ночь тянулась.
Я придвинулась ближе, обняв Скаут, и она обняла меня в ответ.
Она была рядом, когда я заснула, впервые в безопасности, в комнате, полной людей, готовых на всё ради друг друга.
Включая меня.
Глава 43
Рэнсом
Запах ударил в нос — густой, больничный, с нотами дезинфекции, и выдернул меня из тяжёлого, почти мёртвого сна.
А потом она. Сладкий аромат Куинн как медовая жимолость. Я уткнулся носом ближе, надеясь, что её запах вытеснит всё остальное.
Где-то пискнул прибор, и я открыл глаза, вспомнив, где нахожусь. И почему.
На маленьком диванчике спали Кай и Скаут, а в креслах Фокс и Джакс.
Сквозь щели в шторах пробивался свет, и я удивился, что уже день. Я поискал глазами часы и усмехнулся. Палата казалась до смешного тесной с нами всеми.
Куинн почувствовала, что я двинулся, и с коротким писком подскочила.
— Тсс, — прошептал я, притягивая её обратно. Руки затряслись от резкого движения. — Остальные ещё спят.
— Ты здесь… Ты проснулся, — прошептала она, мягко коснувшись губами моих. Я попытался пошевелиться, но тело застонало в ответ.
— Жив. И вроде цел, хотя ощущения как после танка.
— Меня никто не разбудил. Когда тебя привезли?
— Пару часов назад. Только Джакс не спал.
— А как я оказалась рядом с тобой?
— Джакс помог, — соврал я.
Я ни за что не собирался рассказывать ей, как в бреду, под кайфом от обезболивающих, устроил истерику, требуя, чтобы её положили ко мне.
В тот момент она казалась единственным, что держит меня в этом мире.
Наркотики затуманивали голову, и я был уверен, что умираю. Мне нужно было держаться за неё.
Хотя, чёрт, даже сейчас, без всяких препаратов, мне казалось то же самое.
— Что сказали врачи? Что с тобой?
— Ну, кроме того, что у меня «ужасный характер», — усмехнулся я, — Сломанная рука, вывихнутое плечо, несколько трещин в рёбрах и куча порезов и синяков.
— И всё?
Я рассмеялся и снова притянул её губы к своим, слишком остро нуждаясь в этом прикосновении.
— А этого тебе мало?
Она попыталась отстраниться, но я удержал её, и она не сопротивлялась, замерев. Её голос стал мягким, почти шепчущим, как шелест. Она не ушла. Не сбежала.
— Нет, это… этого более чем достаточно. Просто всё было так ужасно. Я думала, будет хуже. Господи… твоя рука была сломана, а тебя так подвесили…
— Давай без подробностей, — тихо сказал я, тело напряглось само по себе, вспоминая каждую секунду боли. — Я рад, что ты всё ещё здесь.
— А где бы я ещё могла быть?
— Дома. С вещами. Думающая, как бы сбежать от меня.
— Сбежать? Потому что на тебя напали?
— Сбежать, потому что у тебя появилась ещё одна веская причина считать, что я не подхожу тебе.
— Рэнсом, я совсем так не думаю. Раньше, да, я сомневалась. Но теперь уверена. Ты идеален для меня. Каждая твоя сторона — злая, добрая, пугающая. Всё это идеально подходит мне. Прости, что не сказала раньше. Я люблю тебя. Всего тебя.
— Я тоже тебя люблю, — прошептал я. Это было единственное, что я смог выговорить, когда сердце взрывалось от всего, что она только что сказала.
Куинн не убегала. Даже после всего, что увидела. Она всё равно была здесь.
— Прости, — сказала она снова, и её губы скользнули по моим, к щеке, к шее.
— Котенок, — простонал я. — Пожалуйста, не надо.
Она резко отпрянула, глаза округлились:
— Больно?
— Да. Моему члену. Когда ты так целуешь и трогаешь меня, а я не могу заняться с тобой сексом — особенно в палате, полной наших друзей.
— А, — хихикнула она и поцеловала меня снова. — Думаю, даже если бы мы были дома, в кровати, ты бы всё равно не смог.
— Уверяю тебя, я бы что-нибудь придумал.
— Сказали, когда тебя выпишут?
— Утром. Я здесь не задержусь ни на минуту дольше.
— Да, я слышала, ты ненавидишь больницы.
— Они как мой личный ад. Этот запах, звуки, атмосфера — кошмар.
Она провела взглядом по мне. Больничный халат скрывал бинты, но видно было, что под ним я всё ещё в крови и грязи.
— Ну и ладно. Мне бы не хотелось оставаться и позволять кому-то другому мыть тебя губкой.
Я застонал. Моё тело отреагировало быстрее, чем я успел его остановить:
— Ты меня убиваешь.
Её рука скользнула под одеяло, медленно провела пальцем по моему члену, и тут же убрала.
Я попытался глубоко вдохнуть, заставить себя успокоиться. Мы же в палате. В больнице.
Но казалось, будто прошли недели с тех пор, как она касалась меня. Хотя прошёл всего день.
— Вы оба меня убиваете, — пробормотал Фокс, стягивая худи с лица и потягиваясь.
— Присоединяюсь, — буркнул Джакс. — Ещё один флирт, и я вас разведу по разным комнатам.
— Ты нас не разлучишь, — резко бросила Куинн, сжав мою руку так, что я не смог не улыбнуться.
Было ощущение, будто она была выпущена на свободу и сразу встала на защиту меня.
Я столько дней хотел, чтобы она просто начала меня любить, а теперь вот она, моя дикая львица, готовая рвать за меня глотки. Я уткнулся в неё, целуя шею.
Фокс рассмеялся, закрыв глаза и откинувшись назад:
— Спокойно. После того, что я вчера увидел, можешь быть уверен, я точно не встану между вами.
— Ты не можешь говорить о её заднице, — хмыкнул я.
Любая более громкая реакция, и боль снова отдаёт в рёбра.
— Это был комплимент. Гордись, Рэнсом. У тебя девушка с шикарной попкой, которая ворвалась в гараж Слотера одна, чтобы спасти тебя.
— И приставила нож к горлу Райдера, — добавил Джакс, подаваясь вперёд. — За что отдельные аплодисменты. Думаю, он на секунду действительно испугался.
— Я была не одна. Вы были позади.
— Они не знали, что мы были рядом. А я, признаться, даже немного влюбился в тебя в тот момент, — подмигнул Джакс.
Я притянул Куинн ближе.
— Я тоже, — усмехнулся Фокс. — Мне понравилось. Ты слегка агрессивна, Куинн. Прямо как надо.
— И напомнила нам всем, что с тобой лучше не шутить, — добавил Джакс. — Кстати, что мы будем делать с Данте?
Комната замерла.
— Я уже позвонил и сменил замки в доме и в гараже, — сказал Фокс. Его голос стал тяжёлым, напряжённым. — И ещё… я позвонил Слотеру.
Он помолчал, будто сожалея о сказанном.
— Не хотел, правда. Но мы не могли рисковать, что он снова на нас выйдет. Я сказал ему, что это Данте взял машины. Что если он проследит за ним — найдёт тачки. Или
