— Прости, — шепчет Натан. — Тебе придется залезть в эту дрянь — ключ на дне, слева.
Вик прыгает в бассейн, отталкивает тело Императора, находит ключ и открывает оковы.
— При стрессе даже человек может поднять грузовик, — продолжает шептать Натан. — Я же ажлисс, у меня больше возможностей. Меня нельзя отравить или заразить. Раны быстро заживают. Ажлисс могут общаться мысленно вблизи... А сейчас... Это как убрать расстояния... Всё близко. Я теперь могу слышать чужие мысли и внушать что угодно и где угодно...
— Перестань бормотать, — Вик тащит его из бассейна. — Это ты убил их всех? Как экзекутор...
— Да, я стал экзекутором, но буду Императором, — Натан вырывается и подтягивает к себе тело Императора. Вынимает из ножен на его бедре кинжал. Придавливает большим пальцем рубин на головке рукояти. Тот загорается, сигнализируя о включенном силовом поле. — А этот мерзавец нарушил все наши законы!
Он срывает с шеи Императора молочно-белый кристалл. Кладет его на край бассейна и крошит кинжалом, делая глубокие засечки на бордюре:
— Теперь никто не сможет оживить предателя!
Осколки кристалла становятся прозрачными...
*
Он решил не ложится в инкубатор — у него хватит сил восстановится самому. Затягивает багажные ленты, привязывая очередное тело к планеру. Вручную относит и сгружает трупы в конвертор. Кажется, так он частично искупает убийство. Вик истерически закрылся в комнатах прислуги — его можно понять. Спасибо, что не пытался удрать... Хотя с другой стороны, куда бы он удрал? Потом он поговорит с ним. Потом, когда сам решит, что будет делать.
Взял из автомата два обеда. Один отнес под дверь Вику. Три раза стукнул и ушел в кабинет Джи. Сел в кресло, больше похожее на половину дивана и выдвинул нижний ящик такого же монументально-роскошного, но пустого рабочего стола. Ящик полон молочного сияния — россыпь полных и пустых крилодов. Провел над ними рукой. Найрия?! Пепельная блондинка всегда в длинных платьях из секции нейроуправления... Осторожно, кончиками пальцев достал крилод, откуда плакала знакомая аура. Она исчезла лет пять назад. Авария над океаном, крилод не нашли... Еще одна причина создать библиотеку крилодов.
*
Малый портал не перестает дымиться туманом, пропуская одного за другим разнообразно одетых гостей со всех планет Империи. Все высоки и красивы. У каждого на груди прозрачный кристалл.
Они, в сопровождении охраны и андроидных слуг, проходят в зал заседаний и рассаживаются вокруг стола, замкнутым овалом обегающего голограмму Императора Джи, приветственно простирающего руки к входящим. За спиной голограммы просвечивает пустой трон.
Все собрались и нервно переговариваются. Мысленно и вслух.
Из дверей за троном выходит Натан в простой рубашке нараспашку и без украшений. Его кристалла не видно. У ноги идет крупная львица.
— Совет ажлисс! — Натан встает на императорское место, Львица садится и зевает, показывая огромные зубы. Изображение Императора Джи гаснет. — Я собрал вас, министров и регентов планет, чтобы сообщить — Император Джи мертв. Он сделал ажлисс свою бесполезную дочь и выводок ее любовников! Он намеренно пытал ажлисс, чтобы найти тех, кто имеет способности экзекутора и убивал их! Он надругался над законами и смыслом создания ажлисс!
В зал заходят двое мужчин и одна женщина в глухих синих костюмах, руки спрятаны в рукавах. Встают с обеих сторон от Натана.
Львица укладывается, опускает голову на лапы и закрывает глаза.
— Я вызвал комиссию дознавателей, — Натан протягивает руки в стороны. Дознаватели берут за руки его, друг друга и вызывают ближайших членов совета тоже взяться за руки. Все собрание соединяется в кольцо. — Я исповедуюсь. Дознаватели прочитают истину в моём сознании, а вы, соединенные в единое целое биополями и мыслями, увидите то же самое, что они. Вы увидите правду: я убил Джи в самозащите и во имя законов Империи!
Некоторое время все стоят в глубокой тишине, и Натан мысленно показывает то, что он пережил.
