с ними. И это моя, а не ваша обязанность заботиться о безопасности граждан. И если благодаря тому, что мы с вами сделали сегодня, несколько пожилых людей проживут немного дольше… а может, и намного, и умрут от старости, а не от алчности своих наследников, — я буду считать свой долг выполненным.
— Вы благородный человек, инспектор, — покачал головой Спенсер. — И нетипичный полицейский. Я бы сказал, редкий представитель…
— Вымирающий?
— Я не позволю вам вымереть, давайте подлечу, — рассмеялся Спенсер.
С улицы донесся усиливающийся звук сирены машины "скорой помощи".
* * *
Не торопясь потягивая пиво, Лемон задумчиво смотрел на лежащий перед ним на столе репортаж. Непросто было написать его, но в срок, отведенный начальством, уложился. Пришлось немного погрешить против истины, кое о чем умолчать. Спенсер и Рэнделл категорически запретили журналисту обнародовать принципы метода излучения биоэнергии, которым пользовался убийца: нельзя было исключить опасность появления последователей. По понятным соображениям не смог Лемон написать и о том, чем закончилась вся история. Но и без этого собранный молодым журналистом материал представлял сенсацию и заслуживал того, чтобы репортаж появился на первых страницах газеты. С крупными заголовками! Шеф будет доволен.
Репортаж написан, но осталось еще одно дело. Джек взял в руки листок бумаги с записанными на нем именами и адресами четырех известных ему "клиентов" Холла. Ничего не поделаешь, надо довести дело до конца. Подняв телефонную трубку, он набрал первый номер.
— Мистер Бэйнем? Говорит ваш партнер по боксу.
— Кто?!
— Лемон.
— Да как вы смеете! Я позову полицию!
— Зачем? Я займу лишь минуту вашего драгоценного времени. Мы, журналисты, тщеславный народ, знаете ли. Любим похвастаться. Вот и я такой же. Дело в том, что завтра в нашей газете появится мой гениальный репортаж, шедевр в своем роде. И знаете о чем?
— Послушайте, вы!..
— О Роджере Холле!
Ответом было молчание по ту сторону телефонного провода.
— Эй, вы там не окочурились? Я ведь еще не кончил говорить. В моем репортаже я решил увековечить и ваше имя. И вашей супруги.
— Не знаю я никакого Холла!
— Ну, конечно, конечно! И еще одно — мой репортаж будет лишь началом. Тяжелые времена наступают для наследников!
— Чего вы хотите?
— Я знаю нескольких клиентов Холла — у меня случайно оказалась его записная книжка, — и мне бы не хотелось, чтобы они из-за меня оказались в тюрьме. Угрызения совести, знаете ли… Вам приходилось слышать о Кардиологическом центре?
— О чем?
— Есть такое высоконаучное медицинское учреждение, которое занимается поисками новых методов лечения сердечных заболеваний. Вот было бы хорошо, если бы вы им помогли.
— Не понимаю.
— А чего тут не понимать? Вы просто вносите на их счет тридцать тысяч фунтов стерлингов. Они очень обрадуются, потому что вместе с тридцатью тысячами, которые внесет каждый из остальных "клиентов" мистера Холла, это составит весьма внушительную сумму. Я же, в признание ваших заслуг перед отечественной кардиологией, изменю в своем репортаже вашу фамилию и адрес. Свой репортаж я представляю начальству завтра утром, в десять часов. К этому времени квитанция, подтверждающая ваш взнос в кардиологию, уже должна лежать на моем столе.
Похожие разговоры состоялись еще с тремя удачливыми наследниками.
На следующий день, ближе к вечеру, Джек Лемон принес Памеле в больницу свежий экземпляр "Ивнинг стандард". Бросался в глаза заголовок огромными буквами на первой странице: АДВОКАТ ДЬЯВОЛА.
У девушки заблестели глаза, вспыхнули румянцем бледные щеки. Прочтя текст, она обратила внимание на краткую приписку: "Все фамилии изменены по причине отсутствия доказательств".
— А если бы они не внесли взносы в Кардиологический центр? — спросила она, теребя в руке четыре банковские квитанции.
Лемон улыбнулся:
— Фамилии мне все равно пришлось бы заменить. У меня ведь и в самом деле нет доказательств. Разве что вот эти квитанции…
ЭКСПЕРТИЗА
Владимир Соловьев, Елена Клепикова
ЮРИЙ АНДРОПОВ: ТАЙНЫЙ ХОД В КРЕМЛЬ
Владимир Соловьев, писатель, политолог, литературовед, покинул Советский Союз 14 лет назад. За эти годы им написаны три романа, два политологических исследования, множество политических статей, появившихся в американской прессе. Последнее время В.Соловьев активно сотрудничает с радиостанцией "Свобода".
Публикуемый фрагмент взят из одноименной книги, написанной им в соавторстве с его супругой Еленой Клепиковой.
В одном из ближайших номеров "ДиП" а мы продолжим знакомить читателя с творчеством В.Соловьева.
© Vladimir Solovyov & Elena Klepikova, 1983.
Первое русское издание готовится издательством ПИК.
Установить, что есть в человеке плохого и что хорошего, лучше и легче всего, если присмотреться, к чему он стремился при другом государе.
Император Гальба при назначении преемника. Приведено Тацитом
Известно Богу, Каким путем окольным и кривым Корону добыл я…
Шекспир. Генрих IV. Часть 2
ПРЕДИСЛОВИЕ
Знаменитые слова Черчилля о России — "a riddle wrapped in a mystery inside an enigma"[37] — есть все основания отнести к ее нынешнему руководителю Юрию Владимировичу Андропову, даже в том случае, если он больше хочет казаться загадочным, чём является на самом деле. Такой вариант тоже не исключен — и не только по отношению к Андропову, но и к стране, которую он сейчас возглавил. На эту тему есть известная шутка, смысл которой сводится к тому, что главный секрет России — это
