наклоняется и Катя уже увереннее и громче произносит: – Да!
Кирилл встаёт на одно колено и протягивает Кате коробочку с кольцами. Она аккуратно берёт маленькое кольцо кончиками пальцев. Кирилл встаёт, надевает кольцо ей на палец, а Катя надевает кольцо Кириллу.
К ним подходят Перлов, Абрикосов и Иван Чжанович Фениксов. Они жмут руку Кириллу, обнимают Катю и провозглашают: – Помолвка состоялась! Кирилл Фениксов и Екатерина Перлова – жених и невеста. Свадьба намечается на середину лета! Разделите с нами радость от объединения семей.
Вновь звенят бокалы. Несколько человек чокается о мой бокал с соком.
– Первый танец жениха и невесты, – провозглашает распорядитель и сверху начинает литься музыка, свет постепенно гаснет. Прожектора яркими лучами подсвечивают танцующую пару, создавая своеобразный кокон из света, в котором они кружатся. Стоящая по периметру зала знать изредка вспыхивает бликами драгоценностей или орденов, выхватываемая неяркими фонарями. Белое платье Кати и чёрный костюм Кирилла сливаются в кружащуюся картинку, как китайская эмблема инь-ян. И кольца у них тоже чёрно-белые, я видел. Точнее, плашка на кольце в виде цифры «восемь», он же знак бесконечности, в гнёзда которого вставлены две жемчужины – белая и чёрная, символизирующие союз Кати и Кирилла.
– Ну, так Екатерина – светлая, я – тёмный, – пояснял нам Кирилл. – Вообще, когда Ши Хуаньди, в гробницу которого установили терракотовую армию, провозгласил гражданами всех китайцев, он присвоил им статус «черноголовые».
* Фразу «На глазах у всех, кого мы любим, я хочу знать, выйдешь ли ты за меня?» произнёс Дэнни Модер, когда делал предложение Джулии Робертс в 2002 г.
Глава 30
Владимир. Ресторан «На яру».
После летнего отдыха и «Алых парусов» я несколько раз пробовал переходить на «совмещённое зрение», – не переключаться на э-взгляд, а добавлять его к обычному. Уставал, конечно, быстро. Но «картинка» того стоила! Вот и сейчас, любуясь на Катю и Кирилла и слушая восторги от Алёны Латышевой, которая держится за мой локоть, я перехожу на это зрение. Реально, красиво! Мой взгляд скользит за женихом и невестой, упоённо кружащимися в центре зала. В их эмоциях – радость, ожидание, немного тревоги и много надежды! За ними стена из людей – дорогие платья, очень дорогие украшения. Мужчины в костюмах. Все люди подсвечены магической силой, коконом из тонкой плёнки укрывающей своих хозяев и пронизаны сетью, по которой сила пульсирует.
Но вижу, что среди гостей есть пара «хозяев» с явными признаками простуды, у кого-то другие заболевания… Увы, в зале немало людей в возрасте и будь ты хоть барон, хоть граф – годы всё равно возьмут своё. Обращаю внимание не на них, а на группу молодёжи – моё внимание привлёк Максим Анохин – старший сын хабаровского губернатора. Пристальнее всматриваюсь в него… отключаю обычное зрение и сосредотачиваюсь только э-взглядом… Плохо дело!
Отпрашиваюсь у Алёны на пять минут – выйти позвонить, а её на это время поручаю Артуру Гефту.
Выхожу на веранду, набираю Евича.
– Юрий Васильевич, добрый вечер. Прошу прощения, что поздно и в выходной… но обстоятельства требуют.
– Вы на работе, – продолжаю я, – в госпитале? Я как раз по медицинскому вопросу. Я сейчас на дне рождения Кати и её помолвке. Слышали? Да, Ваши поздравления передам обязательно. Так вот, на балу присутствует старший сын хабаровского губернатора – Максим. Да, но он Максим Максимович, а батюшка его – Максим Фёдорович. У меня сложилось впечатление, что у него есть проблема со здоровьем. Такая небольшая серая зона. Ну, в этом... ну, в общем… ну...типа… ээ… Я сейчас смс пришлю, через минуту.
Набиваю сообщение: – Есть подозрение, надеюсь, не оправдается, на тератому, testium cancer, рак яичек. Подозрение, но, не дай Бог, если что-то есть; это на репродуктивную функцию повлияет.
Отправляю. Вот написать гораздо проще, чем сказать то же самое.
Евич перезванивает буквально через минуту: – Что на балу сейчас происходит? Окинов где? А сам князь Анохин, который губернатор – он у вас?
По порядку отвечаю: – Помолвка состоялась. Все танцуют. Окинова видел, он в группе князей стоял. Там же и хабаровский губернатор.
– Спасибо, я информацию принял. Сейчас ею займусь и попозже тебе перезвоню, – отвечает Юрий Васильевич и отключается.
Я подождал минут пять, Евич не перезванивал. Так что я с чистой совестью присоединился к друзьям; выслушал короткий выговор от Алёны, что пропал надолго; учтиво извинился и закружился с нею по паркету ресторана. За весь вечер ни разу не наступил ей на ногу – могла бы и похвалить. Но куда там – от девочек за бесплатно похвалы не дождёшься.
Владимир. Телестудия канала «Вариант-Медиа».
– Телеканал «Вариант-Медиа» заканчивает субботний обзор, – диктор загадочно улыбнулась и продолжила: – Сегодня самое сладкое мы приберегли для тех, кто остался с нашей программой до конца. Прямо сейчас в ресторане «На яру» проходит фееричный праздник, на котором работает наша съёмочная группа, и я вывожу их в прямой эфир.
Заставка на боковом экране меняется, на фоне танцующих пар ресторана видна девушка с микрофоном. Диктор в студии, слегка выгнув спину поворачивается к экрану и спрашивает: – Веселена, вы сейчас в ресторане «На яру». Расскажите, что у вас происходит?
Боковая картинка закрывает весь экран, и Веселена восторженно произносит: – Да, я «На яру»! Это феноменально! Весну наш город открывает с размахом! Никто не ожидал такого праздника и столько гостей! Мы сейчас запускаем картинку с прибытия княжеского кортежа. Вы видите губернатора Владимирского Григория Семёновича Волхонского, вместе с ним по ступенькам ресторана «На яру» поднимается ещё шесть князей, тоже губернаторы разных регионов России. Многие из них прибыли с детьми и внуками, так что общее число князей, прибывших в наш замечательный город, неизвестно. А число графов и баронов, заполонивших сейчас не маленький ресторан «На яру», вообще учёту не поддаётся. Следующий эпизод: князья поздравляют Екатерину Перлову с пятнадцатилетием. А нет, это она в прошлом году в этом же ресторане отмечала, сегодня ей шестнадцать
