согласитесь. Холл всегда нападал на людей неожиданно, на пожилых и неспособных оказать ему сопротивление. Теперь же он будет иметь дело с человеком, способным послать навстречу такой же заряд биоэнергии. Теоретически я давно развивал идею о способности экстрасенса создать биоэнергетический импульс, который мы условно определили как отрицательный. Теперь мне предоставляется возможность проверить на практике наши теоретические выкладки. Что ты на это скажешь? — обратился он к Рэнделлу.
— Скажу, что слишком рискованно испытывать таким способом теоретические положения, еще недостаточно разработанные.
— Всякая теория когда-то должна подтвердиться практикой. Мы считаем, что физическая природа явления сомнений не вызывает, следовательно, вправе ожидать действия в нашем случае таких же законов, которым подчиняются другие виды энергии. Думаю, риск не столь уж и велик…
— Не понимаю я ваших рассуждений, не могли бы попроще? — попросил Лемон.
— Если попроще, — объяснил Спенсер, — то я буду защищен чем-то наподобие щита, созданного моим биополем. Никто из вас не способен его создать, поэтому именно я должен сыграть роль пожилого "завещателя", да и по возрасту я больше для нее подхожу.
— Вы уверены, что способны создать такой "щит"? — недоверчиво поинтересовался Лемон.
— Во всяком случае, уже два года я тренируюсь. Наверняка я не так силен, как Холл, но, думаю, справлюсь.
— А ну-ка, попробуйте на мне! Не верю я вам и не вправе допустить, чтобы вы рисковали жизнью!
Спенсер переглянулся с Рэнделом, пожал плечами и согласился. Закрыв лицо руками, он несколько минут сидел неподвижно, затем встал и, подойдя сзади к сидящему в кресле Лемону, прикоснулся пальцами к его вискам. Джек явственно ощутил, как от пальцев Спенсера исходит холод, и вдруг резкая боль опоясала его голову. Тряхнув головой, он вскочил с кресла и схватился руками за виски.
— Потрясающе! Теперь я верю, — только и мог произнести он.
— Значит, осуществляем мой план. Думаю, он все-таки лучше вашего. При одном непременном условии — Холл должен захотеть убить меня.
— Думаю, мы это организуем, — помолчав, отозвался Рэнделл. — Теперь и у меня есть идея.
— Дай мне сначала какой-нибудь порошок от головной боли! — простонал Джек. — Мистер Спенсер немного переусердствовал, зато я теперь знаю: он смело может выступить конкурентом нашего мерзавца.
— Не надо порошка, — улыбнулся Спенсер. — Подойдите-ка ко мне.
* * *
Инспектор Кальдер большими шагами ходил по своему кабинету и раздраженно выговаривал Лемону:
— Если я тебя правильно понял, ты явился ко мне, чтобы сказать, что уже знаешь фамилию подозреваемого. И что назовешь ее мне только в том случае, если я тебе клятвенно пообещаю, установив его местопребывание, немедленно тебя известить, а самому ничего не предпринимать?
Лемон упрямо стоял на своем:
— Ну и что вас так возмущает? Услуга за услугу.
— А может, ты, мой дорогой, сицилиец, а я и не знал? О вендетте мечтаешь?
— Мои мечты пока оставим в стороне. Сами подумайте: ну ладно, нашли вы его, а дальше что? Что вы ему можете сделать?
— Посмотрим.
— И смотреть нечего! Послушайте, я говорил с Памелой. Подтвердились все наши предположения, он вызвал инфаркт, коснувшись рукой ее спины. Что вы сможете такому инкриминировать? На чем построите обвинительное заключение? Никакой суд не примет его к делопроизводству. А убийца будет разгуливать на свободе, за кругленькую сумму опять убьет какую-нибудь старушку и посмеется над вами.
— Спокойно, дружок, спокойно, не надо так кипятиться. Мы как-никак полиция, а что сможешь сделать ты?
— Мне бы не хотелось говорить…
— Нет уж, давай выкладывай, я должен знать, на что иду.
— Ну ладно. К нашему другу явится очередной клиент с просьбой помочь перенести в мир иной его богатого дядюшку. Клиент рассчитывает получить по завещанию четыреста тысяч фунтов.
Инспектор тихонько присвистнул.
— А кто же сыграет роль богатого дядюшки? Насколько я понимаю, за это можно заплатить жизнью.
— Есть один человек. Очень… гм… стойкий.
Инспектор почесал в затылке.
— Знаешь, я, пожалуй, соглашусь. Но при условии — в представлении я тоже буду участвовать.
От радости у Лемона перехватило дыхание.
— Спасибо. Вот не ожидал, инспектор…
Кальдер улыбнулся и закурил.
— Открою тебе тайну, сынок, — сказал он. — Не очень-то я гожусь в полицейские, несмотря на то что пробыл им всю жизнь. Мне всегда хотелось нарушить наши принципы… Особенно когда имеешь дело с хладнокровным, расчетливым убийцей.
Следующие три дня у Лемона, Спенсера и Рэнделла прошли в напряженной работе. Разработав сценарий будущего действа во всех подробностях, они бесконечно уточняли его и совершенствовали. Приобретение необходимых аксессуаров тоже потребовало немало времени. Один из лучших театральных гримеров Лондона неузнаваемо изменил внешность Спенсера. Несмотря на тщательную подготовку, участников опасной операции не оставляли сомнения. Больше всех их испытывал инспектор Кальдер, но, пообещав Джеку ни во что не вмешиваться, слово сдержал. Не избежал сомнений в успехе операции и ее главный герой — Спенсер. И только Лемон, казалось, не знал страха и сомнений, работая как машина, двоясь и троясь и всюду успевая. Когда же участники операции выражали свои колебания, Джек одним метким решительным аргументом разбивал их.
Когда через три дня инспектор Кальдер вручил Джеку листок бумаги с адресом Роджера Холла, приготовления к операции были уже закончены.
Глава X
Роджер Холл сидел в своей конторе и задумчиво потирал бровь указательным пальцем. Его одолевали сомнения, и он не знал, на что решиться. Сейчас к нему придет клиент, позвонивший вчера по телефону. Вот этот звонок и вывел Холла из равновесия.
Дело в том, что Холл решил на время прервать свою деятельность — ненадолго, хотя бы на полгода. Все шло слишком хорошо, зачем же искушать судьбу? Осторожность не помешает, а шестьдесят тысяч фунтов стерлингов на счету в банке давали возможность безбедно прожить не только полгода, но и всю оставшуюся жизнь. Когда-то такая сумма была для Роджера Холла вершиной его стремлений, теперь же могла удовлетворить лишь на время. Правда, после происшествия с Бэйнемами он чуть было не решился закрыть свою контору и покинуть Лондон, но, поразмыслив, раздумал — реальной опасности не было, а такой шаг мог бы вызвать подозрения. Ну
