в которой будет доминировать противоположное, мы увидим культуру, где самооценка вызывает презрение.
Я не утверждаю, что всем необходимо принять эти идеи, потому что они поддерживают самооценку. Я говорю так, потому что эти идеи сонаправлены с реальностью, а реальность сонаправлена с самооценкой.
Моя книга – о психологии, а не о философии, и я выражаю в ней личную точку зрения. Но если читатель считает, что в своей основе книга столь же философична, сколь и психологична, он не ошибается.
ЛИЧНОСТЬ И ОБЩЕСТВО
Мы живем в океане информационных сигналов, транслирующих ценности и критерии, по которым следует судить об этих ценностях. Чем человек независимее, тем критичнее его восприятие. Вызов часто заключается в том, чтобы считать их именно тем, чем они являются, – идеями и верованиями других людей, которые могут иметь, а могут не иметь ценности лично для вас. Иными словами, составляющие чужой культуры не следует принимать как должное, как «действительность». Их можно и нужно подвергать сомнению. Мой отец любил насвистывать (полагаю, на мотив песни из оперы Гершвина[77]): «Это не обязательно так».
Конечно, никакой культуре, образно говоря, не нравится, когда ее основы подвергают сомнению. Но понятие «жить осознанно» включает в себя осознание человеком того факта, что убеждения других людей – не его собственные и не обязательно являются истиной в последней инстанции. Осознанная же жизнь предполагает умение мыслить критически.
Составляющие чужой культуры не следует принимать как должное, как «действительность». Их можно и нужно подвергать сомнению.
Между нормами, по которым живет общество и отдельная личность, возникают неизбежные трения. Любое общество озабочено прежде всего собственным выживанием, оно исповедует ценности, которые служат этой конечной цели и могут не иметь ничего общего с потребностями или личными стремлениями индивида. Например, милитаристское государство или племя, находясь во враждебных отношениях с другими государствами и племенами, ценит воинские достоинства: агрессивность, безразличие к смерти, полное подчинение авторитетам и т. д. Но очевидно, что далеко не все члены общества будут восхищаться этими качествами и ассоциировать их с понятиями мужественности или доблести даже под страхом наказания. Индивид может иметь собственную жизненную программу, которую культура заклеймит как эгоистичную. Цельных личностей, живущих по собственным законам, например известных ученых, общество зачастую обвиняло в нелояльности и узости мышления.
Аналогично те или иные общества призывают своих граждан рожать как можно больше детей и утверждают, что деторождение и материнство – единственное предназначение женщины. Но не все представительницы слабого пола видят в этом смысл своей жизни, некоторые нацелены на карьеру или развитие иных своих талантов, за что и получают ярлык эгоисток.
Так называемый рядовой член общества склонен судить о себе в контексте ценностей, преобладающих в его социальном окружении, как их формулируют семья, политические и религиозные деятели, учителя, газеты, телевидение и массовая культура, к примеру кино. Эти ценности могут являться или не являться рациональными, могут отвечать или не отвечать потребностям самого индивида.
Иногда мне задают вопрос: разве нельзя иметь высокую самооценку, не подвергая анализу общественные нормы, по которым живешь? Ведь безопасность и защищенность, чувство принадлежности к группе, ее одобрение и поддержка тоже формируют самооценку и ощущение собственной значимости.
Ошибка в том, что между безопасностью или комфортом и самооценкой нередко ставится знак равенства. Соглашательство – не самоэффективность; популярность – не самоуважение. Какова бы ни была за них награда, чувство принадлежности к группе не равно доверию к собственному разуму или уверенности в своей способности справляться с жизненными вызовами. Тот факт, что другие меня ценят, не гарантирует, что я буду ценить себя сам.
Истинная самооценка – то, что мы думаем о себе, когда не всё в порядке.
Если моя жизнь – это бездумная рутина, без всяческих вызовов и кризисов, я, возможно, какое-то время сумею закрывать глаза на тот факт, что моя самооценка на самом деле псевдосамооценка. Когда всё в порядке, значит, всё в порядке; однако человек не по этому признаку определяет, есть у него самооценка или ее нет. Истинная самооценка – то, что мы думаем о себе, когда не всё в порядке. Это означает экстремальную ситуацию. Нечто неожиданное бросает нам вызов. Другие люди ссорятся с нами. Мы вынуждены действовать, опираясь только на то, что имеем. Групповой кокон больше не защищает нас от жизненных рисков. Мы должны думать, выбирать, решать и действовать, и никто не будет нас направлять и нам аплодировать. Именно в такие моменты обнажаются глубинные основы нашего «я».
Полнейшая ложь, которую нам приходится слышать, – это слова о том, что «легко» проявлять эгоизм и что самопожертвование обладает духовной силой. Люди каждый день по тысяче раз жертвуют собой. Это их трагедия. Уважение к своему «я» – разуму, суждениям, ценностям и убеждениям – вот истинный акт мужества. Но посмотрите, как он редок! Однако именно его требует от нас самооценка.
18. Заключение. Седьмой столп самооценки
Вначале я говорил, что потребность в самооценке взывает к нашему «внутреннему герою». Хотя эта идея красной нитью проходит через всю книгу, давайте внесем полную ясность.
Потребность в самооценке означает готовность – и волю – следовать шести практикам в повседневной жизни. И это непросто. Придется преодолевать инерцию, избавляться от страхов, противостоять боли, в одиночку защищать собственные суждения даже от тех, кого мы любим.
И неважно, насколько благоприятными являются условия, – рациональность, самоответственность и целостность не автоматически присущи нам, но относятся к разряду личных достижений. Мы свободны думать или жить бездумно, осознавать или избегать осознания, видеть реальность такой, какова она есть, или бежать от нее. Шесть столпов предполагают личный выбор.
Осознанная жизнь требует усилий. Осознание и его поддержание – это труд. Каждый раз, решая повысить уровень осознанности, мы противостоим инерции, боремся со вселенской тенденцией устремления к хаосу. Делая выбор в пользу мышления, мы стремимся создать островок порядка и ясности внутри самих себя.
Первый враг самооценки, которого надо победить, – это лень (под этим именем выступают силы инерции и хаоса в их психологическом проявлении). «Лень» – понятие, которое нечасто встретишь в книгах по психологии. И все же ни для кого не тайна, что порой мы терпим поражение, не имея иной причины, кроме нежелания приложить усилия в ответ на некий вызов. Иногда – но далеко не всегда – лень является следствием общей усталости; но чаще мы просто не противостоим инерции. «Спящий» не хочет проснуться.
Второй дракон, которого нужно убить, – это побуждение избегать неудобств. Осознанная жизнь может потребовать от нас заглянуть в лицо собственным страхам, открыться неисцеленной боли. Самопринятие
