– Разве? – равнодушно спросил майор. – А я сам решал. Причем много раз. Отойди от стола!
Если бы наваха уже была открытой и таилась в рукаве, Карлос выполнил бы приказ. Но гринго застал его врасплох. Что ему оставалось делать? Либо сдаться на милость победителя, либо рискнуть жизнью. Но он никогда не сдавался, к тому же всегда делал то, за что не мог рассчитывать ни на чье милосердие, и часто рисковал жизнью. Значит, следовало идти проторенным путем. Вряд ли гринго убьет его первым же выстрелом. Тем более, что он вообще может промахнуться… В общем, посмотрим, на чьей стороне удача!
– Что я тебе сделал? – спросил он, чтобы отвлечь внимание. – То же, что и тот слон?
– Слон не подсылал ко мне четырех убийц, – меланхолично ответил Британец. – И не похищал мою девушку. Потому и я его не трогал.
– Но я тоже ничего не делал! Я только приехал, спроси кого хочешь! – широким жестом колумбиец обвел бар, как будто здесь сидели несколько десятков свидетелей, готовых засвидетельствовать его полную невиновность.
На середине этого жеста он быстро нагнулся и схватил револьвер. Но удача не стала его поддерживать: Британец выстрелил в тот самый миг, когда крепкие пальцы сомкнулись вокруг рифленой рукоятки. И попал в цель. Специальная пуля угодила колумбийцу в грудь и взорвалась внутри. Из дыры в спине полетели кровавые ошметки. Вместе с ними вылетело и запрыгало по дощатому, не мытому два дня полу не знающее жалости и сострадания сердце. Оно продолжало ритмично сокращаться – Карлос никогда не жаловался на свой «мотор». Громоздкое тело упало на стол, стягивая не изменившую цвет скатерть, сползло и тяжело рухнуло на пол. Миссия Карлоса была прервана.
От грохота выстрела звенело в ушах. В баре остро запахло порохом и кровью.
– Эй, парень! – позвал Британец, и Джейк поспешно выскочил из-за стойки.
– Расскажешь шерифу все, что видел, – сказал Британец. – Я буду у себя в горах и по первому требованию отвечу на любые вопросы.
Он направился к выходу, но у двери остановился.
– И передай всем: первому, кто еще раз спросит у меня про слона, сильно не поздоровится!
Джейк только кивал своей светлой головой. А когда Адамс вышел, он округлившимися глазами посмотрел на раскинутое тело страшного постояльца, на пульсирующий неподалеку красный комок и в ужасе опрометью выбежал на улицу.
Эпилог
Вернувшись в «Орлиное гнездо», Британец включил рацию и по позывному с визитной карточки Джека Болдуина связался со специальным штабом. Почти сразу его соединили с генералом Маккори.
– Как дела, генерал? Вы уже спасли мир?
Хотя он не представился, бывший начальник его сразу узнал. И обрадовался.
– Здравствуй, сынок! Ты же знаешь, мои масштабы гораздо скромнее. Но, похоже, мир действительно спасен! И я даже знаю, кого следует за это благодарить! Только зачем ты надел этот балахон?
– Извините, генерал, я не знаю, о чем идет речь.
– Гм…
Маккори был явно обескуражен таким ответом. Он не ожидал, что боевой майор откажется от столь громкой победы.
– Вот оно что… Но почему?
– Я всегда избегал ненужной известности. И не давал повода для обвинений. Ни в незаконном пересечении границы, ни в убийстве, ни даже в… браконьерстве. Я вообще не знаю ничего об этой истории.
Маккори помолчал.
– Тебе видней, сынок! Но боюсь, тебе много раз придется это повторять. К вам уже летит специальная следственная комиссия Конгресса.
– Пусть летит. Я окажу ей любое содействие, которое смогу.
Закончив разговор, Адамс сжег свой черный термозащитный комбинезон и пепел развеял по ветру. Копье он надежно спрятал еще раньше: в диких горах много подходящих для этого мест. Когда он закончил свою работу, то увидел, как на плато черных камней садятся сразу три вертолета, из которых выскакивают маленькие фигурки, замыкая место происшествия в кольцо.
В этот же день в город стало возвращаться население. Элизабет, не заезжая домой, сразу поднялась на своей юркой «Мазде» в «Орлиное гнездо». Встреча была бурной. Когда потом на веранде они пили терпкий бодрящий чай и болтали о том о сем, Элизабет вдруг спросила:
– Скажи, Генри, это правда, что все-таки ты убил слона? Толстая Сара прожужжала мне об этом все уши!
Британец усмехнулся.
– Знаешь, что я пообещал тому, кто еще раз задаст мне этот вопрос?
– Что? – девушка наивно округлила глаза.
– Ладно! – он махнул рукой. – Выходи за меня замуж!
– Получается, если бы Сара сама тебя спросила, ты бы на ней женился? – надула губки Элизабет.
– Вряд ли, – признался он. – У нее нет никаких шансов.
– Так ты взаправду сделал мне предложение?
– Да! – широко улыбаясь, кивнул Генри и протянул к ней руки.
* * *
По официальной версии, террористы, угрожающие жителям Делавара портативным ядерным фугасом, были своевременно уничтожены. На роль террористов прекрасно подошла группа Карлоса. Все складывалось убедительно: Динамит и Удав убиты рейнджерами при попытке прорваться сквозь оцепление, Хуан, Диего и сам Карлос законно застрелены добропорядочным жителем майором Адамсом, а Эрнандо и Рамирес подорвались на горной дороге на собственной мине. Объяснить страшную гибель Педро и Хуго, буквально разделанных на куски, пришлось внутренней разборкой и дикими нравами колумбийских бандитов. Жестокое тройное убийство у «Царских ворот» тоже списали на террористов, но вся документация и вещественные доказательства по этому эпизоду были изъяты и засекречены.
Британец добросовестно дал показания о своих героических действиях, и его портреты вновь заполонили страницы газет и экраны телевизоров.
В параллельном, глубоко засекреченном расследовании, центр которого находился на плато Черных камней, в огромном шатре, установленном над трупом Чудовища, в плотном оцеплении рейнджеров и полицейских, Генри Адамс выглядел предельно скромно: он ничего не знал о том, что там произошло, и при всем глубоком уважении к комиссии Конгресса не мог ничего сообщить. Впрочем, ему особенно и не надоедали вопросами. Потому что высокопоставленные лица, зайдя в маскировочный шатер видавшими виды чиновниками, благонравными прихожанами и почтенными отцами семейств, выходили из него совсем другими людьми. Зрелище Зверя в скафандре настолько потрясало, настолько переворачивало их представление об окружающем мире, что они испытывали огромное облегчение от самого факта, что это ужасное существо мертво. Как именно Чудовище завершило свой жизненный путь, представлялось делом второстепенным и малозначительным. Поэтому на выяснении этого обстоятельства никто не настаивал.
Кроме Флетчера, который ради выяснения истины даже привез с собой генерала Маккори. Они сидели на веранде, и Флетчер пытался вести допрос, а Британец старался как можно более убедительно отвечать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
