от его тела.
Он использовал кровавую печать духа, это очевидно…
Мой взгляд мгновенно тяжелеет, а с лица исчезают остатки «добродушия».
– Как тебя зовут? – спрашиваю его.
– В смертном мире я отзываюсь на имя Нубо. Но здесь предпочитаю прозвище Zāinàn, – с легкой усмешкой отвечает мастер.
Цайнан. «Бедствие».
Какая чудесная аллегория.
– Зачем ты выдаешь им себя? – бросает ему красивая молодая женщина с длинными седыми волосами, изображавшая для нас главу клана Тигров. – Это наши враги!
– Не бесись, Сати. Они имеют право знать имена тех, кто их уничтожит, – лениво хмыкает Нубо.
– Какие громкие слова… – тянет Синь Шэнь. И резко наносит удар незримыми когтями. Нубо едва успевает отбить это какой-то странной атакой, взрывающей сам воздух в зале.
Даже боги вскрикивают, не ожидая чего-то подобного от простого человека!
Но в том-то и дело, что этот смертный больше не «простой». Да и «смертным» он давно быть перестал – если верить хозяйке борделя, это один из бессмертных, правящих всем миром людей из-за кулис.
– Я слышал про тебя, Лин Хун. И мы обязательно встретимся, чтобы выяснить, кто из нас сильнее. Но не сейчас, – обещает лису Нубо и резко притягивает к себе первого попавшегося бога из толпы.
Не успеваю я послать тому на помощь свои ленты, как на шее бессмертного появляется ровный порез, а под ногами Нубо активируется кровавая печать разрыва пространства, в которую успевает запрыгнуть бессмертная женщина по имени Сати. Потом оба мастера исчезают из тронного зала, оставив после себя лишь запах металла… и труп бога.
Глава 11. Хозяева мира
– Они… убили небожителя? – звучат отовсюду шепотки богов.
Перевожу взгляд на Синь Шэня. Тот качает головой. Верно. Я не должна на это реагировать. Они не виноваты в том, что жили хорошо и не знали бед. Но беспечность владыки…
Теперь я понимаю, как велика его вина перед бессмертным царством. Быть зрячим, но делать вид, что ты слеп, в случае одного воина во враждебных землях – мудрость. Но в случае правителя, живущего в своем собственном мире и ответственного за своих подданных…
Оборачиваюсь к Бао Чжаню. Больше претензий по поводу его холодности к отцу своей тени я не имею. Если владыка сегодня умрет, он еще легко отделается – и не увидит, к чему привели столетия его правления.
– Древнейший, что нам делать? Они пробрались в Небесный дворец и убили бога! Но они даже не небожители! И не демоны! Кажется, это простые люди! – воскликнуло Божество Земли.
– Да! Мы тоже не ощутили от них божественных эманаций! – подхватывают остальные бессмертные.
– И эти люди знают Хозяйку Шелковой долины! Более того, они называют ее Великой Мученицей! Что за связь между ними? – бросает глава клана Птиц.
– Естественно, они знают меня. И знали принца Тао. Поскольку, в отличие от вас, мне не безразлично, что происходит в смертном царстве. Как не было безразлично и наследнику, – холодно произношу я, одарив его таким презрительным взглядом, что некоторые боги даже отступают на шаг, хотя смотрю я прямо на своего оппонента.
– Но спускаться в смертный мир запрещено… – тут же начинают переговариваться небожители.
Замечаю едва заметный жест Летописца и поджимаю губы, не имея возможности ответить. Если я сейчас заявлю всем, что мастера появились здесь из-за меня, это вызовет катастрофу. Но именно мой спуск в мир людей позволил Тао завершить испытание и увеличить силу. А Бао Чжаню дал возможность очнуться раньше Сю Цзынь и нанести удар по нашему врагу!
Однако мало кто поймет, насколько это важно, раз смертные проникли в верхний мир…
– В царстве людей происходят перемены, игнорировать которые богам больше нельзя, – звучит голос древнейшего, после чего все вновь замолкают. – Вы сами слышали: они желают уничтожить наш мир. Есть ли у вас силы бороться с ними?..
Небожители опускают головы, признавая свою слабость.
– А если нет, не мешайте нам разбираться с этой проблемой, – произносит Бао Чжань, и произносит так, что после этих слов ни у одного из бессмертных не хватает смелости поднять глаза.
Да, пожалуй, сила все еще решает… все.
И никто из присутствующих не посмеет с этим поспорить.
– Летописец, мы можем обойти все обряды и устроить коронацию господина Лин Хуна в ближайшее время? – повернувшись к старцу, сухо осведомляется древний бог.
– Мы приблизились к переломному моменту в истории бессмертного царства. Военное время требует новых правил: нам необязательно соблюдать церемониал, – склонив голову, отвечает мудрец.
– Господин Бао Чжань, я не сяду на трон владыки, – неожиданно заявляет Синь Шэнь, вынуждая всех богов поднять на него испуганные взгляды.
– Вы передумали? – В вопросе древнейшего сквозит легкое удивление.
Лис бесстрашно глядит Бао Чжаню в глаза:
– Я не передумал. И желаю навести порядок в верхнем мире. Однако я желаю занять трон с согласия большинства. Я противник силового захвата власти и всегда решал проблемы путем переговоров.
– У нас нет времени на переговоры. Наш враг уже пробрался в святую обитель небожителей, – приподняв бровь, замечает древний бог.
– На простое закрытое голосование время найдется. Это вопрос пары часов, – отвечает Синь Шень, и я прямо-таки проникаюсь уважением к его стойкости.
И продуманности, чего уж тут?
Бао Чжань загнал его в ловушку своим даром. Вся власть лиса становилась фиктивной, когда подобная передача происходила на глазах всех небожителей. Однако, предложив голосование, да еще и анонимное, он заработал много очков в их глазах. Если бы Синь Шэнь предложил открытое голосование, многие были бы вынуждены принять его как нового владыку под давлением древнего бога.
А теперь бессмертные решат, что обладают свободой выбора, хотя ее у них как не было, так и нет.
Потому что никто другой не рискнет вписать свое имя, зная о нависшей над верхним миром угрозе.
Таких дураков не найдется даже среди охотников до власти.
Какой смысл становиться владыкой на час?..
– Господин Лин Хун предложил закрытое голосование, – подытоживает Летописец. – Есть ли среди богов противники этого предложения?
Гробовое молчание служит ему ответом.
– Что ж, тогда мне понадобится немного времени, чтобы подготовить все необходимое, – кивает Летописец и выходит из тронного зала, в то время как бессмертные вокруг вслух обсуждают перспективы.
Как быстро они забыли о трупе бога, вынесенном из зала во время нашего спора с представителями Края Пяти Озер!
Воистину, праздное существование приводит к деградации и потере внутренних ориентиров.
…
– Это было глупо, – спокойно произносит Бао Чжань, взглянув на Синь Шэня.
– Я не стану вашей марионеткой на троне, – так же спокойно отвечает гэгэ, взглянув на него в ответ, – я прожил
