Утром ее разбудил струящийся в окна дневной свет. Она пожалела, что накануне не заставила Присциллу завесить их, но в то же время ей не хотелось лишать комнату доступа лунного света. Чувствуя себя разбитой, она села и протерла глаза. Веки словно налились свинцом. Теперь ей казалось, что ночью без сна она пролежала бесконечно долго.
Каролин дернула за шнур звонка и потушила лампу. Это было непредусмотрительно: уснуть, не потушив свет. Теперь, в свете дня, ей представлялось абсурдным, что ночью она думала, будто там кто-то скрывается.
Одевшись и позавтракав, она пошла навестить Лорел. На верхних ступеньках лестницы бросила мимолетный взгляд в дальний конец длинного тусклого холла. Все двери этажа были плотно прикрыты. Холл освещался только светом, проникавшим в окна, располагавшиеся по обе стороны коридора. Каролин, немного помешкав, направилась в детскую.
Лорел, как и всегда, была счастлива видеть ее. Каролин знала, что с девочкой ей многого удалось добиться. Обычно, работая с Лорел, Каролин чувствовала огромное удовлетворение и гордость, но этим утром ей стоило огромного труда сосредоточиться на играх и уроке.
Выглянув из окна детской, она вдруг осознала, что уже несколько дней не выходила из дома. Гордость ее была задета, никогда она еще так не трусила. Сегодня нужно будет непременно выехать. Таким способом она познакомится с Уилсом и узнает о том, насколько далеко конюхи находятся от лошадей ночью.
Покидая детскую незадолго до полудня, на ступеньках лестницы она помедлила. Мог ли прошлой ночью находиться кто-то наверху? Если она поочередно будет открывать двери каждой комнаты и заглядывать внутрь, то сумеет заметить какие-либо признаки вторжения. Каролин выпрямила плечи, направилась вдоль коридора и открыла первую дверь. Груды мебели, закрытой белыми простынями, громоздились в холодной комнате. Каролин закрыла дверь и, чтобы согреться, потерла руки. Она продолжила свой осмотр. Следующая комната мало чем отличалась: со спущенными тяжелыми шторами, темная и холодная, накрытые кресла, кровать. Закрыла и эту дверь и проследовала дальше.
Чем ближе она подходила к середине дома, тем темнее становилось в коридоре, поскольку свет поступал только из окон, располагавшихся в противоположных его концах. Становилось не только темнее, но и холоднее. Как только она приблизилась к комнате, которая была как раз над ее спальней, шаги ее замедлились. Каролин, заколебавшись, остановилась. До заветной комнаты оставалось еще одна дверь или две. Она почувствовала дрожь в ногах, ледяные струйки пота стекали по спине. Она ничего не могла с собой поделать. Страх сковал ее члены, и открыть дверь она не могла.
Каролин повернулась и бросилась бежать назад по длинному коридору и вниз по ступенькам. Ее охватило настоятельное желание оказаться на улице, ощутить ветер и открытое пространство, подставить лицо ласковым лучам солнца. Ворвавшись в комнату, она перепугала служанку, прибиравшую ее постель. Девушка подпрыгнула:
— Ой, миледи, вы меня напугали!
— Прости, Луиза. Я очень тороплюсь. Ты не поможешь мне переодеться?
— Да, конечно, миледи.
Лицо девушки засияло. Ей было приятно, что представился такой шанс — стать служанкой самой миледи, пусть и на несколько минут. Проворства и умения Присциллы ей явно не хватало, все же она смогла расстегнуть застежку платья и справиться с корсетом, что в первую очередь мешало одеваться самой.
Вскоре Каролин была готова. Когда она появилась на конюшенном дворе, ее увидел Джек — конюх, который обычно седлал ее кобылу. Он снял шапку и ухмыльнулся:
— Вам нужна Фелиция, миледи?
— Да, пожалуйста.
Каролин вошла в конюшню и огляделась. Ей хотелось узнать, где же конюхи спят. Но ничего, кроме стойл и сеновала, она не увидела, хотя была абсолютно уверена, что спят они не в доме вместе с остальными слугами. Каролин полагала, что они должны были находиться ближе к лошадям. Она вышла.
С одной стороны амбара находилась комната для приема пищи. Возможно, что за ней находилось жилище Бродаса. Как бы невзначай прошла она в противоположную сторону и увидела дверь, ведущую в другую боковую комнату. Если она сумеет тихо оседлать Фелицию…
— Ну вот, миледи, готов. — В ее мысли ворвался жизнерадостный голос Джека, и она вздрогнула. — Простите, мэм. Похоже, что в последние дни мы все стали немного нервничать. Это все из-за того страха, что пережили вы на днях, и он все ходит вокруг да около.
Он еле заметно кивнул головой в сторону человека, направляющегося к ним из парка.
— Кто это?
— Новый конюх. Во всяком случае, так говорит Бродас. Но я до сих пор ни разу не видел, чтобы он работал в стойлах. Все время слоняется повсюду.
Джек помог ей сесть верхом и потянул поводья.
— Это Уилсон?
— Да, мэм. Хозяин говорит, что он должен повсюду сопровождать вас, куда бы вы ни поехали. Поэтому я оседлал и вторую лошадь.
Уилсон снял головной убор и приблизился к ним.
— Миледи, я Джордж Уилсон, к вашим услугам. Лорд Браутон просил меня присмотреть за вами, пока его не будет.
— Да, я знаю. Я обещала Джейсону без вашего сопровождения не выезжать из Браутон-Курт.
Уилсон надел кепи и взял из рук парня поводья. Он был человеком плотным, крепкого сложения, с квадратным лицом, черты которого были тяжелы и непроницаемы, брови срослись на переносице в одну сплошную линию. Он казался упрямым и несговорчивым.
Каролин подумала, что с ним она будет чувствовать себя в полной безопасности, конечно, если он нанят действительно для этого.
Он неуклюже взобрался на лошадь, и Каролин заметила, что поводья держал он как новичок. Про себя она вздохнула. Если позволить ему неотступно следовать за собой, то галопа сегодня не получится. Она пустила лошадь ровным шагом. Охранник следовал за ней на почтительном расстоянии. Раз или два она оборачивалась, чтобы взглянуть на него, и каждый раз видела, что он изучает окрестности.
Сначала Каролин не решила, куда направиться, и просто позволила Фелиции легко скакать вперед по тропинке. Фелиция устремилась в направлении деревни, и Каролин решила следовать в Хокли. Там она могла бы купить Лорел игрушку или красивые ленты в волосы — подарок на память, когда Каролин уедет. Она выехала на тропинку через рощу, поросшую дубами и каштанами, к подножию холма, где и начиналась деревня. Ближе к деревне тропинка становилась шире.
Выехав из леса, они поднялись на вершину холма. Каролин, как всегда, остановилась, чтобы полюбоваться видом.
Небольшой городок с причудливой старой церквушкой и домом приходского священника раскинулся у ее ног. Рядом с домом его преподобия Нельсона была привязана замечательная белая лошадь. Жеребец Джейсона! Второй такой поблизости быть не могло.
