У Остина больше жизней, чем у какого-нибудь паршивого кота.
Он снова посмотрел на бронзового кота, примостившегося у ног хозяина, а потом поднял глаза вверх и живо представил себе не поврежденные черты древнего финикийского мореплавателя, а лицо Остина.
Балтазар подошел к стене, где висели образцы средневекового оружия, снял с подставки огромную булаву и покачал покрытый острыми шипами шар на длинной металлической цепи. Затем он подошел к статуе, держа булаву за рукоятку, раскрутил над головой и обрушил на бронзового морехода. Шар ударился о тело статуи, издав звук, похожий на удар гонга, и отлетел назад. Для любого живого существа, оказавшегося на месте статуи, этот удар был бы смертельным, но на груди бронзового морехода остались лишь небольшие вмятины от острых шипов. Да и ухмылка морехода никуда не исчезла, став еще больше похожей на улыбку Чеширского кота.
Проворчав под нос грязное ругательство, Балтазар отшвырнул в сторону булаву и быстро вышел из комнаты, громко захлопнув за собой дверь.
Глава 31
Супруги Траут торопливо миновали длинную очередь туристов, выстроившихся в ожидании экскурсии, свернули на боковую улочку, обошли стороной суетливое движение людей на Индепенденс-Холл и направились к библиотеке Американского философского общества, двухэтажное кирпичное здание которого в георгианском стиле выходило фасадом в безлюдный парк.
Анджела Уорт сидела за своим рабочим столом в дальнем конце читального зала. Увидев приближающихся к ней пожилых людей, она удивленно подняла брови. Эта парочка вовсе не походила на обычных посетителей философской библиотеки.
Мужчина был более шести футов ростом, одет в свободного покроя брюки цвета хаки, бледно-зеленую рубашку с галстуком-бабочкой и синевато-зеленый льняной блейзер. Сопровождавшая его женщина тоже была высокого роста и как будто только что сошла с обложки модного журнала «Вог». Оливковый брючный костюм подчеркивал стройную спортивную фигуру, а двигалась она так легко, что, казалось, плыла по воздуху.
Женщина подошла к столу Анджелы первой и протянула руку для приветствия.
— Мисс Уорт? Меня зовут Гэмей Морган-Траут. А это мой муж Пол. — Она широко улыбнулась, продемонстрировав небольшой зазор между передними зубами, который, впрочем, нисколько ее не портил.
Анджела сразу же поняла, что дама не склонна к праздной болтовне, и встала со стула, чтобы пожать ей руку.
— Вы те самые люди из НАПИ, которые звонили мне вчера.
— Совершенно верно, — ответил Пол. — Спасибо, что согласились побеседовать с нами. Надеюсь, мы не оторвали вас отдел.
— Разумеется, нет. Чем могу помочь?
— Насколько нам известно, вы первая обнаружили давно утраченные документы Джефферсона, — сказала Гэмей.
— Да, это так. А как вы узнали об этом?
— После того как АНБ расшифровало эти документы, Государственный департамент связался с НАПИ.
Анджела неоднократно пыталась связаться со своим другом из криптологического музея, но Диг так и не ответил ей.
— Вы сказали — Государственный департамент? — удивилась она.
— Именно так, — ответила Гэмей.
— Не понимаю, почему они вдруг заинтересовались этим документом?
— Вы вообще представляете, чему посвящена рукопись? — улыбнулась Гэмей.
— Я пыталась самостоятельно расшифровать тексты, но безуспешно, и отдала материалы своему другу из АНБ. А что случилось?
Супруги удивленно переглянулись.
— Здесь есть место, где мы могли бы поговорить наедине? — спросила Гэмей, оглядываясь вокруг.
— Да, конечно, в моем кабинете.
Кабинет у Анджелы был небольшой, но хорошо обустроенный. Она села за рабочий стол и предложила гостям места напротив. Пол Траут открыл кожаный «дипломат» и, вынув оттуда прозрачную папку, положил ее на стол.
— Это единственный экземпляр, поэтому нам придется кратко пересказать содержание документа, — предупредил он. — В обнаруженной вами рукописи недвусмысленно указывается на Джефферсона, безоговорочно разделявшего мнение Меривезера Льюиса о том, что около трех тысяч лет назад древнее финикийское судно пересекло Атлантику и причалило к берегам Северной Америки, доставив с собой некую священную реликвию. Вполне возможно, что это был какой-то библейский предмет. Так вот, Государственный департамент очень обеспокоен данной историей, вне зависимости от того, правдива она или нет, поскольку подобная новость может вызвать обострение межобщинных отношений на Ближнем Востоке.
Анджела напряженно впитывала каждое слово, пока Пол и Гэмей пересказывали содержание обнаруженного ею документа. В ее ошеломленном сознании проносился вихрь самых неожиданных мыслей, а язык, казалось, прилип к нёбу и отказывался подчиняться. Даже по лихорадочному блеску глаз было видно, что она в шоке.
— Анджела, — обратилась к ней Гэмей, — с вами все в порядке?
Та натужно прокашлялась.
— Да, все нормально, спасибо, — с трудом выдавила Анджела, стараясь взять себя в руки.
Гэмей продолжила:
— Так вот, мы пришли к выводу, что вряд ли сможем продвинуться в исследовании этого древнего путешествия без посторонней помощи. Нам показалось, что многие ниточки этой странной истории тянутся именно сюда, в Американское философское общество, так как его президентом одно время был именно Томас Джефферсон. Да и Льюис работал здесь, готовясь к своей знаменитой экспедиции. Один из членов общества сообщил Джефферсону, что на пергаменте начертаны финикийские слова. И таких зацепок очень много.
— Лично меня это нисколько не удивляет, — спокойно отреагировала Анджела. — Многие до сих пор не знают о существовании нашей организации. Вы только представьте себе историю философского общества. Основано Франклином. Его активными членами были Джордж Вашингтон, Джон Адамс, Александр Гамильтон, Томас Пейн, Бенджамин Раш и Джон Маршалл. Многие зарубежные деятели: Лафайет, фон Стойбен и даже Костюшко. Чуть позже в наше общество вступили Томас Эдисон, Роберт Фрост, Джордж Маршалл, Лайнус Полинг. Женщин тоже было немало: Маргарет Мид, например, Элизабет Агассиз. В этой библиотеке хранятся миллионы важных исторических документов, включая оригинал книги Ньютона «Начала», описание экспериментов Бенджамина Франклина и «Происхождение видов» Дарвина. От этого просто дух захватывает.
— Для нас содержание вашей огромной коллекции является не только благословением, но и проклятием, — рассудительно заметил Пол. — Ведь нам предстоит отыскать иголку в гигантском интеллектуальном стоге сена.
— Наша система каталогов довольно примитивна. Вам придется сориентировать нас в нужном направлении.
