еще.
Она думала, что ее план сработал. Что Дейн укрепил род. А на самом деле...
Исель долго молчала. Потом посмотрела на меня. В ее глазах не было тепла. Она вообще не умела тепло смотреть. Но не было и прежнего холода. Только усталость и, кажется, уважение.
— Ты поймала сирену, — сказала она наконец. — Одна, без оружия. Просто потому, что оказалась умнее.
Я не знала, что ответить, и не стала вдаваться в детали и спорить. Просто кивнула.
— Я напишу письмо, не стоит терять время. Мы не знаем, одна ли Мейв действовала. А королевская служба проведет расследование, допросит сирену… Дейн, ты пока сидишь в своей комнате. Чтобы не вздумал лезть в подземелье.
Дейн вскочил с возмущением и обидой глядя на старшего брата.
— Я не...
— Сидишь в комнате, — перебил Кайден ледяным тоном. — Это не обсуждается.
Дейн посмотрел на мать. Исель молчала. Он выругался сквозь зубы и вышел, хлопнув дверью.
Я едва удержалась, чтобы не показать ему неприличный жест и не послать куда подальше.
Вот же придурок. Он еще смеет злиться, что я эту рыжую тварь на чистую воду вывела.
Козлина чешуйчатая!
В гостиной повисла тишина.
Кайден ушел вслед за братом, в свой кабинет писать письмо. А мы с Исель остались. Она смотрела на огонь. Я сидела на стуле и чувствовала себя лишней. Мне тоже пора к себе.
— Можешь идти, Агата, — сказала Исель негромко. — Ты заслужила отдых.
Я встала, но у двери остановилась и обернулась.
— А с Мейв... что будет? Когда приедет эта служба?
Исель повернула голову в мою сторону.
— Не твоя забота, — холодно обронила она. — Ты свое дело уже сделала.
Ну и ладно. Это и правда уже не мое дело.
ДЕЙН ДРАКСТОН
Дейн сидел в своей комнате и смотрел в стену.
За окном уже стемнело. В замке было тихо, слуги разошлись по своим каморкам, гости заперлись в своих комнатах. Только ветер шумел за окном.
Он сжал кулаки. Перед глазами до сих пор стояло лицо матери. То, как она смотрела на него на семейном совете. С таким разочарованием, будто он был пустым местом. И Кайден. Старший братец, который разыгрывал из себя праведника. И Агата. Эта первородная дрянь, которая умудрилась выставить его идиотом.
Он ненавидел их всех.
Но больше всего себя.
Потому что где-то глубоко внутри он знал: они правы. Он не заметил. Он спал с ней, делился силой, думал, что это любовь. А она просто пила его, как вино.
— Идиот, — прошептал он вслух. — Кретин.
В комнате было темно. Он не зажигал магические светильники. Не хотел света.
И тут в голове зазвучал голос.
Тихий, ласковый и обволакивающий, как теплая вода.
«Дейн... ты здесь... один...»
Он замер и зажмурился.
— Нет, — прошептал он. — Убирайся.
«Зачем ты злишься на меня? Я же люблю тебя... Ты же знаешь...»
— Ты пила мою силу! — выкрикнул он в пустоту. — Ты тварь!
«Я давала тебе то, чего ты хотел. Я верила в тебя, когда никто не верил... Твой брат, твоя мать, эта жалкая первородная... Они смеются над тобой. А я... я всегда была на твоей стороне… Мы бы разделили эту силу Источника, передали бы ее нашим детям…»
Дейн стиснул голову руками. Голос не уходил. Он просачивался сквозь пальцы, сквозь мысли и кожу.
«Ты нужен мне, Дейн. Только ты можешь мне помочь. Без тебя я погибну... А ты хочешь моей смерти?»
— Нет, — выдохнул он. — Не хочу.
«Тогда приди ко мне. Приди, и мы все исправим. Ты и я. Как раньше… Я подскажу, что делать…»
Он встал. Ноги сами понесли его к двери.
Часть его кричала: "Остановись! Это безумие!"
Но голос в его голове был громче.
Он вышел в коридор. В замке было тихо, все спали.
Ноги принесли его на кухню. Он зажег маленький светильник, огляделся. На столе стояла миска со сладостями. Пирожные, оставшиеся с ужина. Рядом кувшин с молоком.
Он достал из кармана маленький мешочек. Мейв сказала, где лежит. Яд сирены почти безвкусный и без запаха. Он не только подавляет волю, но и усыпляет, если сирена пожелает этого.
Дейн высыпал пыльцу в молоко, размешал. Потом посыпал сладости.
Руки дрожали.
— Что я делаю, — прошептал он.
«Все правильно. Ты все делаешь правильно. Я горжусь тобой...»
Он нашел Лилию в маленькой комнатке рядом с кухней. Служанка уже дремала, но открыла на стук.
— Лилия.
Она вздрогнула увидев на пороге своей комнаты одного из лордов. Она испугалась, когда поняла кто из братьев перед ней, но виду не подала.
— Лорд Дейн? Что вы... который час?
— Помоги мне, Лилия, — сказал он мягко. Голос его слушался плохо, но он старался говорить ласково. — Там, в подземелье, наши друзья. Козлодраки. Ты же видела их? Они охраняют… кое-что. Устали, наверное, голодные. Отнеси им угощение.
Лилия смотрела непонимающе.
— Сейчас? Ночью?
— Они ночные животные, — соврал Дейн. — Любят есть по ночам. И молоко любят. Возьми.
Он сунул ей в руки поднос со сладостями и кувшин. Лилия колебалась, но ослушаться лорда не посмела.
— Хорошо, — сказала она тихо. — Я отнесу.
Она ушла. Дейн смотрел ей вслед и чувствовал, как внутри все сжимается.
«Молодец. Теперь иди ко мне...»
Он пошел к подземелью вслед за служанкой, но остановился у края лестницы, затаившись в нише. Выждал, пока Лилия поднимется обратно, и только потом спустился вниз.
Козлодраки уже спали. Все пятеро лежали у решетки, свернувшись клубками. Розовато-зеленое сияние, которое они напустили на камеру, погасло. Но дверь оставалась запертой. Магия Дракстонов никуда не делась.
Мейв стояла у решетки. Глаза ее горели в темноте. Они были не такими раньше.
— Быстрее, — прошипела она. — Твоя кровь. Только кровь Дракстона откроет замок.
Дейн подошел. Достал нож и полоснул по ладони. Кровь закапала на замок, на старые чугунные прутья. Магия дрогнула, зашипела и дверь со скрежетом отворилась.
Мейв вышла, потянулась, будто после долгого сна. Посмотрела на спящих козлодраков и усмехнулась.
— Жалкие твари.
Она повернулась к Дейну. Погладила его по щеке. Ласково, как раньше.
— Ты мой хороший, пойдем. Нам нужно найти Источник.
Дейн кивнул. Голос в голове пел, убаюкивал и вел.
Где-то на краю сознания билась мысль: "Остановись". Но
