Заодно изучил, кто такая Райна, чью могилу уничтожил перенос. Это оказалась канонизированная свободными еретиками святая, организовавшая двести лет назад сопротивление прогрессу, убившая трех ажлисс и уничтожившая их кристаллы. Почему-то ее не казнили, а только выселили вместе с последователями в Северные леса, и шутка судьбы: практически через её могилу прошло перемещение Территорий. От прогресса не убежишь! Зачем-то в закрытых архивах хранились ее стихи, но Стив обрадовался и уложил вирши еретички в своей папке — они оказались созвучны его настроениям.
Его же родная планета засекречена не была.
Небольшая планетка, неравномерно заселенная. Города сливались в сплошную яркую линию по побережьям или выглядели как светящиеся пауки, раскинувшие сеть дорог в ночной съемке. Люди жили в огромных скоплениях, а также в маленьких, невидимых с передатчика деревеньках, и Стив давно запутался в разнообразных народах, стилях и языках… Ос, Сэмла, Ту, Пртви, Аардэ, Тьера… Аборигены не имели общезвучащего названия для планеты! Стив ничего не мог с собой поделать и исследовал эту Сэмлу, удивляясь, что с таким обилием неплодородных земель, ледников, лесов, гор с пустынями и даже воды, аборигены дружно поименовали планету «почва». Как будто ковчег с переселенцами долго блуждал в морях космоса и, уже теряя надежду, путешественники увидели пригодную к обитанию планету и дружно завопили: «Земля!». Хотя она была на самом деле вода...
Нет, он не настолько наивен, чтобы действительно думать, что сможет увидеть или узнать своих родных, случайно попавших в запись. Наоборот, их должны были преднамеренно убрать из всех архивов.
Стив прокручивал виды, слушал речь из разных уголков Сэмлы… Удивлялся разнообразию одежд, архитектуры, образов жизни. И хотя на улицах городов каждый человек был одет иначе, и он даже не нашел двух одинаковых машин, ничто не вызывало даже намёка на отзвук дома. Всё было чужое.
Выключил экран и протер глаза. Надо бы проверить одну догадку...
Спустился в секретарскую. Время еще было рабочее, но из-за карантина в ней был только Вик. Домашние дела решались без личных визитов.
— Я посижу здесь, хорошо?
— Что, не хочешь ждать Джи вдвоём с андроидом? — Вик поднял глаза и улыбнулся. — Конечно, ты мне не мешаешь.
Вик переписывал визиты на будущий месяц, когда собирались открыть торговые каналы и передвижения людей. Подсчитывал перераспределение ресурсов с учетом наполнения вивария и строительства Северной базы.
Стив немного подождал. Мягко, почти нечувствительно придержал Вика и спросил:
— Вик, а сколько есть других экзекуторов?
В голове у Вика возникла цифра «Пять!» и сразу же в мыслях появился резной громоздкий шкаф и кисточка, тщательно и медленно покрывающая позолотой каждую завитушечку и углубление.
— Крошка! — взъярился Вик. — Ты толкаешь меня на предательство или хочешь моей смерти?
— Да не хочу я твой смерти, ничего тебе не будет. Ты же не виноват! Но почему шкаф?
— Ты не знаешь, что такое печати памяти? — огрызнулся Вик.
— Шкаф — твоя печать? Зачем тебе что-либо запечатывать, когда я могу прочитать твой дневник?
— Тебе Джи сказал проверить меня?
— Нет, я сам, — хихикнул Стив. — Но мне печати не нужны, у меня нет тайн от Джи.
— Вот именно! — Вик сидел с каменным лицом. — Ты не имеешь права ничего решать и проверять сам!
— Ну прости, я больше не буду, это же даже не секрет. Ты знаешь, Джи знает. А мне просто… смешно! — Стив соскочил с кресла и сбежал в зал совещаний.
Двери за спиной бесшумно захлопнулись, а Стив, проскочив через пустующее помещение, прижался лбом к холодному косяку у покоев Императора. Пять! То есть шесть вместе с ним… Целых шесть!
Проскользнул в апартаменты Джи.
Выглянул Эж и скрылся. Из каморки стюарда еле-еле тянуло специями, жареными овощами и хлебом — Джи предпочитал, чтобы стюард пёк свежий хлеб к ужину и завтраку.
