– начал зазывать купец, заметив мой интерес. – Бери, выбирай! Вот эти зачарованы на удачу, эти – на богатство, эти – на женское очарование. Хотя у тебя и так отказа в этом нет, – засмеялся мужчина. – Смотри, есть еще на плодородие, чтобы деток было много, а эти для здоровья…
Похоже, у него были припасены амулеты на все случаи жизни. Я отвела взгляд, и торговец, сообразив, что в моем лице благодарного покупателя не найдет, увлекся другими посетителями.
Я уже собралась идти дальше, как вдруг Фарья сказала:
– Если понравилось, не бойтесь, выберите. Вы таких амулетов больше нигде не найдете, только в Загреме. Зачарования на них, правда, наверняка нет – тут уж вы Брану не верьте, его уже не раз на этом ловили, а он продолжает врать. Да и на груди носить такой простенький амулет для леди вашего положения будет непристойно. Но если в кошелечек спрятать, беды не будет, только польза.
– Да? – удивилась я. – Почему? Что этот символ означает?
Глава 31.2
– А вы не слышали? – ответно удивилась она. – Ах да, вы из Мелхена… Это же волк, проглатывающий солнце. Тот самый, от которого Грелад спас Скелгар, основатель королевской династии.
– Но это же случилось под как раз Мелхеном, который вскоре после этого стал столицей. Почему этот символ появился у вас, а у нас – нет?
Фарья с гордостью улыбнулась. Похоже, ей нравилось чувствовать, что она знает чуть больше, чем благородные особы.
– Простите, госпожа, но мелхенцы всегда немножко кичатся тем, что, дескать, столица всегда была у них, чуть ли не с основания нашего государства, и Скелгар правил тоже у них. А у нас уверены, что это не так. Скелгар пришел не через Колдовские пути, а приплыл в Грелад сначала через море, затем по рекам и остановился в Загреме. Здесь он разбил свой первый лагерь, и здесь жители попросили его спасти от чудовищного волка, который приходил с Колдовских путей…
– Но это же противоречие, – перебила я. – Каменный портал Путей находится не здесь, а именно что в Мелхене. Поэтому он и стал столицей – из-за пересечения торговых дорог.
– Это раньше так было, – с легкой ревностью возразила Фарья. – А теперь, спасибо магу Церестину, все умеют и без каменных порталов путешествовать по Путям. Может, и во времена Скелгара кто-то умел, а нам об этом неизвестно?
Резонно. Я замолчала, слушая дальше.
– Скелгар победил волка и в подтверждение воздвиг камень с рунами на том самом месте, где это случилось, – назидательно произнесла Фарья. – А когда работала во дворце, я слышала, как придворные волшебники обсуждают магические явления и говорят, что во время затмения в Загреме самые сильные… как это говорится…
– Аномалии, – подсказала я.
– Да. Это ли не доказательство, что история произошла именно у нас?
По-моему, эти две вещи были очень слабо связаны между собой, но я промолчала. Не хотелось еще сильнее обидеть служанку.
– Наверное, – уклончиво ответила я.
– А в Мелхен столицу позже перенесли, вот они и присвоили себе славу, – закончила Фарья так, будто я с ней полностью согласилась. – Но мы-то здесь знаем, что всё всегда возвращается на круги своя. Затмения, как убеждают алхимики, тоже всегда происходят через одинаковые промежутки времени. Вот и звание столицы вернулось к Загрему. И поэтому, – шепотом добавила она, внимательно глядя на меня, – я бы никогда в жизни не стала участвовать в заговоре против членов королевской семьи. Наследники Скелгара защищают нас. Не станет их – волк поглотит солнце, а тогда пропадем и мы. В это верят все коренные жители Загрема.
– А священники в храмах что об этом думают? – поинтересовалась я.
Вряд ли что-то хорошее. Ляпни кто-нибудь что-то подобное при монахинях из приюта святой Мерезии, они бы тут же схватились за розги. Ведь это верование наделяло королевскую семью чуть ли не божественной силой, а уповать, как известно, можно лишь на Бога.
– Священники много чего говорят, – фыркнула служанка, – пока сами не становятся свидетелями хоть одного затмения. В прошлый раз, восемь лет назад, весь город наполнился волками, как будто вот-вот из лесной чащи. Откуда бы им здесь взяться, если история о Скелгаре – ложь? И что, зря, что ли, именно в этот день скончался принц Луин? Чиновники с трибун могут что угодно говорить, а простой народ вроде нас всё понимает.
Что возразить, я не знала. Хотелось сказать, что у страха глаза велики, в темноте можно и собаку с волком спутать. А есть еще оборотни, на которых влияет полнолуние, точно так же совпавшее с затмением восемь лет назад.
Вот только рта я так и не раскрыла. Вчера ночью ни волки, ни оборотни передо мной так и не появились, однако утверждать, что всё это байки, желания уже не возникало.
«Может, это были шиданы?» – промелькнула мысль. Я сразу ее отбросила.
Вчера – не исключено. А восемь лет назад еще никто не открыл способ перемещения по Путям без каменных арок-порталов, и стае иномирных тварей посреди города взяться было неоткуда.
– Ладно, убедила, – сдалась я.
Фарья с победным видом кивнула. И вдруг потянулась к торговцу, протягивая ему зажатую в пальцах монету.
– Бран, дай-ка вот тот, с синим камнем, пожалуйста. Моей племяннице понравился.
– Всё что твоя красавица пожелает! – бодро отозвался он, высвобождая из связки амулетов нужный.
– Фарья… – начала я, как только мы отошли от лавки.
Та остановила меня, сжав мои ладони и вложив в них амулет. Глаза пожилой служанки горели.
– Леди Дэверим, позвольте сказать. Вы юны, порывисты, добры и поэтому ошибаетесь в людях. Это немудрено. И это не делает вас плохим человеком, а очень даже наоборот. Вы пришли с подарком ко мне, а я хочу сделать подарок вам – за то, что вы обращались со мной, как ни один мой хозяин, – она помолчала. – И еще. Вы вряд ли меня послушаете, но все равно скажу. Служить вам меня отправил лорд Элент, а он точно так же прожил много лет в Загреме и сам был свидетелем событий прошлой Жатвы. В его высочестве он души не чает. Мне не верится, чтобы он мог быть предателем.
Я стиснула зубы. Ну конечно, этого следовало
