и остановить ее, хотя я тоже торможу, не давая себя увести. — Ты кто такая и что творишь? У тебя проблемы?
Сестра профессора волчонком смотрит на нее. Она выглядит сегодня не такой вызывающе красивой, как обычно, потому что ее бледное лицо без капли косметики, и на ней простой топ с джинсами, и накинутой сверху свободной расстегнутой кофтой.
— Мне нужно поговорить с ней на серьезную тему. Пусти, пожалуйста.
— Да-а? — тянут чуть ли не дружно Лиза и Света. — На какую же, просвети нас? Кать, кто это?
Девушка переводит на меня взгляд.
— Мне при них начать озвучивать все?
Блин. Я поджимаю губы. Я ведь могу прекрасно угадать, что за тема ее волнует, и хоть я не горю желанием куда-то теперь идти с ней, но и не особо хочу, чтобы девочки узнали о профессоре и наших с ним встречах.
— Идите без меня. — говорю я им. — Я ее знаю. Поговорю и приду к вам.
— Точно?!
— Да все в порядке.
— Точно-преточно? — не успокаивается Лиза, а затем смотрит на девушку. — Если ты ее хоть пальцем тронешь, мы тебя найдем и закопаем.
— Я не собираюсь ничего с ней делать, успокойся. Мне действительно нужно поговорить. — отвечает ей сестра профессора и только после этого мои подруги ее отпускают.
— Кать, мы тебе звонить будем. — говорят они мне и, постоянно и настороженно оглядываясь, удаляются. Я провожаю их взглядами, и когда они отходят на достаточно приличное расстояние, смотрю на девушку снова.
— Что ты хочешь от меня?
— Пойдем. — она снова тянет меня за руку в сторону парковки. — Лучше ко мне в машину.
У меня приподнимаются брови.
— Еще раз? Нет, спасибо. Давай здесь.
— Еще раз?! — она округляет глаза. — А ты не понимаешь, кто в прошлый раз заставил меня это сделать? Нет, мой братик сейчас не при чем. Я просто поражаюсь... — она трет растерянно лицо, затем смотрит на меня. — Ладно, понимаю. Послушай, тебе дать денег на билеты и съем жилья? Помочь уехать? Он тебе угрожает? Не переживай, даже если уедешь в другой город, ему будет лень за тобой гоняться.
— Ты про что? — растерянно спрашиваю я.
— Я про Влада. — выдыхает она. — Мне родители рассказали про встречу. Передо мной можешь не притворяться. Так чем он тебе угрожает, чтобы ты оставалась с ним? Отчислением? Знаешь, это будет не самое страшное. Но вообще, идем в институт в деканат. Я тебя провожу. Бери академ и поехали со мной. Через год его точно не будет в этом институте. А если сейчас пойдешь со мной в полицию и расскажешь все, как было, и заодно про то, что он работает по чужим документам, то его не будет здесь еще раньше. Я помогу тебе, буду ходить с тобой за руку, если ты боишься.
Я со всей силы выдираю руку из ее захвата.
— Прости, но в этом я не участвую. Тебе не кажется, что не нужно лезть со своей помощью к человеку, который тебя об этом не просил? — интересуюсь я. — Тем более, уж кому-кому, но тебе я точно не доверяю.
— Кать. Ты больная? — восклицает она, и я вижу, как студенты начинают оборачиваться на нас. Блин, вот коза. Я раздраженно поджимаю губы. — Ты встречаешься с человеком, который хотел тебя убить! Тебе точно нужна помощь!
Мне кажется, что мы уже не встречаемся, но этой сумасшедшей знать об этом и не нужно. Какого фига она лезет не в свое дело? Мне еще третьего лишнего, сующего нос в наши и так непростые с профессором отношения, не хватало.
— Ты можешь потише орать? — интересуюсь я. — Разве ты в этом не участвовала?
— Я признаю свою вину. —- она прикрывает глаза ,нахмурившись. — Да. Могу пойти в полицию и признаться. Я не буду убегать. Он надавил на меня, он прекрасно знает, на что можно давить, чтобы человек шел и делал то, что ему нужно. Блядь... то, что ты шарахаешься от меня, но встречаешься с ним, тебя никак не беспокоит? Да, он умеет выставлять людей ебанутыми, а сам оставаться белым и пушистым. Круто. Но тебя правда никак это не смущает, Кать? Подумай.
Она прет на меня с уверенностью бульдозера, и я немного теряюсь, что ей сказать. Мне хочется ответить ей что-то более умное, но я всего лишь выдаю:
— Тем не менее, это по-прежнему остается не твоей заботой и не твоим делом. Я сама разберусь, хорошо?
Она отнимает руку от лица, которой терла лоб и смотрит на меня так, будто на пациента психбольницы. С глубокой жалостью и отчаянием.
— Боже. — вырывается у нее. — Какой треш.
— Это все? Я пошла.
— Нет. — обрывает она меня. — Если ты неспособна это сама сделать, я поднимусь сейчас в деканат и открою им глаза на то, какого человека они держат в институте. Хоть скандал закачу, чтобы привлечь внимание. Понимаешь, они и полиция потом будут опрашивать и тебя. Узнает весь институт и про тебя будут ходить сплетни. Я не хочу доставлять тебе проблемы, но лучше так, чем ты останешься с ним.
Вот сучка. Я, закатив глаза поворачиваюсь к ней, и, сложив руки на груди, мрачно смотрю на нее.
— Где, прости, была твоя забота, когда ты лично связывала меня в лесу, а потом трусливо убежала, оставив меня с таким человеком?
— Я поступила мерзко. Даже не буду объяснять причины, просто признаю это. Но почему ты ненавидишь меня, и оправдываешь его в этой ситуации?!
— Я его не оправдываю. — вздергиваю я брови. — Речь исключительно о тебе. Почему ты внезапно корчишь из себя спасителя, натворив дел?
— Потому что я могу тебе помочь.
У меня закатываются глаза.
— Я тебя не просила о помощи. Если она мне понадобится, я, скорее, обращусь к вашим родителям. К ним у меня больше доверия сложилось как-то. Или к своим.
— И почему ты еще этого не сделала?!
— Да блин. Потому что помощь мне не нужна?
— Просто скажи, что он тебе наговорил? — она хмурится. — Как оправдывался, что наплел? Про свое трудное детство? И ты пожалела его? Ты ведь отдаешь себе отчет, что он ненормальный. Он