Стив прошел в кабинет. Включил панораму с видом на водопады. Где они могут быть? Вряд ли тут есть целая комната с инкубаторами, он бы заметил. Раскинул скан. Такой шум вокруг! Еще бы, центр густонаселенной базы! Так он ничего не услышит. Кончается послеобеденная смена, все куда-то двигаются...
Не логичнее ли их держать там, где уже есть инкубатор? Тренировочный зал! И никто чужой там не бывает. Только император и экзекутор. Ага!
Вернулся в прихожую и, обойдя Эжа, нырнул в тайный проход.
— Ужин через тридцать минут, — крикнул вслед стюард.
Стив не счел нужным реагировать.
Обошел зал, ведя рукой по стенам и прислушиваясь — ничего. Климатизация, изоляция, световоды, техническая дребедень, убранные тренажеры… Ничего! Пусто.
В кристаллах? Кристалл можно спрятать где угодно, ведь аура из ловушки почти не звучит. Он услышал Гверрца в фургоне только потому, что стоял чуть ли не вплотную к крилоду.
Еще раз неясно зачем оглянулся и, не торопясь, вернулся, встретившись с императором в прихожей.
Джи появился со стороны приемной, со шлемом полного погружения под мышкой. Слегка улыбнулся и, пощекотав нежным ментальным касанием, закрылся в ванной — переодеваться к ужину.
Стив перешел к столу и ждал, разглядывая рисунок древесных волокон на полу — кажется он сейчас тоже сделает себе печать.
— Садись ужинать, — Джи небрежно погладил Крошку и сел во главе стола.
— Приятной трапезы! — Стив на всякий случай еще раз полюбовался на каштановые с золотыми искрами жилки и опустился на свое место.
Джи пришел через приемную… Вик донёс? Или нет?
Пощечина была настолько мгновенна и сильна, что Стив осознал ее уже лежа на полу с разбитыми губами. Как будто его тело вдруг взорвалось, а душа только-только долетела следом и неловко собрала осколки в одно целое. Сел, свесив голову, чтобы не испачкать одежду. Автоматически вытер пальцами кровь с подбородка, смотря в пол на маленькую блестящую лужицу. Надо же, проморгал. Джи успел встать, подойти и ударить, а он ничего не заметил.
— Прости, я не сдержался, — стараясь говорить тихо и внятно, насилуя бьющееся в дрожи тело, проговорил Стив и прижал тыльной стороной ладони нос: вот и нос разбил.
— Я говорил, не искать экзекуторов и не спрашивать о них! Вылижи за собой!
Слова втекли тяжёлой ртутью. Придавили ещё ниже к полу… Но пришло удовлетворение — преступление раскрыто, ничего скрывать не нужно! Захотелось даже огрызнуться, что это как раз его императорское величество насвинячило! Но это было бы совсем неразумно. Стив закрыл глаза, сосредотачиваясь, останавливая кровь и утешая звенящую, как пустой колокол, голову.
Унижение его уже не задевает. Неприятно, что надо лизать кровь, да еще свою. Хотя, чужую тоже не сильно хочется… И он рад, что не сперму и не еще какие выделения. Вот, во всем надо искать хорошее.
— Умойся и окончи ужин. После ужина поговорим, — Джи смотрел тем странным бесчувственным взглядом, который бывает у портретов давно умерших людей. Сканировать страшно, и неведомо какое у Бога настроение сейчас.
Тратя последние силы, чтобы двигаться легко и бесшумно, Стив сходил в ванную. Тело одеревенело. Усмехнулся про себя: «Да, получилось сделать очень крепкую печать — даже лицо об неё разбил».
Постарался есть не слишком торопливо: Джи демонстративно ждал, чтобы окончить ужин одновременно.
— Почему ты провоцируешь? — Джи задвинул стул и пересел к лабораторному столу.
Стив загнал поглубже рвавшийся ответ: а почему ты провоцируешься? Сел на пол и прижался головой к бедру Джи.
— Я люблю тебя, — прошептал.
— Я знаю, — рука спустилась и потрепала его по голове, провела пальцами по шее, разливая тепло и нежность. — У тебя не должно быть тайн.
— Прости...
— Иди в постель, у меня еще дела, — Джи потянулся за шлемом.
Стив успел поцеловать любящую руку, поднялся и исчез в ванную, отмывать свой страх.
*
Когда Стив, уже выжатый, утомленный и удовлетвореннный, собирался незаметно уснуть, Джи встал и вышел в кабинет. Вернулся с ментальным шлемом.
