темноте. Варварски изуродованный «Планкетт» побрел прочь от района боев. 53 человека погибли при взрыве, 20 были ранены. В сопровождении эсминца «Ниблэк» он ушел в Палермо. Командир ЭЭМ-13 капитан 1 ранга Г. Сандерс принял командование Оперативной Группой 81.6.
«Планкетт» был не единственной жертвой Люфтваффе у Анцио. Еще несколько кораблей были повреждены, а несколько потоплены, в том числе британский крейсер «Спартан». Но потери все же были относительно невелики, если учесть количество бомб, торпед и планирующих бомб, которое немцы обрушили на корабли союзников за первые 3 недели операции «Шингл». Именно возле Анцио пара эскортных миноносцев в корне пресекла атаки с использованием планирующих бомб.
Эскортные миноносцы против планирующих бомб
Разработанная в строжайшей тайне планирующая бомба — ее вполне можно было называть управляемой ракетой — была уменьшенным вариантом смертоносных самолетов-снарядов. Она не имела дальность V-1 и такого же большого заряда, но в боевом отношении была гораздо более опасной.
Большой самолет-снаряд имел огромную разрушительную мощь, но был безмозглым, как берсерк-убийца. Зато планирующую бомбу можно было навести. По существу, это были маленькие самолеты-снаряды, имеющие ракетный ускоритель и оснащенные чувствительной аппаратурой управления, реагирующей на радиосигналы. Планирующую бомбу запускали с самолета на большой высоте и управляли ею издали. Она обрушивалась на цель, подобно метеору. Планирующие бомбы представляли собой страшную опасность, что было продемонстрировано у Салерно и при нападении на конвой KMF-15А. С ними нужно было бороться. Но как?
Зенитная артиллерия была бесполезна. Планирующие бомбы падали с неба, как кометы. Их скорость была слишком велика, а сами они были слишком маленькими, чтобы можно было вести прицельный зенитный огонь. В Салерно единственным противоядием оказались истребители, которые атаковали самолеты-носители. Конвой KMF-25А, не имевший воздушного прикрытия, был принесен в жертву планирующим бомбам.
Напомним, что в состав сопровождения разгромленного конвоя входили 2 эскортных миноносца — «Герберт К. Джоунс» и «Фредерик Ч. Дэвис». Вместе с другими кораблями сопровождения эта пара тоже тряслась от страха, когда появились планирующие бомбы. Эскортные миноносцы проектировались прежде всего как корабли ПЛО и не могли обеспечить надежной ПВО, а уже тем более — бороться с планирующими бомбами. В рапорте командира «Фредерика Ч. Дэвиса» говорится:
«21 января корабль вышел из Неаполя. В течение последних 3 месяцев этот корабль вместе с «Г.К. Джоунсом» входил в Оперативную Группу 80.2, чьей задачей была отработка методов борьбы с радиоуправляемыми бомбами. Предполагалось, что в будущем, во время операции «Шингл» их главной задачей будет защита кораблей именно от этого типа оружия».
Когда «Дэвис» (капитан-лейтенант Роббинс) впервые вошел в состав 8-го Флота, у него на борту находилась команда радиоперехвата для проведения специальных исследований. Эта команда состояла из 3 солдат армии, которые были специалистами в области радио. Почему радиотехники? Потому что планирующие бомбы управлялись по радио. Именно от радио зависела планирующая бомба, радио было тем «мозгом», который управлял бомбой и бросал ее на цель. И вот кто-то очень умный сообразил, что именно «мозг» бомбы может стать ее ахиллесовой пятой.
То, что наводится по радио, может быть уведено в сторону по радио. Можно просто забить частоту передатчика, и тогда система управления выйдет из строя.
Поэтому на борту «Ф.Ч. Дэвиса» была установлена специальная аппаратура перехвата и постановки помех для подавления радиосигналов, посылаемых противником на планирующую бомбу.
Такие же команды радиоперехвата со специальной аппаратурой имелись на борту эскортного миноносца «Г.К. Джоунс» и флагмана капитана 1 ранга Сандерса эсминца «Уолси». Никто пока не знал, будет ли работать аппаратура постановки помех, но все участники были полны решимости попытаться добиться успеха.
Во время операции «Шингл» эскортные миноносцы «Ф.Ч. Дэвис» и «Г.К. Джоунс» стояли на якорях возле побережья в районе Анцио. День за днем, налет за налетом, они приводили в действие свою аппаратуру. Другие корабли в это время палили из всех орудий. «Дэвис» и «Джоунс» тоже стреляли, но их самая эффективная завеса была невидимой. Пока остальные корабли забрасывали в небо взрывчатку, эти миноносцы пронизывали эфир радиоволнами. И пока взрывчатка сбивала немецкие самолеты, радиоволны сбивали планирующие бомбы.
«Уолси» также принимал участие в специальных операциях, однако его аппаратура постановки помех была не такой эффективной, как на эскортных миноносцах. «Джоунс» и «Дэвис» вынесли на себе основную тяжесть битвы. Они также действовали как часовые, обнаруживая приближение самолетов Люфтваффе и предупреждая остальные корабли. Описывая работу команды радиоперехвата «Дэвиса», капитан 2 ранга Роббинс заявил: «Следует сказать, что работа одного из них была просто замечательной. До того как на берегу были развернуты радиолокационные установки, «Дэвис» был самым лучшим и самым надежным стражем, заблаговременно предупреждавшим о вражеских воздушных атаках».
Но самым главным достижением «Дэвиса» и «Джонса» в Анцио был срыв атак планирующих бомб. Мы приведем выдержку из рапорта капитана 1 ранга Сандерса:
«В период с 22 января по 4 февраля 1944 года немецкие ВВС провели 26 бомбовых атак. В 4 из них были использованы радиоуправляемые бомбы. Эффективность, с которой «Г.К. Джоунс» и «Ф.Ч. Дэвис» мешали наведению этих бомб, является просто выдающимся достижением.
