глазами:
– Вы зовете ее алой девой.
Так вот какое у тебя имя… бессмертная, отнявшая у меня Тао.
– Вы уверены, что мы столкнемся с ней? – уточняю, следя за лицом принца Цянькона, скованного по рукам и ногам силой древнейшего. – Разве этой Су Цзынь не выгоднее сейчас залечь на дно? Все ее сообщники в верхнем мире очень скоро будут разоблачены.
– Она обязательно покажется, даже если мы умудримся обнаружить всех ее союзников во всех трех мирах.
– Вы так убежденно говорите…
– Я уничтожил ее истинное тело. Она, должно быть, сильно зла на меня сейчас, – ровным тоном произносит Бао Чжань.
– Вы – что?.. – переспрашиваю, решив, что ослышалась.
– Я вернулся к своей физической форме раньше Су Цзынь. И смог уничтожить ее тело, пока она была заточена внутри Цяо Цяо и обездвижена собственными союзниками, решившими, что она сошла с ума после смерти Тао. Но даже уничтожение ее пустой оболочки обошлось мне слишком дорого – и я вынужден был уединиться на целый месяц. А потом и забрать мощь Цветка Алого Пламени, чтобы восстановиться до конца.
– Так вы могли вернуться гораздо раньше, но предпочли лишить своего противника его физической оболочки… Очевидно, что вы двое достигли точки невозврата.
– Упоминать о точке невозврата можно лишь тогда, когда все еще есть к чему возвращаться. Нашим же отношениям больше подходит определение «бесконечная месть», – сухо уточняет Бао Чжань, после чего переводит взгляд на толпу богов. – А вот и наш талантливый притворщик.
Поворачиваюсь и действительно вижу того, кто изображал главу клана Тигров. Он скован сложной печатью и окружен десятком стражей. Судя по всему, небесная армия уже ушла под контроль древнего бога: ничем иным я это послушание объяснить не могу.
– И как мы будем ловить бессмертного, наложившего на него иллюзию? – интересуюсь я, с холодным любопытством рассматривая «небожителя» со шрамом на лице.
– Заприте все двери! – командует Бао Чжань, и стража небесной армии тут же исполняет приказ.
И впрямь слушаются!..
Владыка и Синь Шэнь в этот момент оказываются в одной лодке. Или, скорее, за ее бортом…
– Господин Бао Чжань, что происходит? – первым опомнившись, восклицает владыка.
– Происходит поимка сообщников вашего сына, организовавшего убийство своего брата и пытавшегося организовать собственное восхождение на престол бессмертного царства в обход всех правил, в том числе – забирая жизни небожителей, – бесстрастно отвечает ему древнейший. – Часть небесной стражи еще месяц назад вышла из-под вашего командования и присягнула Летописцу в надежде, что тот примет мудрое решение касательно будущего всего верхнего мира. Развал в небесной армии настолько велик, что вы даже не заметили этого перехода. Впрочем, в тот момент вы скорбели по сыну, что смягчает обстоятельства, и все же… вы оставались правителем бессмертного царства, – строго посмотрев на отца своей тени, произносит Бао Чжань, – и вы допустили все произошедшее. Именно поэтому я и предлагаю вам мирно передать власть господину Лин Хуну и уйти на покой, которого вы так давно жаждете.
Владыка поворачивает голову и смотрит на сына, напряженно следящего за мастером под личиной главы клана Тигров… Снимает золотой венок со своей головы, оставляет его на опустевшем троне и спускается с пьедестала.
Он ничего не говорит, проходя мимо нас с Бао Чжанем…
Зал, полный возмущенных небожителей, он пересекает так же – молча…
– Возможно, это последний день жизни владыки, – негромко произношу я, – стоит дверям закрыться за бывшим повелителем бессмертного царства…
– Думаю, это так, – подтверждает Бао Чжань.
– Вам не жалко его? – спрашиваю, почувствовав странное опустошение внутри.
– Мне жалко тех, кто погиб из-за его безответственности! – отрезает древний бог.
Но я прекрасно осознаю: даже их ему не жалко…
Этот бессмертный уже давно потерял способность сопереживать.
– И вы позволите ему творить все это?! Вы, свободные бессмертные мира небожителей! Вашего владыку только что согнали с трона, а вы молчите! – восклицает Цянькон, воспользовавшись легким оцепенением богов.
– Бывший принц все еще здесь? – делано удивляется Бао Чжань.
Тут же Цянькона окружают небесные стражи. С печатью молчания на губах его уводят из тронного зала.
– Уважаемый древний бог, – спустя несколько секунд подает голос бессмертный, сидящий за столом на средней удаленности от трона, – мы чтим правосудие и понимаем, какую сложную миссию вы возложили на себя. Разобраться со всеми нарушениями правил в Небесном дворце – воистину ответственная задача. Однако кое в чем бывший принц Цянькон прав… Все, что происходит здесь, творится лишь по вашей воле.
– Хочет ли уважаемый бог сказать, что ваша воля – видеть род фениксов на троне до скончания веков, несмотря на все их злодеяния? – холодно бросаю я.
– Ни в коем случае! Хозяйка Шелковой долины неправильно поняла мои слова, – склонив голову, вежливо отвечает тот. – Полагаю, все присутствующие согласятся с тем, что репутация правящего рода должна быть непогрешимой. Однако выбирать себе правителя мы должны сами. Так было испокон веков. Так должно быть и впредь.
– Испокон веков трон владыки забирал сильнейший клан. О каком свободном выборе вы сейчас говорите? – не удерживается от вопроса Бао Чжань. И задает его так естественно и просто, что я невольно улыбаюсь.
Оратор покрывается красными пятнами, а «глава клана Тигров» в голос посмеивается, похоже находя весьма забавным все, что здесь происходит.
– Вам смешно? – с какой-то до жути дружелюбной улыбкой уточняет древнейший.
– Бессмертное царство разваливается изнутри. Нам даже делать ничего особо не придется, – хмыкает тот, а затем вздрагивает и падает на пол, корчась от боли.
Это Бао Чжань решил наказать его за словоохотливость…
В эту же секунду кто-то из богов в зале вскрикивает, хватаясь за голову.
– Инь Юэ… – произносит древнейший, но я и без его напоминаний отправляю алую ленту на поиски нашего бога иллюзий…
Однако мое оружие отбивает мастер из смертного царства, неожиданно скинувший с себя личину!
– Так их было четверо, – прищурившись, отмечает Бао Чжань.
Вслед за ним прихожу к тому же мнению, напряженно глядя на мастера, встреченного мной в борделе несколько месяцев назад.
Он не позволил мне обнаружить бога, наложившего иллюзию на него и «главу клана Тигров». Который, к слову, оказался… женщиной?..
Рассмотреть ее как следует не удается, поскольку моим вниманием тут же завладевает старый знакомый.
– Великая Мученица, – с улыбкой говорит мужчина, чьего имени я так и не узнала, хотя и беседовала с ним прежде.
– Мастер, – приветствую его. – Вы держите свое слово.
– Я же обещал навестить вас, – еще хитрее улыбается тот.
Его белые волосы заметно отросли, кожа еще больше побелела, а глаза будто стали ярче. Но все эти изменения не идут ни в какое сравнение с ощутимо возросшей мощью, исходящей
