- Видишь? – прервал мои размышления взволнованный шепот Эд.
Я очнулся и заозирался по сторонам. Ничего не заметив, взглянул на старика. Тот указывал дрожащим пальцем на противоположную стену. Только очень внимательно присмотревшись, я сначала заметил небольшое марево, а уже за ним – очертания массивной деревянной двери с крупным явно тяжелым металлическим кольцом, выполняющим роль ручки.
- Кажется, дверь, - тоже шепотом, словно боясь, что от громкого звука она может исчезнуть, поделился я своими наблюдениями.
- Можешь ее описать?! – все так же тихо с нотками мольбы уточнил Эд.
Не задавая лишних вопросов я, как мог, рассказал ему, что вижу.
- Да, - радостно кивнул маг, - такой я ее и проектировал. У нас дома точно такая же дверь вела в винный погреб. Я все детство представлял, что за ней прячутся чудовища. Теперь я точно это знаю. На данный момент их здесь двое! Дверь ведь сейчас закрыта?
- Да. А что, ее еще нужно как-то открывать? Просто потянуть за кольцо не выйдет?
Уровень моего оптимизма, начавший было активно расти, притормозился и замер в ожидании ответа.
- Можно! – удивил, было, он меня, - но за ней будет сплошная каменная стена, которую не пробить ни чем на свете. Дверь из темницы откроется по-настоящему, только когда преступник исправится: осознает свою вину, раскается в содеянном, после этого сможет сам себя простить и преисполнится рвения исправить ситуацию – только все это вкупе заставит ее открыться. И, заметь, никто на свете не сможет воспрепятствовать тебе в желании покинуть камеру, после того, как дверь откроется.
- И Вы уверены, что у меня все это получится?
- Ты осознал? Раскаялся?
- Да.
- Сможешь себя простить?
- Если вообще существует возможность это исправить, то я буду ее искать и сделаю все возможное, получается – да. Может, я и не имею представления о том, как поворачивать время вспять, зато знаю тех, кто способен это делать. Но вот как быть с тем, чтобы поверить в факт того, что условная женщина физически может ни в чем не уступать условному мужчине? Я ведь в это никогда и не за что не поверю, просто потому, что это не так…
- На самом деле нет ничего проще и ты, опять-таки сам знаешь ответ. У тебя в памяти он звучит как: «Бог создал людей сильными и слабыми. Сэмюэл Кольт сделал их равными».
Наверное, с половину минуты я стоял и хмурил несуществующие брови, пока меня не осенило.
- Дар. Ему без разницы: мужчина им оперирует или женщина. Перед ним все равны. Но как это поможет в моей ситуации? Это же может быть просто исключением, подтверждающим правило.
- Я готов привести тебе несколько десятков примеров подобных исключений. И все они будут подтверждать правило? Нет, они будут его подтачивать. И подточат, но если я так сделаю, твоя дверь от этого не откроется. Можно подтолкнуть человека в нужном направлении, но это – дорога без попутчиков: идти придется одному.
Делать было нечего. Все уже сказано и нужно действовать.
- Это чужая темница в чужом мире. Даю самому себе слово, что не покину этот враждебный мне мир до тех пор, пока не исправлю то прегрешение, за которое попал в эту темницу! – отрешившись от внешних факторв и закрыв глаза, сказал я хоть и вслух, но исключительно самому себе.
- Неплохо, - одобрил Эд, - если ты человек слова, и, действительно, хочешь уйти из моего мира, то дверь должна отвориться и оставаться в этом положении до момента твоего выхода. Так что, если видишь зазор, не торопись – она уже не закроется.
Да, я действительно хочу. Хочу, чтобы эта партия оказалась последней, чтобы в ней победила та часть Стража, на стороне которой играю я. Хочу, чтобы это тело обрело своего изначального владельца. Хочу свести на нет все то нехорошее, что я вольно или невольно сделал. А потом хочу уйти отсюда. Вернуться домой или посмотреть другие миры – еще не решил. Возможно, что решать и не мне, но я уж поборюсь за то, чтобы больше меня втемную никто не использовал.
Что ж, мои глаза открыты, а дверь – распахнута настежь. Вот только за ней видны лишь клубы ни то дыма, ни то пара.
- Что за дверью? – спрашиваю у Эда.
- Дымка рассеется, как только ты решишь, куда тебе первым делом нужно попасть, чтобы начать воплощать в жизнь данные себе обещания. При условии, что ты знаешь, куда именно тебе нужно.
- Конечно, я знаю. Мне уже давно пора перестать болтаться по миру, как отходы жизнедеятельности в проруби, а идти и расчищать себе путь, закрывая по пути все гештальты! Причем не только свои, но и моих квартирантов. Решено. Эд, мне нужно в джунгли!
- Тогда всмотрись в пейзаж за дверью и скажи, что ты там видишь.
- Скалу у моря. Но это не то побережье, что находится у джунглей. Я снова ничего не понимаю, и меня это уже порядком злит…
- Ладно! Дверь ты с горем пополам открыл, а дальше я тебя проинструктирую. Ты видишь скалу входа. Помнишь, один из разговоров с шаманом про старые знания и кровь? Киваешь, значит, помнишь. Так вот, эти знания я тебе, считай, передал. С жидкостями будет чуточку сложнее.
«Камень выхода, перестал работать сразу после войны. Некому больше из него выходить. Не осталось знаний, нет той крови в людях, чтобы он снова выполнял свою функцию» - слов в слово вспоминаю фразу шамана и понимаю, наконец, о чем идет речь.
- А твоя, случайно, не подойдет?! – не без деловитой кровожадности уточняю я у Эда.
- А кто ж, по-твоему, кроме Белых обладал серьезным запасом знаний и мог, благодаря этому, пользовался стационарными порталами, не тратя уйму энергии? Конечно, я!
- Так нет же ничего проще! Сейчас я тебя стукну: аккуратно, но до крови. Соберу в ладошку необходимое для активации портала количество крови, и дело в шляпе!
- В шляпе у него дело! – передразнил меня явно чем-то слегка расстроенный старик. – Самому даже срам прикрыть нечем, а он уже про шляпы думает! Не получится так, как ты предлагаешь. Кровь должна быть как бы живой.
- Тогда не тяни резину, а предлагай сам, я приму твое предложение и уже спокойно пойду освобождать Таашу, тебя, себя –
