позвонить, когда телефон недоступен. Возможно, я не единственный, кто хочет пожелать ему скорейшего выздоровления.
Приятно осознавать, что хоть кто-то с уважением относится к американцу несмотря на грязные слухи. Что в этом мире, что в ее прошлом - китаец оставался мудрым и рассудительным мужчиной. Жаль, что он недостаточно общителен с другими. Даже она, казалось, его друг, и то, еле находила время для разговоров.
- К слову, у меня в гостях сейчас Германия. Он бы также хотел передать США свою благодарность и здоровья. - Отметил брюнет, слыша отдалённый голос немца. - А! Также он напомнил, что мы выслали ему небольшие подарки. От меня лично, от Германии, Северного, Японии, Италии и Греции. Они должны были уже прибыть в Вашингтон. Уточни у его секретаря.
- Хорошо. Я все передам. - Улыбнулась Россия, поправив прическу.
В последние дни она слишком часто улыбается. Нужно убирать эту привычку, иначе ее перестанут воспринимать всерьез. Нежные и яркие чувства лишь позволят воспринять ее слабой и наивной. С одной стороны, так ей легче обмануть врагов, с другой - в политике мало кто согласиться работать с подобным человеком. Разве что только если в качестве пешки.
- Россия, а ты сама в порядке? - неожиданно спросил Китай, забыв о чае. - Тогда я не только о США думал. Тебе больше всех досталось.
- Я справилась. - Тихо произнесла она, не желая затрагивать тему. - Главное, что все это закончилось и все страны и рабочие остались живы. Больше всего я переживала за это.
- Ты не пойми меня неправильно. Союз просил приглядывать за тобой еще когда ты была совсем маленькой. Считай это моими личными переживаниями.
- Спасибо. Я не знала... Точнее не помню, что он тебя просил.
- Все из-за этой амнезии. А может просто стёрлись воспоминания из детства, ведь мы столько лет прожили... Прошлое имеет привычку стираться из памяти, и в этом нет ничего ужасного. В любом случае, тебе незачем так переживать и пытаться вернуть воспоминания. Что сделано, то сделано. Если захочешь поговорить о твоем детстве, я всегда готов уделить тебе время и даже заварить чай.
- Даже так... В таком случае мне следует обязательно принять твое приглашение, как только появится свободная минута.
- Буду ждать. Хотя... К сожалению, это ожидание может продлиться несколько месяцев или лет... - печально усмехнулся китаец, удивляя русоволосую.
А ведь в этом мире она так и не привыкла к теплоте Китая и Северной Кореи. Точнее, здесь они слишком мягкие и добродушные в сравнении с ее миром. Она прекрасно понимала, что мужчины скучали по другой России, глядя на холодную незнакомку. Но может теперь ей удастся принять эти странные стороны суровых мужчин? Может они постепенно принимают их новую подругу, несмотря на ее более зрелый и серьезный вид?
- Что ж такое... - вдруг заворчал брюнет, шурша чем-то в динамик телефона. - Неймётся тебе. Вот! Держи! Мог ей сам позвонить. Уж Россия точно отвечает на звонки, а если занята, то передает эту эстафету своему помощнику. Германия, не сломай мой телефон!
- Не сломаю. Уймись уже. - Устало пробормотал немец, желая поговорить с девушкой. - Эй, Россия! Давно не разговаривали с тобой. Как ты там?
- Действительно... Долго не общались. - Сдержанно произнесла она, вспоминая их последнюю беседу.
Если ей не изменяет память, на новогоднем банкете они все же перебросились парочкой фраз, однако Украина разрушил всю умиротворённую атмосферу между ними. С другой стороны, они не так близки и никогда не пытались наладить хотя бы отношения в коллективе. В сравнении с ее миром он совершенно бесхребетный и тихий, тогда как другой немец всегда строг, пунктуален и тверд. И что же этому трусу, который прятался в банкете под столом, вдруг захотелось рассказать? Просто узнать ее самочувствие? Вряд ли.
- Все со мной нормально. - После шумного вздоха ответила россиянка. - Спасибо, что спросил.
- Слушай... Я все никак не мог собраться с силами, чтобы написать тебе хотя бы сообщение. - Вдруг замямлил тот. - Но спасибо, что на банкете смогла нас защитить. Я, честно, думал, что Беларусь пристрелят.
Ей хотелось злобно рассмеяться от его слов. Каждый думал о приближающейся смерти ее сестры, но их шкура намного дороже. Только русоволосая решилась им противостоять, остальные лишь спасали самих себя. Даже пальцем не пошевелили, ради коллеги, которой широко улыбались.
- Я только хотела спасти сестру, не более. - Отстранённо ответила она.
- В любом случае, я теперь твой должник. И США от меня передай скорейшего выздоровления. Несмотря на его ошибку, он быстро смог все исправить.
Казалось, она сейчас взорвется от гнева. Ошибка?! Она разговаривала с американцем по поводу случившегося, они не раз просмотрели отчёты о вторжении и убийствах, и все это считалось спланированным нападением. Трупы в комнатах для прислуги и явный признак того, что среди подчинённых рыжеволосого был предатель. Кто-то должен был пропустить наемников, позволить им убить часть официантов и незаметно занять их места. Опыт обслуживания говорил о том, что нападение планировалось заранее, обучая убийц основам. И этот кто-то явно находился в банкетном зале. Ошибки нет, США приставил кучу охраны и позволил охране своих коллег дежурить на празднике. Здесь было либо предательство, либо кто-то из телохранителей стран смог помочь наёмникам проникнуть в Белый дом. Но разве их послушают? Этим людям лишь бы скинуть на кого-то груз ответственности, не желая провести тщательное расследование.
- Хорошо, что он вообще жив. - Холодно ответила девушка. - Все твои слова я передам. Благодарю за беспокойство.
И не желая более с ним разговаривать, она спешно попрощалась и выключила телефон, отложив его в сторону. Спокойно. Главное не позволять ярости одолеть ее разум. Сейчас она поедет к Штатам, немного побеседует с ним, и все плохое забудется. Только бы не забыть посылку Китая и этих надменных ублюдков. Хотя, если честно, Россия бы выкинула их подарки на свалку. Все равно в них нет никакой искренности.
***
- Я уже хотел звонить. Боялся, что ты не приедешь... Но вижу не зря столько ждал. Чудесно выглядишь...
Лучший комплимент от американца — это не только его слова, но и хищный взгляд, которым он осматривал ее тело, задерживаясь на лице. Если бы не несколько явно тяжёлых пакетов в руках русской, то ему бы не составило труда подойти к ней и прижать к себе, желая получить долгожданный поцелуй. Однако недавно
