Глава Горного форпоста был такого же маленького росточка, как и приведший нас к нему гоблин. Он носил суконный мундир, более подошедший бы городскому писарю, и круглую шапку с двумя белыми перьями.
На лице офицера словно навсегда застыла неуверенная улыбка, и я не мог решить, свидетельствует она о душевной доброте или о врожденном слабоумии.
– Как хорошо, что вы наконец приехали, – произнес он после того, как пожал нам руки. – Присаживайтесь.
Я посмотрел на кресло, и мне в голову тут же постучался чайный уродец, созданный впопыхах древним демоном. Я постарался отогнать эти мысли. Если мне предстояло пройти испытание, о сути которого я никогда не смогу догадаться заранее, – лучше не думать о нем вообще и действовать по обстановке.
Это был такой грандиозный план, что все великие стратеги прошлого могли мне позавидовать.
Франсуаз опустилась в кресло и откинула голову назад.
Командир форпоста замер на несколько мгновений. Из-за небольшого роста военного глубокое декольте девушки оказалось прямо перед его глазами, и он не знал, как найти силы оторвать взгляд.
– Мы слышали, что у вас проблемы, – мягко подсказал я.
Единственной трудностью офицера в данный момент была попытка справиться с эрекцией. Он ухватился за мой вопрос, как за спасательный трос, и мало-помалу смог оттащить себя от высокого бюста Франсуаз.
– Меня зовут Джеремая Стендельс, – сказал он. – Я комендант форпоста.
Эти слова прозвучали так гордо, что изрядно его напугали.
– Вообще-то я не военный, – извиняющимся тоном произнес он, усаживаясь в свободное кресло.
При разговоре у него была привычка наклоняться вперед, сцепив перед собой пальцы.
Стендельс только сейчас осознал, что взгляд его упирается прямо в стройные, почти полностью обнаженные ножки девушки. А поскольку Франсуаз любит закидывать их одну на другую, демонстрируя бедра, бедному офицеру оставалось только посочувствовать.
Или позавидовать.
Он прокашлялся и постарался сфокусироваться на мне.
– До того как все это началось, я служил помощником мэра. Занимался фермерами, в основном укропом. Мы здесь разводим знатный укроп, знаете ли…
Стендельс осекся.
– Наш город очень благодарен Совету эльфов за то, что прислали своих представителей. Правда. Мы сами не знаем, что и делать. Никогда в наших краях не случалось ничего подобного. Гоблины стерегут форпост и очень стараются, но…
Я хмыкнул.
– Простите. Наверное, мне надо начать с самого начала. Мне сложно об этом рассказывать, поскольку я сам не понимаю, что такое здесь происходит. Наверное, вы слышали о нашей Алмазной горе?
– Это там, где живут отшельники?
– Верно. Но еще там была шахта. Каждый день в забой спускалось сто пятьдесят рабочих. Эти копи кормили наш небольшой городок. Правда, не я занимался этими вопросами в мэрии, я…
– Понимаю, выращивали укроп.
В голосе Франсуаз не прозвучало радости.
– И много вы добывали алмазов? Стендельс беспомощно посмотрел на меня.
– Ни одного, мадемуазель Дюпон. Там месторождения сариндита.
– Тогда какого гнома вы назвали гору Алмазной? Комендант отшатнулся, словно нес личную ответственность за местную топографию.
– Все очень просто, Френки, – объяснил я. – Если бы в шахтах на самом деле добывали драгоценные камни, местные жители попытались бы это скрыть. И назвали бы свой холмик, скажем, Глиняной Клизмой. Здесь же прямо обратная ситуация. На сотни миль вокруг нет ничего интересного, кроме немного дебильных распушей и плантаций укропа. Вот и пришлось выдумывать яркое название, чтобы привлечь купцов и туристов.
– Именно так, – подтвердил Стендельс.
Будучи военным, он не снимал шапку даже в помещении. При каждом его слове белые перья легонько вздрагивали. Солидности ему это не прибавляло.
– Что такое сариндит? – требовательно спросила девушка.
– Довольно редкий минерал. Он мог бы быть очень ценным, но его почти нигде не используют, кроме как в медицине.
– И как же?
– Для лечения рахита. Видите ли, вначале доктор дает человеку немного порошка под видом какого-то другого лекарства, скажем, от гриппа или сифилиса. Вскоре после этого у пациента начинает быстро развиваться рахит. Он снова отправляется к лекарю, и тот прописывает ему сариндит, в гораздо большем количестве. Через пару дней – хлоп! Все проходит, словно рукой сняло.
Франсуаз приподняла одну бровь.
– А никто из ваших врачей никогда – хлоп! – не получал за это по морде?
– Иногда.
Стендельса эта тема мало заинтересовала.
– Но, знаете ли, обычно люди полностью доверяют докторам. Пьют и едят все, что им пропишут. Если лекарь скажет – отруби себе правый палец и съешь его, большинство так и поступит.
В этом я мог полностью с ним согласиться. Вот почему эльфы не верят врачам. У нас их просто нет – лечением занимаются клерики-чужеземцы, с помощью заклинаний.
– Долгие годы все шло хорошо. Пока мы не открыли новую шахту. Не знаю, что именно там произошло. Но люди, спустившиеся тогда в забой, так и не вернулись. А впрочем…
Он опустил голову и почти вжал ее в плечи.
– Может быть, именно они превратились в тех ужасных чудовищ, что нападают по ночам на наш город.
ГЛАВА 4
– Именно тогда мы и выстроили этот форпост. Мы не большие мастера военного дела, видите сами. Гоблины помогают нам чем могут, но они больше привыкли к партизанской войне в лесах, чем к обороне крепости.
Он расцепил пальцы. Жест этот был таким неожиданным, что мне показалось – сейчас все остальные части его тела тоже открепятся друг от друга, и он обвалится вниз грудой обломков.
– Силой богов нам удается сдерживать тварей на Алмазной горе. Но долго мы не продержимся. Их становится все больше. Не знаю, откуда они берутся. Вот почему мне пришлось надеть военную форму.
Комендант форпоста нерешительно улыбнулся, словно рассказывал о какой-то совершенной в детстве шалости, за которую ему до сих пор стыдно.
– Старший фонарщик и помощник пекаря стали моими офицерами. Сперва мы боялись что придется набирать ополчение среди горожан. К счастью, не пришлось. Отряд гоблинов-наемников как раз проходил мимо нашего города. Мы расценили это как благословение небес. Наши жители не смогли бы воевать.
– Вы совершенно правы, – сказала Френки. Стендельс благодарно кивнул. Было видно, что с того момента, как он возглавил форпост, ему нечасто удавалось получать похвалы.
– Никому не приходило в голову, что все это – дело рук отшельников? – спросил я. – Мне известно, старцы сильно разгневались на ваш город из-за распушей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
