может: самая настоящая мизантропка.
Пока он об этом думал, старший гвардеец, хоть и очень уставший, тоже пытался сдержать смешок. Его всегда забавляло, что у его господина фамилия — Безруков, а у его жены до замужества — Безлапая. Гвардеец видел в этом иронию, судьбу, само предзнаменование. Может, им стоило назвать сына Безголовым, чтобы коллекцию собрать полностью?
Но обоих, и гвардейца и господина от мыслей отвлекли звенящие чашки с кофе, которые внёс в просторный кабинет слуга.
Здесь, в съёмных апартаментах одного из аристократических районов, мужская часть Рода Безруковых обосновалась не просто так… Это был их временный тайный штаб.
В помещении царила напряжённая атмосфера. За тяжёлыми занавесками, скрывающими окна от посторонних глаз (и снайперов), гвардейцы и бойцы суетились над разложенными на больших дубовых столах картами. А на стенах висели схемы и планы, испещрённые заметками и стрелками, указывающими направления будущих атак. Шуршание бумаг смешивалось с приглушёнными голосами командиров, обсуждающих последние разведданные. Кто-то бегло водил карандашом по карте, намечая новые маршруты; другие, склонившись над планшетами, просчитывали возможные варианты развития событий. В углу комнаты несколько связистов сосредоточенно работали с радиоприборами, пытаясь установить связь с передовыми постами.
— Если мы ударим с фланга, у нас будет преимущество по времени, — сказал один из капитанов гвардии, указывая на точку на карте.
— Но тогда рискуем попасть в засаду, — возразил другой, скрестив руки на груди.
Время неумолимо тикало, и каждая секунда была на вес золота. Жаль только, что золото в их положении было бесполезно. Бойцы проверяли оружие, снаряжение, готовились к предстоящему штурму. В воздухе витало ощущение надвигающейся беды. Кто-то нервно барабанил пальцами по столу, другие молча затягивали ремни и поправляли форму, как будто это могло спасти их от пуль.
— Господин! Господин! — вдруг внутрь ворвался раскрасневшийся гвардеец с рацией, и Николай Безруков ошпарился горячим кофе от неожиданности.
— Добрынины! Они только что напали на наш молочный завод!
Глава Рода закашлялся, и вовсе не от того, что ему был так важен молочный завод, хоть он и приносил прибыль. Завод теперь был лишь прикрытием, куда Николай Безруков придумал стягивать боевую технику для увеличения боевой мощи в этой родовой войне.
— Надо срочно вызывать подкрепление! — взревел хриплым голосом граф. — Мы чертовски просчитались! Слышите? Чертовски!
Он бросил взгляд на карту и понял, что Добрынины не такие слабые, как он думал. Их силы росли, и теперь они представляли реальную угрозу.
— Мы поставили всё на Радугиных, — продолжил, будто не в себе, глава Рода, ударяя кулаком по столу. — Либо они победят, либо нет. Мы рискнули всем!
Гвардейцы переглянулись, нервно поёрзав на местах. Среди них шёпотом пробежала волна сомнений. Один из них подумал, что его жалованья не хватает для таких авантюр, и, возможно, стоило поменять службу.
— Добрынины идут в наступление, — заметил капитан. — Но они не знают, господин, что там у нас собрано шестьдесят процентов гвардии. Так что с наскока они точно не пройдут.
— Но завод пострадает, — возразил старший гвардеец, поправляя сползающие очки на носу. Ему было жаль завод: там работал его шурин, который всё ещё не вернул долг за прошлый покер.
Однако самому Николаю теперь было глубоко плевать на завод! Если Добрынины победят, то ему это будет стоить всего. Заводы можно отстроить заново, а вот голову на плечах проблематично.
— Если они начнут выбивать долги, — тихо сказал он вслух, собираясь с мыслями, — то даже правнуки наших правнуков будут расплачиваться. И не факт, что даже тогда мы сможем полностью их погасить.
В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вбежал взволнованный молодой связист. Его лицо было бледным, а глаза широко раскрыты.
«Опять плохие новости», — подумал Николай. — Интересно, кто-нибудь когда-нибудь приносил хорошие новости, врываясь без стука.
— Что случилось? — резко обратился к нему граф. — Что же ещё?
— Господа! — выдохнул связист, пытаясь восстановить дыхание. — Один из наших доносчиков прислал информацию! Недавно в город прилетел младший наследник Рода Добрыниных — Добрыня Добрынин.
В зале повисла гробовая тишина. Казалось, даже часы на стене перестали тикать. Все взгляды обратились на связиста.
— Младший наследник? — переспросил Николай, прищурившись. — Тьфу, ну и имечко у него всё же… Фантазии не хватило у его папаши. Интересно, сын его тоже будет Добрыней Добрыниным-младшим?
Некоторые гвардейцы нервно усмехнулись, пытаясь разрядить обстановку.
— Где он сейчас? — спросил капитан гвардии, скрестив руки на груди и хорошо зная свои задачи.
— Был возле своего повреждённого имения на окраине города, — ответил связист. — А сейчас направляется в сторону базы Добрыниных. Ему ехать примерно тридцать минут.
Капитан задумчиво потер подбородок, его взгляд блуждал по карте.
— Собирайте людей для перехвата, — решительно приказал он. — Нельзя допустить, чтобы он туда добрался.
— Сколько людей взять? Пятьдесят? — предложил старший гвардеец, поднимаясь со своего места. Он явно переоценивал количество доступных солдат и недооценивал количество доступных машин.
— Нет, двадцати будет достаточно, — отрезал капитан. — Поедете на четырёх машинах. Он слаб, не переживайте. Он явно собрал остатки гвардии полуразрушенного имения. Максимум, что у него может быть, это человек пять. Так что возьмите тридцать, на всякий случай.
Гвардеец кивнул и поспешил выполнить приказ. И как только за ним закрылась дверь, в зале раздался тихий смешок. Родственники Николая Безрукова, присутствовавшие при совещании, обменялись довольными взглядами.
— Удачно всё свершилось, — заметил один из них, откидываясь на спинку кресла. — Война может завершиться быстрее, чем мы думали.
Но Николай нахмурился, его лицо потемнело.
— Ты думаешь, взяв его в плен, мы их остановим? — произнёс он, глядя прямо в глаза троюродного брата. — Судя по информации, им вообще на этого мелкого наследника наплевать. Это их не остановит. Он же бестолковый, с мизерным Даром.
Родственник пожал плечами, не терпя возражений.
— Любое преимущество нам на руку, — ответил он. — Даже если они не ценят его, это может поколебать их уверенность.
— Мы просчитались, — прошептал вновь граф, сжав кулаки. — Если проиграем, это будет конец для всех нас. Хотя, с другой стороны, не придётся платить жалованье таким бездельникам.
Гвардейцы переглянулись, пытаясь понять, стоит ли обижаться или начать искать новую работу.
* * *
Временем позже
Возле завода Безруковых
Гвардейцы Добрыниных отступали от завода, оставляя позади пылающие руины и густые клубы
