— Ясно… Бомбосбрасыватель вам как устанавливать? На залп?
— Нет. Поставь на одиночные пуски пары ракет. Кто его знает, какая там ситуация будет. Ну, еще вопросы есть? Часового прислали? Иди сюда, боец. После того как подвесят ракеты, примешь истребители под охрану. Тут, на стоянке, останется и наш капитан госбезопасности. Он и приглядит тут за всем. Ясно? Ну, иди пока… штык точи.
Молодой парнишка с длинным винтарем недоуменно посмотрел на меня и молчком ушел от странного командира в тень. Я обернулся к капитану ГБ Иванову.
— Ну, все. Принимай вахту. А мы спать. Как мы улетим – сразу ложись отдыхать, понял? Вернемся и будем прощаться. Пора… Пошли, ведомый, как там ваша фамилия, э-э-э?
Андрей рассмеялся и ткнул меня кулаком в бок. Спать нам оставалось чуть больше пяти часов…
— …товарищ капитан, а, товарищ капитан! — меня кто-то робко тряс за плечо. — Вставайте. Пора уже…
Я вскинулся, все вспомнил и сел. Летчики уже шебуршали в палатке как мыши в стогу сена. Было еще темно. Ничего, это скоро пройдет.
Вода в большой бочке за ночь не успела остыть, и я с удовольствием поплескался. Не люблю холодную воду, бр-р-р! Затягивая ремень, я не торопясь пошел на свет фонаря, подвешенного над дощатым столом, где повара заканчивали накрывать завтрак. Все это было очень похоже на утро в нашем стойбище на утиной охоте. Дело привычное. Скоро и стрелять будем… Не по уткам, правда, но тоже по летающей дичи.
Я уселся за стол и потянул к себе здоровенный чайник с какао.
— Андрюха, двинь поближе масло и хлеб. Ага, спасибо… Давай, нажимай. Время дорого. Надо еще самолеты как следует проверить.
После завтрака нам объявили пятнадцатиминутную готовность, и летчики разошлись по самолетным стоянкам. Мы подошли к своим ишачкам. В слабом свете луны тускло блеснуло остриё винтовочного штыка часового. Из темноты к нам выдвинулся и капитан Иванов. Он сдержанно кивнул и стал наблюдать за обычной для летчиков процедурой.
— Товарищ капитан! Самолет исправен и заправлен. Свечи я сменил… БК по штату, вот парашют и шлем… Помочь надеть?
— Погоди, товарищ техник… Дай-ка я его обойду. Попинаю, да покачаю рули…
Так я и сделал. Прошел, погладил истребитель по влажному борту, попинал покрышки колес и покачал элероны и рули. Это успокаивало, настраивало на обыденный, будничный лад. Потом запрыгнул на плоскость, заглянул в кабину.
— Старший сержант, сюда! А где ты прячешь кусачки для тросов?
Дело в том, что, то ли от резких эволюций самолета в воздухе, то ли еще от чего, — черт его знает, — иногда перехлестывались и путались тросики от "шарманки" – штурвальчика ручного выпуска и уборки шасси. Это нам было ни к чему. Особенно – при возвращении на аэродром. Истребители приходили битые, почти без бензина. Заморачиваться и считать, сколько там надо сделать оборотов штурвала, было явно ни ко времени и не к месту. Летчики поступали проще и эффективнее. Они перекусывали эти самые тросы кусачками. Шасси вываливались, а потом – резко на левое крыло – опа! Щелчок замка. Теперь – резко на правое, — еще щелчок. Все, — стойки шасси встали на замки, можно садиться…
Техник без удовольствия, ну, да… это и понятно – я тросы перекусил, а ему их сплетать вновь, показал мне засунутые за резинку кусачки. Я кивнул и забросил за спину парашют. Давай одеваться на выход… Скоро будет праздник.
Праздник не задержался со своим началом. Небо чуть-чуть посветлело на востоке, когда мы услышали гул моторов штурмовиков. Прозвучала команда: "Запуск!" Над аэродромом повис рев десяти мощных моторов истребителей "И-16". Слева от наших машин встали техники с фонарями "летучая мышь" и повели нас к взлетке. Потом вспыхнула редкая цепочка фонарей, и на землю легли конусы света от автомобильных фар. Стало чуть виднее. Истребитель комполка заполыхал синеватым пламенем выхлопов из патрубков мотора и пошел на взлет. Мы с Андреем взлетали через тройку машин.
Сразу после нашего взлета с аэродрома по пологой дуге поднялись две белые ракеты. Это нам указывали направление на штурмовики. А вскоре мы разглядели включенные навигационные огни на головной и замыкающей строй машине. Все, встреча на Березине состоялась. Наши истребители встали на свои места, а штурмовики выключили АНО. Наступило самое скучное время – примерно полчаса болтанки до выхода на аэродром противника. Сзади стал потихоньку светлеть небосвод. Только-только… Я потянул Андрея чуть вверх и вправо. Боевой вылет начался, а скоро начнется и сам бой…
* * *
…Наконец, расчетное время выхода на цель прошло. Я даже и не пытался ориентироваться. Не до того было. Мы с ведомым замыкали строй и летели с небольшим превышением. Все время приходилось идти "змейкой", больше всего я боялся потерять идущие довольно низко, наверное, на высоте метров в шестьсот, штурмовики. Темно же, не видать ничего… Потом чуть посветлело, и тут ведущий штурмовик стал разворачиваться на курс захода в атаку. Впереди я увидел занятый немцами аэродром.
Вот это да-а! Полная картина "Не ждали"! Причем – маслом. Причем – сливочным…
На стоянках и около взлетной полосы стояли многочисленные бомбардировщики. Около них суетились черные фигурки техсостава, между самолетами медленно раскатывали топливозаправщики, какие-то небольшие тягачи таскали тележки с бомбами. Поднимающееся солнце блестело на стекле фонарей самолетов, мелькало вспышками на лобовых стеклах автомашин, а к нам навстречу по земле тянулись густые, длинные тени от экспонатов всего этого авиашоу. И тут я заметил то ли дым от запускаемых моторов, то ли пыль из-под винтов. Дежурная пара "мессершмиттов" готовилась взлететь. Нам это было ни к чему.
— Андрей, за мной… По истребителям не стрелять… Смотри на дальний конец аэродрома, ищи зенитки. Если увидишь – бей ракетами. Нечего их жалеть. Гаси зенитки безжалостно.
Я сунул полный газ и, переводя высоту в скорость, начал заход на разбегающиеся по взлетной полосе истребители. Пора, а то вот-вот отрыв будет… Вынес точку прицеливания добро вперед, мощности взрыва хватит, и нажал кнопку пуска. Из-под крыльев сорвались две злые, алые точки в клубке серого дыма. Немного гуляя, ракеты сошлись метрах на шестистах, и ударили… Да здорово так ударили!
На полосе вспухло слабо светящееся, приплюснутое облако, в него влетели оба "мессершмитта", а вылетели только горящие обломки. Стоящий рядом с полосой бомбардировщик от ударной волны припал на крыло, пополз, разворачиваясь, навалился на бензозаправщик и – вспышка еще одного взрыва! Вот так вот, ребята! Кто рано встает, тот вас и заклюет!
Мы на скорости пролетели над взлетной полосой аэродрома. Рев наших моторов гулким эхом отразился от бетонки. Казалось – все там застыло, как при вспышке магния на снимке… Но – не надолго. Разворачиваясь, мы с Андреем увидели радующую сердце картину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
