попечителей. И только если нет денег на штраф – тогда применялось наказание смертью.
Поймать же беглого отраба считалась большой удачей, ведь десять дней есть десять дней, зачем же сразу сообщать Арбитрам, а значит на всё это время можно было получить бесплатную рабочую силу, которая должна была делать всё, что ей прикажут. Проституция входила во вполне легальный вид работы на Костголде, поэтому не удивительно, что Неом Хан, масляными глазами ощупывал фигуры Оно-э и Селены, пока его сотоварищи, взяв в руки что-то наподобие обрезиненных тяжелых дубинок, хотя на их поясах висели и мечи, и ножи, а у некоторых из-за спины торчали рукояти то ли топоров, то ли еще какого-то холодного оружия, обходили команду пришлых.
Селену вдруг разобрал смех, местами немного истеричный. Её собирается взять в рабство и сексуально эксплуатировать кучка аборигенов, начавших недоуменно переглядываться, когда у неё тут под боком стоят, глядя настороженными, равнодушными, пустыми и безумными глазами, четыре проблемы галактического масштаба, некоторые из которых, может быть, представляют потенциальную угрозу существованию Империи, ведь она вспомнила и кого Ингвар записал в задохлики и слабаки, а кого назвал сильным, значит и Оно-э, и Джерри, и Стиг сопоставимы по силе с Ингваром, но… почему он тогда назвал самой сильной её?
- Ингвар, а почему ты на Рэйдосе назвал меня самой сильной? Льстил, обманывал?
Ингвар начал чесать затылок и вспоминать, правда быстрее ответил холодный мёртвый голос, отчего Селена почувствовала слабость в ногах:
- Думаю потому, что мы тоже давали Слово, вся наша сила в твоих руках, просто скажи…
Глава 3
Про таких как Кан Ма в их городке говорили, мол, родился в золотой рубашке. Ну а что: отец, Иоганн Ма – не самый молодой муж, но его красил четвёртый ряд золотой лиги, мать, в девичестве Джия Чен, конечно, не была столь богата, как и её родители, представители серебряной лиги, однако у неё была молодость, красота и сорок пятый уровень владения силой, поэтому сделка была совершена заранее и за тысячу золотых молодая невеста была благополучно передана будущему мужу. Законы позволяли идти наперекор родителям и не выходить замуж за нелюбимого человека или развестись с ним, просто нужно было ему отдать сумму выкупа, но откуда у шестнадцатилетней девушки такие деньги.
Иоганн, на удивление, поступил благородно по отношению к невесте, не стал принуждать до совершеннолетия к браку и детям, а наоборот вложился в её развитие. К восемнадцати годам Джия получила пятидесятый уровень, а через год родился Кан Ма. Были счастливы оба родителя, здоровый крепкий мальчик, да ещё и с хорошим потенциалом. Иоганн на радостях подарил Джие золотой жетон десятого ранга, что означало, что он выделил ей в личное имущество тысячу золотых, однако та не спешила выкупить себя и разводиться, муж её полностью устраивал, к тому же, лет через тридцать-сорок, она вполне себе могла стать очень состоятельной вдовой. Мальчику же никто золотой жетон покупать не стал, ведь за золотой жетон самого низкого десятого ряда нужно платить одну золотую монету в год, за золотой жетон первого ряда, мало того, что нужно подтвердить наличие во владении пятидесяти тысяч золотых, так ещё и отдавать за это удовольствие десять золотых ежегодно. А вот за медный жетон десятого ряда ничего платить не нужно, он выдавался бесплатно и без подтверждения каких-либо личных сбережений. Деньги Иоганн считать умел и любил, поэтому и был мальчик зарегистрирован с помощью бесплатного жетона. В прочем, так делали практически все. Поговаривали, что только высшие управляющие корпораций, баловали младенцев сразу же золотыми жетонами, только ничего удивительного в этом не было: там же идёт уже платиновая лига, обладатели миллионов золотых, ведь одна платина оценивалась в тысячу золотых, а чтобы получить хотя бы десятый ряд платиновой лиги нужно обладать тысячью платиновых, или миллионом золотых. Имущество при этом вообще не учитывалось, сегодня оно у тебя есть, а завтра его украли, или уничтожили, или ещё что-нибудь сделали. Конечно, так же могли поступить и с деньгами, поэтому их старались хранить в банках, за что тоже приходилось платить теперь уже банкам, ведь банк гарантировал сохранность вклада и возмещение в любом случае потери денег по вине банка. В истории было, что банки теряли всё, но это было в очень глубокой древности, сейчас по всему миру осталось с десяток банков, связанных с друг другом в единую информационную сеть, и любое отделение банка представляло собой неприступную твердыню с огромной сильной охраной, да ещё и Арбитры выступали гарантами и приходили банкам на помощь в случае нападений.
Отец Кана постарался максимально вложиться в учителей и развитие сына и наследника, ведь заработать это только половина дела, нужно ещё иметь силу отстоять, сохранить за собой заработанное. Поэтому с пяти лет мальчик уже занимался рукопашными единоборствами, учился владеть разнообразным холодным оружием, оперировать силой. Результаты не заставили себя долго ждать, да и что тут было удивительного: сильный отец шестидесятого уровня, талантливая одарённая мать, поэтому к десяти годам на бронзовом жетоне Кана красовалась цифра тридцать, что было впечатляющим результатом.
В десять лет у состоятельных людей было принято отдавать детей в школы, чтобы они начинали потихоньку учиться взаимодействовать с другими детьми, развивали навыки общения, правильного поведения, и вот тут выяснилось, что Кан дурачок. Нет, всякие математики, геометрии, маготехники, алхимии и литературы ему давались очень даже легко, ещё во время домашнего обучения все учителя это подтверждали, однако главную науку, которую отец каждый день вдалбливал сыну в голову, он так и не усвоил: нужно лгать, врать, недоговаривать, увиливать и при этом ни в коем случае не верить людям на слово. Даже документу, скреплённому жетонами, нельзя доверять на сто процентов.
Кан же, получивший на карманные расходы две серебрушки, на которые где-то в захолустье или на границах диких земель бедняки могли жить несколько месяцев, после первого же школьного дня вернулся с пустыми карманами, да ещё попросил золотой, потому что однокласснику нужно было помочь вылечить маму. Иоганн ещё раз объяснил сыну, что его обманули, нельзя верить словам, да даже если бы она и болела, с чего это он должен помогать однокласснику, какая в этом выгода. Нужно не верить другим и следить только за своей выгодой. Поэтому было поставлено сыну условие: больше никаких карманных денег пока не вернёт эти две серебрушки. Законы о том, что можно делать, кого и как бить или убивать, тоже вдалбливались
