Повернувшись, Слэйд медленно двинулся прочь.
Приглашения на танец сыпались одно за другим, и в конце концов Регина вынуждена была отказать очередному кавалеру — она устала. Тем не менее она была довольна — наконец-то в ее жизни появилось радостное событие.
Правда, Регина почти не видела мужа и никак не могла взять в толк, что на этот раз вызвало его раздражение. Она возлагала очень большие надежды на этот бал, надеялась, что совместная встреча гостей их сблизит — но этого так и не произошло.
Протискиваясь сквозь толпу, Регина пыталась отыскать глазами Слэйда, но безуспешно. Неожиданно она заметила своих родителей, которые махали ей, видимо, желая, чтобы она подошла к ним. Регина жестом показала, что сделает это позже, хотя ей вовсе не хотелось беседовать с ними сегодня вечером, поскольку Николае и Джейн обязательно попытаются вытянуть из нее правду.
А правда эта заключалась в том, что она отнюдь не чувствовала себя счастливой. Ее отношения со Слэйдом все более ухудшались, и Регина ничего не могла предпринять, чтобы их улучшить, так как не понимала, что за кошка пробежала между ними.
Проходя мимо открытого окна на террасу, Регина внимательно вглядывалась в показавшийся ей знакомым профиль. Неужели Рик?
— И вы здесь! — изумленно воскликнула Регина.
— Да, черт побери. — Было видно, что Рик смущен. — От тебя просто невозможно спрятаться.
Регина улыбнулась. Это была первая ее искренняя улыбка за весь прошедший вечер.
— Что-то ты плохо выглядишь, — заметил Рик. — Не хватит ли на сегодня? Слэйд отвезет тебя домой.
На глазах Регины выступили слезы.
— Отвезет, если я смогу его найти. Может, вы попробуете, Рик?
Рик, Однако, не двинулся с места.
— Мне тут вообще не место, — неуверенно произнес он.
— Нет, — возразила Регина. — Вы пойдете со мной.
В конце концов им удалось найти Слэйда. Он стоял в самом углу, рядом с возвышавшейся в кадке пальмой.
Когда Слэйд увидел отца, его глаза округлились.
— Не могу поверить, — произнес Слэйд. — Я живу в Сан-Франциско уже десять лет, но ни разу не видел тебя в городе. За последнюю же неделю я встречаю тебя уже дважды. Что случилось?
Рик засунул руки в карманы.
— Я не собирался глазеть на все эти ваши развлечения, а только хотел позвать тебя домой, в имение.
— Что?
— То, что слышал. Ты уехал, и Эдвард уехал. — Рик помолчал. — Я не могу вести хозяйство один.
— Можешь, Рик. Даже когда Джеймс был жив, всем заправлял именно ты.
Регина решила, что пора вмешаться.
— Слэйд, твой отец просит тебя вернуться домой.
— Я подумаю над этим.
— О чем тут думать? — взъярился Рик. — Ты предпочитаешь все эти мыльные пузыри Мирамару?
— Твоя ирония тебе не поможет.
— Ты так долго ждал этого приглашения, Слэйд, — дрожащим голосом произнесла Регина, — и вот теперь вы снова уперлись друг в друга лбами, как два барана. Почему бы вам не отбросить вашу гордость и не признать, что вы нужны друг другу? Почему, черт бы побрал вас обоих!
Повернувшись, она побежала прочь. С нее хватит. Протолкавшись сквозь толпу, Регина обнаружила, что очутилась на залитой тусклым светом бумажных фонарей террасе в полном одиночестве. Чтобы не зарыдать, она с силой сжала пальцами железную ограду.
— Упрямый дурак! — прошептала она, мысленно обращаясь к Слэйду. Если ее муж не хочет восстановить мир со своим отцом, восстановит ли он когда-нибудь добрые отношения с ней?
— Регина?
Она замерла. Ее отец был самым последним, кого она хотела бы увидеть в эту минуту.
— Пожалуйста, уйди.
— Ну уж нет, дочка. Я вижу, как ты расстроена. — Граф положил руку ей на плечо. — Почему твой муж тебя не утешает?
Регина резко обернулась.
— Потому, что у нас возникли кое-какие проблемы. Именно это ты желал услышать?
Николае опустился на стул у стены.
— Я твой отец, Регина. И я тебя люблю. Я совсем не собираюсь тебя ни в чем укорять и напоминать, что я тебя предупреждал.
Регина закрыла лицо руками.
— Это правда — наши отношения становятся все хуже, и я не знаю почему. Но я знаю, что могу сделать Слэйда счастливым — что мы оба можем стать счастливыми. Если ты пришел сюда позлорадствовать или желаешь снова повздорить с моим мужем только потому, что не все в нашем браке удается, то ты появился здесь зря.
— Я больше не собираюсь вмешиваться, — ответил Николае. — Твоя мать права — ты действительно выросла.
— Это так, отец. В Англии я была наивной, неопытной и к тому же очень избалованной барышней. Но теперь я уже не та. Я собираюсь остаться, чтобы бороться за свое счастье — а оно возможно только со Слэйдом.
— Я горжусь тобой.
Регина поначалу решила, что ослышалась.
— Что ты сказал?
— Я горжусь тобой. Судя по всему, ты действительно любишь этого человека. Та Регина, которую я оставил в Техасе, не выдержала бы трудностей, с которыми ты столкнулась здесь.
— Это комплимент?
— Считай, что так. Ты изменилась, стала сильнее. Мне просто нелегко к этому привыкнуть. Обычно решения за тебя принимал я, хотя твоя мать и твердила мне, что ты должна пробиваться в жизни сама. Похоже, теперь мне придется согласиться с ней.
Граф Николае осторожно взял дочь за руку.
— Другими словами, я поддерживаю твое решение остаться со Слэйдом Деланса.
— О! — Регина порывисто обняла отца. — Спасибо тебе за то, что ты поверил в меня.
— Ты заслуживаешь этого. Само собой разумеется, я не собираюсь лишать тебя твоего наследства.
На глазах Регины выступили слезы.
— Я знала, что ты любишь меня и не бросишь в трудную минуту. И еще — теперь я не сомневаюсь, что поступаю правильно.
Они вернулись домой в полночь. Хотя бал еще продолжался, но настроение Регины совершенно изменилось. Отец наконец-то понял ее, и сегодняшний день, начавшийся из рук вон плохо, превратился в настоящий праздник.
Регина попыталась взять Слэйда за руку, но тот, отстранившись и раздумывая о чем-то своем, отошел к окну.
— Слэйд, мы можем поговорить?
Слэйд медленно повернулся к ней. Его лицо, казалось, было бледнее обычного.
— Давай.
Помолчав какое-то мгновение, Регина спросила:
— Почему у меня все время такое ощущение, будто ты хочешь о чем-то сказать, но никак не решаешься?
— Я смотрю, ты хорошо меня изучила.
— Да, но не так, как хотела бы.
Слэйд набрал в грудь воздух.
— Я действительно не решаюсь объясниться до конца, потому что боюсь, что ты воспримешь это очень болезненно. — Он запнулся, потом с усилием продолжил:
— Все наши отношения были ошибкой с самого начала.
— Нет, только не это! — Регине показалось, что пол уходит у нее из-под ног. — Я люблю тебя!
