что без него во многих вопросах я бы не справился.
Об этом я хочу сказать своим внукам, чтобы они знали, как я отношусь к их отцу и своему сыну.
О степане анатольевиче хомякове
Когда мы начали строить управляющую компанию, у нас были сильные дискуссии со Степаном. Тогда я ему сказал:
– У меня есть мои люди! Я тебе их передаю. Твоя задача, чтобы эти люди стали твоими. Если они станут твоими, значит, мы всё делаем правильно и мы с тобой добьёмся успеха.
Это был тяжёлый путь, потому что первоначально Степан не всегда оценивал их как успешных, у него ко всем было очень много претензий. Иногда он говорил, что нужно их выгнать и набрать других. Здесь у нас всегда возникала дискуссия. Я говорил ему:
– Нет! Мы будем работать с этими людьми! Имей терпение!
– Но мне быстрее самому всё сделать, чем им объяснять. Я трачу очень много сил на объяснения, чтобы они поняли необходимые действия.
– Надо объяснять, чтобы они поняли и делали! И ты будешь им объяснять.
– Мне быстрее всё сделать самому!
– Нет, ты будешь объяснять! Степан, мы в ответе за тех, кого приручили: это наши люди, и мы за них отвечаем! Мы будем им всё объяснять, будем им помогать, потому что они наши.
У нас с ним всегда были сложные дискуссии! Но в итоге все люди, на которых я делал ставку, достигли успеха, они выросли и стали самостоятельными.
Недавно мы обсуждали со Степаном одного из «наших» людей. Мы до сих пор часто обсуждаем события, происходящие в компании! Я советовался со Степаном:
– Есть проблема с одним из наших людей, проблема большая. Даже не знаю, что делать.
Я был чрезвычайно счастлив, когда Степан ответил:
– Мы же в ответе за тех, кого приручили!
Это была и моя работа: я сумел изменить его мировоззрение. Для меня это очень важно!
О дмитрии александровиче дулькине
Я хочу отдельно рассказать про Дмитрия Александровича Дулькина, собственника компании «Объединённые бумажные фабрики».
Мне по жизни встречаются люди, которые делают большие дела по велению души, Дмитрий Александрович один из них. Я не видел в нашей отрасли других таких людей, в этом смысле нам очень повезло.
За весь период моей работы в индустрии я не встречал более грамотного специалиста в России, который досконально разбирается в производстве бумаги и картона из макулатуры. Меня всегда удивляла чрезвычайная работоспособность Дмитрия Александровича и его необычайно широкий кругозор, а также совершенно особенный взгляд на мир. У него была уверенность, что нужно заниматься наукой, только занятие наукой может продвинуть и поддержать бизнес. Дмитрий Александрович один из немногих, а может быть, и единственный из тех, кого я знаю, кто одновременно стал передовым учёным-бумажником и великолепным бизнесменом в бумажном бизнесе. Он создал и сделал успешной свою компанию, развился как учёный, защитил диссертацию, стал профессором в Северном (Арктическом) федеральном университете имени М. В. Ломоносова (САФУ) и активно преподаёт. Я отношу это к подвижничеству: занятие наукой требует очень много времени, самоотдачи, абсолютной убеждённости, что ты занимаешься правильным делом и что твоё дело необходимо. Занятие наукой – это абсолютно неприбыльное дело, которое приносит одни издержки. Зарплата профессора, скорее всего, не покрывает даже билет из Москвы в Архангельск, а Дмитрий Александрович летает довольно часто.
Кроме того, Дмитрий Александрович создал в своей компании систему подготовки квалифицированных специалистов, он стимулирует сотрудников к занятию наукой, работает с аспирантами, помогает им защищать диссертации.
Дмитрий Александрович создаёт атмосферу семьи в компании, он делает праздники, отмечает успехи сотрудников. Он знает большинство сотрудников по имени и отчеству и относится к ним глубоко по-отечески.
При этом у нас не всегда совпадали взгляды на системное решение бизнес-вопросов. Дмитрию Александровичу очень нравится решать технические и технологические проблемы. Он с восторгом это делает и получает удовлетворение, когда это удаётся. Я был у него в гостях на Полотняно-заводской фабрике. Он показывал цех, небольшие бумагоделательные машины и рассказал, что планирует модернизировать машину.
У нас случился примерно такой диалог (я могу ошибиться в конкретных цифрах):
– Это машина шириной одна тысяча восемьсот миллиметров. Сейчас я делаю большую работу, заменяю валы, цилиндры, мокрую часть. Планирую расширить её до двух тысяч миллиметров.
– Какой прирост продукции ты получишь?
– Три-четыре тысячи тонн.
– Дима, я бы не стал этого делать! Выхлоп маленький: прироста мало, а физических и финансовых затрат много. Это здорово, но что тебе это даёт? Лучше сразу строить большую машину.
Мы несколько раз дискутировали на эту тему, и каждый оставался при своём мнении. Дмитрий Александрович считал, что такая реконструкция машины – это правильное направление деятельности, а я считал, что это нецелесообразно. На Полотняно-заводской фабрике маленькие машины он довёл до совершенства, но и большую машину он всё-таки построил на Сухонском комбинате.
Я с большим уважением отношусь к Дмитрию Александровичу и всегда рад нашему общению, дискутировать с этим человеком на любые темы невероятно интересно!
О григории львовиче баскине
У меня есть друг, Григорий Львович Баскин, один из собственников компании «Балтийская целлюлоза». Он самый крупный трейдер целлюлозно-бумажной продукции в России. Иногда я задумываюсь: видимо, настало время, когда я становлюсь старейшим работником отрасли, а потом я вспоминаю Гришу Баскина, ведь он старше меня на десять лет!
В советские времена Гриша работал одним из руководителей Приозёрского целлюлозного завода, который был расположен на берегу Ладожского озера. Он первый пострадал при разгуле демократии, когда комбинат закрыли. Гриша вынужден был начинать свою жизнь с нуля, и он сделал это очень успешно. Он создал компанию «Балтийская целлюлоза», которая работает на российском рынке более двадцати лет и показывает потрясающие результаты. Григорий Львович до сих пор сам осуществляет операционный контроль в компании. Я, например, совсем не могу заниматься операционной деятельностью, а он не только выстраивает стратегию, но и успешно её осуществляет. Я снимаю перед ним шляпу.
У Григория Львовича сложная и интересная судьба. У него была любимая жена, она болела около двадцати лет, и он самоотверженно за ней ухаживал. У них был сын, который трагически погиб. Несмотря на заботу и лечение, жена Гриши умерла. Это было очень тяжело для него, он впал в депрессию. Он лежал в петербургской больнице, которой заведовал один из его друзей. Врачи делали всё возможное, но Гриша не выздоравливал. Он терял вес, не хотел есть, не хотел жить, он практически умирал…
В какой-то момент к нему пришёл его друг, заведующий отделением, и сказал:
– Слушай, Гриша, вот ты тут у нас в
