страница задолго до того, как Ногучи успел открыть ее. Совершенно бессознательно от нажал клавиши компьютера.
— Прекратить! — рявкнул Келли. — Слушай, глупый, ты не должен вводить цифры в компьютер как вздумается; тебе нужно подождать, пока Ногги сообщит тебе сделанные расчеты. Сколько раз нужно повторять?
— Но ведь я… — начал Макс и запнулся. До сих пор он скрывал от всех на борту «Асгарда», что обладает удивительной и необычной памятью.
— Ведь ты что? — Келли протянул руку, чтобы удалить из компьютера цифры, введенные Максом, и вдруг заколебался. — Между прочим, каким образом ты считаешь возможным вводить цифры со многими десятичными знаками в этот механический мозг? Ну-ка, говори, что ты сделал?
Юноша знал, что прав, и ему не хотелось показать, что он не знает, как решается задача.
— Да я просто ввел в компьютер цифры, которые собирался сообщить мне Ногучи.
— Что-то я не понял тебя, — медленно произнес Келли. — Ты что, способен читать его мысли?
— Нет. Но я ввел правильные цифры.
— Гм… — Келли наклонился к экрану компьютера. — Ну-ка, Ногги, назови их.
Вычислитель выпалил длинную вереницу единиц и нулей, бинарный эквивалент названного Келли логарифма. Келли проверил введенные Максом цифры, наморщив лоб. Наконец он выпрямился.
— Однажды мне довелось видеть, как один парень выбросил при игре в кости семерку тринадцать раз подряд — и это были честные игральные кости. Скажи, Макс, это просто дурацкое везение?
— Нет.
— Вот как? Ногги, дай-ка мне справочник.
Келли взялся сразу за заключительную часть расчетов, причем выдавал Максу исходные данные и называл действия, которые тому надлежало исполнить, но не делал перевода цифр в бинарную систему счисления, необходимую для ввода в компьютер. Перелистывая страницы, он все время заглядывал Максу через плечо.
Юноше удалось побороть первоначальный испуг, и он принялся быстро нажимать клавиши, вводя цифры в компьютер. По его лицу текли струйки пота.
Наконец Келли произнес:
— Хорошо. А теперь дерни его за хвост.
Макс щелкнул переключателем, и компьютер взялся за решение введенной программы. Вскоре на экране высветился ответ.
Пользуясь инструкцией, Келли перевел светившиеся на экране огоньки в десятичную систему. Потом взглянул на заранее известный ответ, закрыл справочник и передал Ногучи.
— Пожалуй, пойду выпью чашку кофе, — пробормотал он и вышел из рубки.
Ногучи открыл вахтенный журнал, куда были занесены расчеты предыдущего перехода, посмотрел на цифры, светившиеся на экране компьютера, взглянул в инструкцию и медленно повернулся к Максу. На его лице появилось озадаченное выражение. Юноша заметил, что Келли, уже вернувшийся в рубку, тоже смотрит на него как-то странно. Макс протянул руку и, нажав кнопку, стер с экрана результаты вычислений. Экран погас. Потом он встал с кресла перед главным компьютером и отошел в сторону. В рубке царила полная тишина.
Следующую вахту ему пришлось нести с доктором Гендриксом. Юноше нравились вахты с астрогатором ничуть не меньше, чем со старшим вычислителем Келли; доктор Гендрикс был спокойным и уравновешенным человеком и уделял обучению Макса не меньше внимания, чем Келли. Однако на этот раз Келли не спешил оставить рубку управления после сдачи вахты. Само по себе это ничего не значило, потому что старший вычислитель часто консультировался с астрогатором. Но сегодня, приняв вахту, доктор Гендрикс обратился к Максу;
— Келли сказал мне, что вы учитесь работать на компьютере, Джонс.
— Да, сэр.
— Отлично. Давайте-ка потренируемся.
Доктор Гендрикс достал старый астрогационный журнал и выбрал задачу, связанную с расчетом подготовки к переходу в гиперпространство, аналогичную той, которую Макс решал раньше. Келли взял справочник, приготовившись исполнять роль переводчика логарифмов в бинарную систему счисления, однако не называл результаты вслух. Макс выслушал первые данные и принялся считывать цифры со страницы, возникшей у него в памяти, и вводить результаты в компьютер.
Так продолжалось довольно долго. Келли молчал и только облизывал губы и проверял действия Макса всякий раз, когда доктор Гендрикс называл новую часть задачи. Ковак сидел рядом и следил за происходящим, переводя взгляд с одного действующего лица на другое.
Наконец астрогатор закрыл журнал.
— Понятно, — кивнул он, словно ничего не произошло. — Джонс, у вас уникальные способности. Мне приходилось читать о чем-то похожем, но вы первый человек с таким талантом, которого я встретил. Вы слышали о Слепом Томе?
— Нет, сэр.
— Возможно, в корабельной библиотеке хранятся сведения о нем. — Астрогатор «Асгарда» сделал паузу. — Не хочу преуменьшать ваши способности, Джонс, но предупреждаю, чтобы вы не пользовались ими во время действительного маневра. Надеюсь, вы понимаете почему?
— Да, сэр. Мне кажется, что понимаю.
— Впрочем, я выразился не совсем точно. Вы не должны использовать свой талант, — если только не заметите, что совершена ошибка. В этом случае немедленно сообщите об этом. И все-таки будем продолжать полагаться на таблицы.
— Слушаюсь, сэр.
— Хорошо. Когда сменитесь с вахты, зайдите ко мне в каюту.
Макс сменился с вахты, когда по корабельным часам наступил день. У каюты астрогатора он вдруг столкнулся с Элли.
— Макс!
— Привет, Элли. — Юноша чувствовал себя очень неловко — ведь он не виделся с девушкой с тех пор, как его перевели в рубку управления.
— Он говорит мне «привет»! — Девушка подошла ближе. — Ты ужасно выглядишь — твои воспаленные глаза напоминают красную окантовку мундира. Где ты обретался все это время? Старые друзья теперь недостаточно хороши для тебя? Ты даже не зашел повидаться с Чипси!
Макс заходил к мистеру Чипсу — один раз, но с Элли там не встретился. Повторить посещение он не решился, потому что парень, сменивший его в должности служащего зверинца, почему-то считал, что именно Макс виноват в том, что ему поручили обслуживать коров, быков, гуанако и прочих животных, что парню совсем не нравилось.
— Извини меня, Элли, — пробормотал юноша, — но у меня просто не было времени.
— Слабое оправдание. Знаешь, что ты сейчас сделаешь? Немедленно пойдешь в гостиную, и я покажу тебе где раки зимуют, — мне удалось найти способ выиграть в твоем любимом гамбите. У тебя глаза на лоб вылезут от удивления!
Макс открыл рот, закрыл его и снова открыл.
— Нет.
— Говори громче. Ты произнес слово, которое я не понимаю.
— Послушай, Элли, веди себя разумно. Я жду доктора Гендрикса и, как только он отпустит меня, собираюсь немного поспать. Я недоспал по крайней мере десять часов.
— Почему бы тебе не поспать в другое время?
— В другое время? Это не так просто, когда ты находишься на вахте четыре часа и потом четыре отдыхаешь. Приходится пользоваться каждой свободной минутой.
На лице девушки появилось недоумевающее выражение.
— Неужели тебя заставляют нести три вахты в сутки? Но это безобразие!
— Может быть, однако дело обстоит именно