Потом дознаватели разрывают цепь, прячут руки в рукава, делают общий поклон и удаляются.
На глазах у притихшего собрания Натан медленно меняет лицо, становясь дублем убитого Императора.
— Бессмертный Император Джи останется бессмертным. Признайте меня Императором. Я ученый, и для меня главное — не личная выгода, а наука и благоденствие цивилизации. Я синхронизировал порталы со своим биополем и, пока я жив, транспортная паутина работает безопасно и без перебоев.
— Ты узурпатор! — вскакивает мужчина атлетического сложения с диадемой, чудом держащейся на сложной прическе. — Вечный император не может быть убит! По какому праву ты разбил его крилод? Я — регент планеты Карао, протестую...
Львица вскакивает на стол, скользит, тормозя когтями, и хватает регента Карао за голову. С хрустом прокусывает череп. Падает со стола, стаскивая тело за собой.
Натан снимает с шеи убитого молочно-белый кристалл ловушки души и показывает собранию:
— Его душа сейчас тут, но надо ли оживлять бунтовщика, давать ему новое тело? Я сильнее любого из вас, — Натан возвращается во главу стола и садится на трон. — Я управлял этой львицей. Никто из вас не способен к такому мысленному управлению. Можете дотронуться до неё — вы ажлисс и почувствуете, что животное не биоробот.
Львица проходит по круговому столу, некоторые с опаской ее трогают, кивая, что да. Это настоящее животное.
Натан с лицом Императора Джи встает во главу стола и вынимает из кармана прозрачный кристалл, поднимая его над головой:
— На основе стабильности Империи, на крилоде, дающем вечную жизнь, я клянусь быть гарантом мира и разумного прогресса. Клянусь соблюдать основы существования Империи: ажлисс могут стать только те люди, которые доказали свою необходимость человечеству. Ажлисс отказываются от личных выгод и умеренны в личных потребностях во имя интересов всего человечества. Бессмертный Император Джи останется бессмертным. Я жду от вас клятвы в верности Империи и мне — вечному Императору Джи!
Регенты и министры встают, сжимают свои кристаллы и присягают...
*
Он наконец-то нашел время и место поговорить с Ханой:
— Люди живут в тепличных условиях и тупеют. У них нет проблем, нет повода напрягать мозги... Для этого мы делаем колонизации и экспансии. Встряски, необходимые для цивилизации, чтобы она не закисла в бездельи и благости. Иначе через несколько поколений у нас не будет ученых, двигающих прогресс.
— Кому нужен твой прогресс, — Хана оборачивается от окна и сжимает руки, — когда ты не даешь его людям?
— Наука зашла слишком далеко. Если дать эти возможности всем, то человечество самоуничтожится. Не будут рождаться дети, будет стазис, который равен смерти. Я постоянно думаю над балансом! Сколько и какие проблемы надо решать отдельному человеку, какие условия жизни социума идеальны для сохранения и развития человечества. Ты можешь помочь мне, всем.
— Ты эгоист. Ты, ты, ты! Ты хочешь решать за всех — это твоя проблема, это твой грех гордыни! Этим ты убиваешь личности. Ты убиваешь человечество.
— Пятьдесят миллионов лет бесконечных войн, катастроф и уничтожения знаний! Пятьдесят миллионов лет цивилизации, построенные на индивидуализме, скатываются в самоуничтожение сразу же, как только вспоминают, как делать колесо! Это путь человечества?! Тебе мало доказательств? Ты же образованный человек!
— Нельзя из людей делать стадо! Почему-то ты не очень торопишься замкнуть кольцо единения разумов и планет! Ты выжидаешь, смотришь, как рушатся эти твои хваленые цивилизации и не делаешь ничего!
— Всему свое время. Они должны дозреть.
— Лжец! Ждешь пока погибнут миллионы, чтобы родился нужный тебе индивид!
— Хани, вернись и мы поговорим с тобой в цитадели науки.
— Нет. Я не вернусь, и ты знаешь почему!
Хани. Уже давно женщина с короткой стрижкой. Зло смотрит на него и кричит: — Ты предал нас! Ты отверг нас, ты отказался от человечности! Ты предал меня!
