время, когда родился мой прапрапрапрапрапрапрапрадедушка.
Спуск по Водопадам Врат Смерти производит большое впечатление. Мне это хорошо известно, потому что я его проделал сам[71].
Но дело заключается в том, что такое прошлое дало Зерике определенное понимание человеческих проблем – точнее, драгаэрских. Она была мудрой и разумной женщиной. Она знала, что невозможно ничего выиграть, встревая в поединок между двумя джарегами. С другой стороны, наша с Ларисом война зашла слишком далеко, чтобы ее можно было игнорировать.
Проснувшись на следующее утро после встречи с Терионом, мы обнаружили, что улицы патрулирует гвардия в форме Дома Феникса. На стены был вывешен указ, запрещающий появление на улицах после захода солнца. Кроме того, не разрешалось собираться в группы больше четырех человек; всякое использование волшебства с этого дня строго регламентировано. Все таверны и гостиницы закрыты до соответствующего указа. И главное – нам дали понять, что любая противозаконная деятельность будет пресекаться самым жестоким образом.
Этого было вполне достаточно, чтобы я захотел перебраться в другой район.
* * *
– Каково наше положение, Крейгар?
– Мы можем продолжать в таком же духе – поддерживать всех и ничего не зарабатывать – семь недель.
– Ты думаешь, это продлится семь недель?
– Не знаю. Надеюсь, что нет.
– Да. Мы не можем распустить нашу армию до тех пор, пока Ларис не поступит точно так же, а узнать о его намерениях мы не в состоянии. И это самое худшее – именно в такой момент удобно приступить к проникновению в его организацию. Впрочем, это нереально, поскольку и у него вся деятельность заморожена.
Крейгар пожал плечами.
– Нам просто нужно сидеть смирно.
– Гм. Может быть. Вот что я тебе скажу: почему бы не найти несколько мест, где он занимается законным бизнесом – ну, рестораны, например, – и не подружиться с каким-нибудь управляющим?
– Подружиться?
– Именно. Подарить им что-нибудь.
– Подарить?
– Золото.
– Просто подарить?
– Да. И ничего не просить взамен. Просто передать этим людям деньги и сказать, что они от меня.
Крейгар, казалось, удивился еще сильнее.
– И что это даст?
– Ну, то же самое проходит с советниками двора, не так ли? Разве связи работают иначе? Ты поддерживаешь хорошие отношения с ними, и когда от них что-нибудь требуется, они относятся к тебе с симпатией. Почему бы не попробовать аналогичный подход здесь? Вреда от этого не будет.
– Но это влетит нам в крупную сумму.
– Плюнь! Зато может сработать. Если мы им понравимся, то весьма вероятно, что нам перепадет какая-нибудь информация. А может быть, и весьма полезная. Пусть не сразу, а спустя какое-то время.
– Наверное, стоит попробовать, – признал он.
– Начни с пятисот золотых, раздай их среди людей Лариса.
– Ты босс, тебе и решать.
– Следующий вопрос: нам необходимо узнать, когда мы сможем снова открыть наши заведения. У тебя есть какие-нибудь догадки? Дни? Недели? Месяцы? Годы?
– В лучшем случае – дни, может быть, недели. Не забывай, гвардейцам это нравится не больше, чем нам. Они будут бороться за отмену императорского указа со своей стороны, а купцы, заинтересованные в торговле с нами, со своей. Не говоря уже о том, что Организация пустит в ход все связи во дворце. Я не думаю, что такое положение продлится больше месяца.
– А как это закончится – постепенно или сразу?
– Может быть и так, и так, Влад.
– Гм. А сможем ли мы открывать, к примеру, одно игорное заведение в неделю?
– Может быть, нас и не тронут. Но что будет после того, как мы откроем игру, а у какого-нибудь посетителя кончатся наличные? Нам нужен тот, кто сможет одолжить ему деньги. После чего у него могут возникнуть проблемы с выплатами, и он начнет красть. Потребуется скупщик краденого. Или…
– У нас нет ни одного скупщика краденого.
– Я над этим работаю.
– Ладно. Но я понял твою точку зрения. Все завязано в цепочку.
– И еще одно: тот, кто откроется, будет очень нервничать. Следовательно, тебе придется наносить личные визиты – а это опасно.
– Верно.
– Но одно мы сделать можем – найти новую контору. Я до сих пор ощущаю запах дыма.
– Мы можем, но… Ты знаешь, где находится контора Лариса?
– Знаю, но он больше там не появляется. Мне неизвестно, где он сейчас обитает.
– Однако мы знаем, где расположена его контора. Отлично. Именно там и будет находиться моя новая контора.
Крейгар удивился и покачал головой.
– Что может быть лучше уверенности в себе? – сказал он.
* * *
Нарвайн поддерживал со мной постоянную связь в течение этой недели. Он постепенно втягивался в работу. После того что произошло с Темеком, Нарвайн действовал с максимальной осторожностью, но постепенно наш список обрастал новыми адресами и именами.
Я попытался сотворить небольшое колдовское заклинание против Лариса, просто чтобы выяснить, есть ли какой-нибудь смысл атаковать его таким образом, но у меня ничего не вышло. Значит, он защищен от колдовства – из чего следует, что он действительно много обо мне знает, поскольку большинство драгаэрян считает, что на колдовство вообще не следует обращать внимания.
Мои наемники следили за теми людьми Лариса, которых мы знали, стараясь установить их привычки, чтобы использовать эту информацию в дальнейшем. Нескольким из них были предложены крупные суммы за сведения о местонахождении Лариса, но никто не согласился взять деньги.
Проект с раздачей денег людям Лариса продвигался успешнее, хотя и не слишком быстро. Мы не получили никакой полезной информации, но имелись все основания рассчитывать на успех в будущем. Кое-кто переговорил с гвардейцами Феникса. Выяснилось, что их не радует сложившееся положение, и они предполагают, что оно не затянется. Им не терпелось вновь получать свою долю от игорного бизнеса. Я обдумывал ситуацию.
Через шесть дней после того, как Зерика топнула ногой, я с Крейгаром встретился с Улыбчивым Гилизаром. Улыбчивый был телохранителем Ниелара и почти пришел в себя после оживления. Свое прозвище он получил за то, что улыбался столь же часто, как Варг, – то есть практически никогда.
Однако лицо Варга сохраняло неизменно равнодушное выражение. А вот Улыбчивый постоянно скалился. Когда у вас возникало ощущение, что он готов вцепиться зубами вам в ногу, Улыбчивый на самом деле был всем доволен. Когда же он сердился, его лицо искажала жуткая гримаса. Он где-то раздобыл восточное оружие под названием лепип – тяжелый металлический стержень в кожаной оплетке, чтобы не оставлять порезов. Когда он не работал телохранителем, Улыбчивый занимался выколачиванием денег из должников. Он начинал в доках, собирая долги для Серилла, который славился буйным темпераментом. Когда терпение Серилла лопалось, он посылал Улыбчивого, а на следующий день к несчастному клиенту приходил кто-нибудь другой, чтобы забрать деньги.
Улыбчивый
