Этого он не может позволить.
Бэннинг выдвинул нижний ящик письменного стола, и взгляд его упал на небольшую коробку с дуэльными пистолетами. Какое-то время он молча смотрел на нее, вспоминая прошлое – тот проклятый день в Уайтчепеле, который навечно врезался ему в память. Даже сейчас, спустя много лет, стоило ему только закрыть глаза, как перед его взором вновь вставали картины одна другой ужаснее, и он снова корчился от стыда и отвращения к самому себе. Но теперь выхода не было. Ему придется пройти через это. Сейчас на кон поставлена его честь… и честь Эвис тоже. И, что самое главное, Бэннинг понимал, что просто обязан остановить Биллингсуорта. Если он не сделает этого, мерзавец и дальше будет творить свои черные дела.
Эвис чуть слышно вздохнула во сне. Повернувшись на бок, она уютно положила ладонь под щеку, несколько спутанных локонов упали ей на лоб. Бэннинг смотрел на нее – и не мог оторваться. Она была очаровательна. И она принадлежала ему. Никто не посмеет оскорбить его будущую жену, с внезапно нахлынувшим бешенством поклялся он. Пока он жив, он не позволит никому прикоснуться к ней поцелуем или поднять на нее руку!
Даже если для этого ему придется взглянуть в лицо худшему из своих страхов.
Любовь стоит того, чтобы ради нее забыть о страхе. Теплые пальцы коснулись его щеки. И Бэннинг, закрыв глаза, потянулся к ней, гадая, как она умудрилась подойти к нему совершенно бесшумно, так, что он не услышал ни звука.
– Ты не должен этого делать.
– Снова защищаешь его? – прошептал он.
Эвис, не ответив, обхватила его голову руками, повернула ее к себе и указала пальцем на багровую ссадину у себя на скуле.
– Это сделал он.
– Знаю.
Она пару раз моргнула.
– Ты ведь не случайно ударил его, правда? Ты хотел защитить мою честь?
– Возможно.
– Это, конечно, очень благородно с твоей стороны, но я не позволю тебе стреляться из-за меня. – Завернувшись в одеяло, Эвис опустилась перед Бэннингом на колени и подняла на него испуганные глаза. – Мне все известно, Бэннинг. Я давно уже заметила, что ты никогда не берешь в руки оружие… даже ради охоты.
Бэннинг зажмурился, но перед глазами у него вновь встало то, что он всеми силами пытался забыть.
– Эвис, у меня нет выбора, – хрипло прошептал он.
– Нет, ты ошибаешься. – Она уронила голову ему на колени. – Теперь, когда мне удалось наконец справиться со своими страхами и нас ждет счастье, разве я могу позволить себе потерять тебя? И чтобы ты ради меня рисковал своей жизнью?
Бэннинг вздохнул, ласково поглаживая ее растрепанную голову.
– Если я откажусь стреляться, – печально улыбнулся он, – то и я, и ты будем обесчещены.
– Но я и так буду обесчещена, – в отчаянии крикнула она, – даже если ты будешь стреляться! Ведь все поймут, что ты делаешь это из-за меня.
– При условии, что у меня вообще хватит мужества взять в руки проклятый пистолет, – едва слышно прошептал Бэннинг.
Эвис насторожилась. Вскочив, она потянула его за руку и усадила на диван.
– Расскажи мне все, – потребовала она. Бэннинг, зажмурившись, тяжело вздохнул.
– Я ведь, кажется, уже как-то раз говорил тебе, что меня ранили во Франции? – пробормотал он.
– Да, как и многих других. Только, похоже, никто из них не стал после этого испытывать такого отвращения к оружию. Откуда оно у тебя?
– Сейчас объясню. Мы с Треем выслеживали одного шпиона – нет, не в Париже, он жил в небольшой деревушке за пределами города. Задача наша была довольно простой – либо привезти его в Англию, либо… убить.
– О Господи, – побелев, прошептала Эвис.
Бэннинг, высвободившись, встал и, подойдя к окну, застывшим взглядом уставился в темный сад – и вновь мысленно перенесся в прошлое.
– Мы выследили его до самого дома. Единственное, что нам удалось узнать о нем, – это то, что этот человек жил совершенно один. Естественно, мы решили, что нам вдвоем не составит никакого труда скрутить его и переправить в Англию.
Он немного помолчал, пытаясь собраться с мыслями.
– Мы выбили дверь, ворвались в дом – он прятался на кухне. Там мы его и нашли. Я поднял пистолет и приставил к его голове. Поверь, я не собирался убивать его.
– Ты случайно нажал на спуск? – сдавленным голосом спросила Эвис.
– Нет. Просто он тоже выхватил пистолет и наставил его на меня.
Бэннинг закрыл глаза, заново переживая тот жуткий миг.
– В тот самый момент, когда я нажимал на спусковой крючок, откуда-то выскочил и бросился к отцу сын. И моя пуля попала мальчику прямо в сердце. Эвис… ему было всего десять лет, – дрогнувшим голосом добавил он.
– О Господи, Бэннинг! – Она крепко обняла его, мягкие, нежные, теплые руки обвились вокруг его шеи. – А этот человек?
– Одновременно с этим он тоже выстрелил и ранил меня. И тогда лорд Кесгрейв его убил?
– Да.
Эвис прислонилась щекой к его спине.
– Это не твоя вина.
– Нет, моя! – бросил он жестко. – Мы должны были знать, что у него есть сын.
– Но откуда тебе было знать об этом?
– Сомертон должен был тем вечером встретиться с Треем. Как потом выяснилось, он уже знал о том, что в доме есть ребенок. Но мы не дождались его – хотели побыстрее разделаться с этим делом и вернуться домой.
– Так вот как Сомертон узнал об этом, – пробормотала Эвис.
– Да.
– Но откуда об этом стало известно Биллингсуорту? – недоумевала Эвис.
Бэннинг покачал головой.
«Не говори ей, – шепнул ему внутренний голос. – Она возненавидит тебя. Или станет презирать тебя за трусость – и будет права».
– Не знаю, – стыдясь самого себя, прошептал он.
– Получается, все это время ты терзался чувством вины – и ни разу не сказал мне об этом?
– Да. Но ты тоже не спешила поведать мне свои секреты.
Эвис смущенно отвела глаза в сторону.
– Бэннинг, я не могу позволить тебе рисковать из-за меня своей жизнью! Достаточно просто заплатить ему… Все, что нужно Биллингсуорту, – это деньги. Если я предложу ему достаточно крупную сумму…
– Нет! – отрезал он. – Мне все равно придется стреляться с ним.
Бэннинг молча высвободился из ее рук. Она не понимает, что для него значит эта дуэль. На карту поставлена его честь. Его репутация. Его мужество, наконец. Все то, что у него было когда-то… и чего теперь нет…
Эвис принялась лихорадочно одеваться. Был только один выход… но это ей придется сделать самой. Теперь, когда у нее есть Бэннинг, она не позволит какой-то идиотской дуэли поставить под угрозу ее счастье.
– Ты куда-то уходишь? – тихо спросил он, подойдя к ней.
– Да. Мне нужно вернуться домой.
– Нет!..
Она повернулась к нему.
– Я и так уже слишком задержалась. Слуги начнут волноваться.
