слизать все остатки кекса. Над губой все еще розовел крем, а к щетине прилип кусочек теста. Забавный серьезный босс. Так ему и надо.
— Ты весь в креме, — Элли не смогла скрыть ликование в голосе.
Руки с ее талии так и не исчезли. Хит закатил глаза.
— Твоими стараниями, вообще-то.
— Постой ровно.
Не раздумывая, что делает, Элли потянулась, коснулась пальцем розового кремового пятна и попыталась оттереть. Кожу царапнула жесткая щетина. От места соприкосновения прокатились прожигающие насквозь искры. Хит вдруг затих, и Элли тоже замерла.
О боже…
По позвоночнику прошел разряд и прострелил поясницу. Взгляд прилип к испачканным губам, ладони на талии вдруг превратились в горячий воск. Элли взмахнула ресницами, отрывая взгляд от выразительных губ, мазнула по носу и заглянула в черные бездонные глаза. Время застыло. Сердце оглушающе забилось в ушах.
Хит пристально смотрел ей в лицо. Коротко метнув взгляд к губам, тут же снова вернулся к глазам и замер. Нужно отстраниться. Отступить на шаг и как-то метко пошутить. Это же только затянувшийся прикол, не больше. Еще не поздно оторвать ногу от пола, поставить подальше, вторую ногу — вслед за ней…
Но Элли, как примагниченная, осталась стоять на месте. А в следующий момент Хит разомкнул губы и поймал ее испачканный палец, коснувшись его языком и все так же не отводя взгляд.
О черт-черт-черт!
Воздух рывком ворвался в легкие и застрял на выдохе. Пальцы в носах туфель невольно поджались. Потемки коридора завернули в свое одеяло, а шум из залов отдалился, как в глубоком сне. От поясницы оторвалась одна ладонь, оставляя вместо себя холод и пустоту, но тут же опустилась на голую спину, и вверх по позвоночнику невесомо заскользили сухие пальцы, вычерчивая пылающую полосу.
Тело парализовало окончательно. Отступать не осталось сил.
— Что ты со мной делаешь, Эль Мейер? — Хит чуть склонился вперед, и они столкнулись лбами. Кончик носа мазнул по щеке. — Что ты со мной делаешь?
И его губы мягко запечатали ее. Мир замер и вовсе исчез. Голова опустела, мысли испарились, колени едва не подкосились. Элли издала стон и вцепилась в футболку на крепких плечах. Разомкнула губы навстречу и тут же языком ощутила яркий ягодный вкус. Щетина кольнула кожу, миллион импульсов ринулся вниз, солнечное сплетение будто взорвалось.
Это какой-то бред. Сладкий, давно забытый бред, вытянутый из дальних уголков памяти. Элли обвила крепкую шею руками и вжалась в твердое тело. Хит сильно содрогнулся и жадно спрятал ее в объятиях. Лучший бред, который с ней случался. Она интуитивно повернулась так, чтобы не сталкиваться носами — тело вспомнило само. Пряжка ремня впилась в живот. Больно и потрясающе, до тягучего томления. Рванув руки вверх, Элли зарылась пальцами в мягкие темные волосы, совершенно точно зная, какие они на ощупь, и притянула Хита ближе, углубляя поцелуй.
Он издал судорожный стон. Гулкий, быстрый стук его сердца эхом отдался в ее груди. Хит первым отстранился, но только для того, чтобы обхватить ладонью ее затылок, стянуть с плеча край платья и прижаться губами к ложбинке ключицы. Элли рвано выдохнула.
Не размыкая объятий, не отрывая губ от кожи, Хит сделал большой шаг вперед. По шее вверх наметилась дорожка поцелуев, на мочке уха обозначился мягкий укус, и губы снова оказались запечатанными. Язык жадно обжег небо. Хит скользнул ладонями под бедра. Мгновение, и Элли оказалась приподнятой над землей. Она интуитивно обвила его ногами, и спина несильно врезалась во что-то холодное. Но оно сразу исчезло, а шум из залов отрезало глухим хлопком.
В неярком свете уличных фонарей блеснули металлические поверхности. Кухня.
Еще несколько шагов на ощупь, и Элли оказалась сидящей на какой-то поверхности. Голую кожу остудил металл. Контраст огня и льда. Она задохнулась от неожиданности, Хит поймал ее выдох губами, и Элли начала падать на холодную столешницу. Волна желания захлестнула с головой.
Все знакомо, так знакомо! Те же чувства, те же ощущения: мягкие настойчивые губы повсюду, крепкое тело, нависшее сверху, темные взлохмаченные волосы, завесившие родное лицо. Спина коснулась металла, по позвоночнику пробежала крупная дрожь, а сверху придавила приятная тяжесть.
Все правильно. Все на своих местах. И так неправильно одновременно…
Хит прикусил тонкую кожу под ухом и повел зубами вниз, оцарапав шею щетиной. Впился губами в плечо, обхватил колено, и Элли послушно забросила ногу ему за спину. Так быть не должно. Но как же хочется! До ноющей боли внизу живота. Пальцы ног поджались, когда Хит рванул платье со второго плеча. Элли вцепилась в темные волосы и сильно сжала кулаки. Он рывком выдохнул разгоряченный воздух. Поддев разрез на платье, обжигающая ладонь заскользила вверх по бедру…
Элли вздрогнула и распахнула глаза.
Все-таки неправильно.
— Хит, постой, — собственный голос со свистом вырвался из легких.
Пальцы до дрожи царапнули тонкую чувствительную кожу.
— Хит, остановись, — Элли уперлась ладонями в плечи и надавила.
Он дернулся, рука замерла. Дошло?
Глава 37
Воздух с трудом входил в легкие и судорожно вырывался обратно бешеным потоком. Каждая мышца звенела от напряжения, сердце колотилось в ушах, а все тело рвалось вперед. К ней. Не останавливаться. Не слушать.
Но Хит услышал.
— Это неправильно, — тихий, хриплый выдох запутался где-то в его волосах. — Так не должно быть.
Тело сотрясла крупная дрожь. Не слушать и не останавливаться… Хит зажмурился и уперся лбом в белое плечо.
— Что неправильно? — горло сдавило, и собственный голос вырвался рваным полушепотом.
— Все это. Я не могу.
Еще одна волна крупной дрожи прокатилась по спине и отдалась в коленях. Dio, только не это. Только не сейчас! Темнота, уединение, светловолосая мечта, такая мягкая, со вкусом мохито… Он не собирался этого делать. Хотел весь вечер: был бы ненормальным, если бы не хотел, глядя на белую красивую спину в вырезе платья. Но хотеть не значит делать: контроль над собой никто не отменял. До последнего момента. До тех пор, пока тонкий палец не отер крем с губ, нажав на невидимые точки и выбив несущий кирпич из хлипкой стены «просто дружбы».
Когда она стала отвечать на поцелуи, все предрассудки и предосторожности были отброшены. Видимо, напрасно.
— Элли… — Хит облизнул губы и исступленно потерся лбом о ее плечо.
— Секс по-быстрому не для меня и никогда не был, — протараторила она ему в затылок.
Секс по-быстрому, значит.
Из груди вырвался невеселый смешок. Отлично. Прекрасно. Что еще? Хит выпутал пальцы из ткани на бедре, через силу вытянул руку из-под подола и вернул рукав платья на место.
