Так все и произошло. Заперев рукав и наложив временные латки на пулевые пробоины скафандра, он включил систему поиска повреждений и авторемонта. Результат оказался неутешительным: энергия боевых систем восполнению в автономных условиях не подлежала, для этого следовало возвращаться на корабль. Однако антиграв мог перенести его только на третью часть пути, и то лишь в том случае, если не пользоваться системой светоотражения. Невидимым он мог пролететь еще меньше. Энергии катастрофически не хватало…
У Зверя было рациональное мышление. И оно подсказывало только один выход из сложившегося положения: отсидеться в каменных завалах, где перешедшая в атаку дичь не сможет его отыскать, вызвать корабль сюда, отремонтироваться, зарядить аккумуляторы и продолжить Охоту. Конечно, она и так затянулась, но это вызвано тем, что уровень подготовки дичи превзошел самые смелые ожидания. Во-первых, она научилась видеть Охотника при включенной светозащите и успешно стрелять по невидимой цели. Научилась ставить засады и устраивать ловушки. При этом сама ухитрилась оставаться невидимой! Уже накопленная информация войдет в самые ценные материалы фиолетовой планеты. А финал самой великой Охоты в истории потрясет мир Зверей!
Британец подошел к нагромождению черных глыб, среди которых должно прятаться Чудовище. Он чувствовал, что противник именно там. Надо только выманить его на открытое пространство. Но как это сделать? Неожиданно для самого себя Британец поднял голову и… издал звук, который не могло издавать ни одно существо на Земле: это был универсальный крик жителей фиолетовой планеты, которым обозначались и радость, и горе, и веселье, и призыв о помощи… Звук камней, катящихся по железному желобу!
Услышав этот звук, Зверь в крайнем возбуждении вскочил на ноги. Он не мог понять, откуда здесь взялся второй Зверь? Прилетать в зону, где находится один Охотник, другим строго запрещено! Может быть, соплеменник потерпел катастрофу и совершил вынужденную посадку? А теперь просит о помощи? Но Зверь не мог разобрать интонаций: что именно он хочет выразить? Неважно, чувство родной крови требовало немедленных действий…
Включив антиграв, Зверь взлетел на кучу черных глыб и застыл, как массивный памятник на постаменте. Его скафандр средневековой броней отблескивал на солнце, и он был похож на рыцаря, готового броситься на помощь тому, кто в ней нуждается. А в двадцати метрах стояла черная фигура меньшего размера, в черном балахоне с остроконечным капюшоном. Ноги расставлены, копье зажато в вытянутой вбок руке, основание древка упирается в правую ступню, острие отклонено вправо. Так на фиолетовой планете один Охотник вызывал на дуэль другого… Значит, супердичь – это неведомый соплеменник, нарушивший все мыслимые и немыслимые правила поведения и законы Охоты! Но как он приобретал образ аборигена? Впрочем, так же, как срабатывает система светозащиты: ты видишь совсем не то, что есть на самом деле…
Зверь прыгнул вперед, спланировал вниз и оказался в нескольких метрах перед неизвестным. У него был только нож, но это не повод отказываться от поединка. Он не знал – кто перед ним, и не понимал, какие мотивы лежат в основе вызова, но это тоже не повод отказываться от поединка… Зверь шагнул вперед, вытягивая могучую руку, два клинка режущего все на свете ножа зловеще блеснули на солнце. Британец крутанул в руке копье и сделал шаг навстречу. Ромбическое острие тоже бликануло в ослепительных белых лучах.
За такую сцену любой режиссер голливудских блокбастеров отдал бы четверть жизни. Она была уникальной. Черное плато само по себе выглядело как инопланетный пейзаж, огромная фигура в блестящих рыцарских доспехах и фигура поменьше в ку-клукс-клановском балахоне выглядели Пришельцами из двух далеких чуждых миров, которые встретились в третьем, не менее чуждом. Необычное оружие в их руках добавляло кадру зловещей экзотики…
Щелк! Щелк! Щелк! И спутник визуального наблюдения «Гексагон» с высоты трехсот километров, и самолет-разведчик «Локхид» с десяти тысяч метров зафиксировали этот кадр, хотя и не понимали всей его уникальности.
А за последующие сцены опытный режиссер отдал бы половину жизни! Но «Гексагон» и «Локхид» уже покинули зону съемки и не могли фиксировать дальнейшее развитие событий. Камеры отработали свое, и цифровая информация в кодированном виде поступила в Пентагон, где фототехники увеличили кадры, подвергли их цветоделению, чтобы четче обособить черный остроголовый силуэт, сливающийся с черным фоном. В конце концов это им удалось, и фотографии переслали в специальную рабочую группу при Президенте. Здесь их подвергли анализу: размер и вес фигур, видовая идентификация, опознание оружия.
Тот фигурант, который крупнее, по массо-габаритным характеристикам не подходил ни под один вид живых существ, обитающих на планете Земля. Его одеяние было классифицировано как скафандр жизнеобеспечения, по конструктивным признакам не совпадающий с каким-либо скафандром, произведенным в мире. Нож с двумя клинками тоже не имел земных аналогов. Фигура в балахоне по физическим параметрам могла принадлежать крупному и сильному человеку, одежда идентификации не поддавалась, а копьеподобное оружие имело некоторое (но неполное) сходство со средневековыми образцами. Таким образом, полученные данные представляли несомненный исследовательский интерес, но практической значимости не представляли, ибо не позволяли выбрать конкретный план уничтожения Пришельца – с применением ядерного оружия или без него.
Поэтому в перенацеленном на квадрат «Д-7» «Минитмене» продолжили регламентную предпусковую подготовку систем и механизмов, а из семи предохранителей ядерного заряда, в пять уже были введены коды снятия.
На базе бомбардировщиков «Орегон» в спешном порядке заменяли штатный боезапас: ровные ряды «FB-111» и тяжелых «В-16» стояли с открытыми бомболюками, ожидая новой, усиленной начинки.
Если следовать заключению экспертов, полученные фото не позволяли оценить зафиксированные на них события с точки зрения степени угрозы Земле. Но мизансцена, разыгрываемая на плато черных камней, существенно менялась.
Противники сделали по несколько шагов навстречу друг другу. Адамс внимательно вглядывался в нависающую над ним массивную фигуру. Скафандр на Звере действительно был совсем другим, чем на его предшественнике десять лет назад – более обтекаемый и функциональный. Маленький, узкий, остроконечно выступающий вперед шлем, очевидно, имел одностороннюю прозрачность и казался сплошным. Широкую грудь прикрывал округлый броневой лист, от которого отрикошетирует любая пуля, руки и ноги обтянуты сталью потоньше, гибкие сочленения суставов сделаны из серебристого металла кольчужного плетения. Таким же образом выполнены перчатки и башмаки. В районе подмышек торчат стволы лучевого оружия, в выставленной вперед руке – страшный двухклинковый нож, который наверняка тоже режет броню и рубит камни…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
