не оставляло сил для общения с друзьями.
Подобно всем большим звездолетам «Асгард» имел свою полицию — несколько опытных членов экипажа исполняли распоряжения первого офицера, направленные на соблюдение корабельного распорядка и поддержание дисциплины. Сэм, со своим талантом политика и поддельным свидетельством помощника стюарда первого класса, сумел во время перетасовки, которая последовала после перевода Макса в рубку управления, стать старшиной корабельной полиции в службе интенданта. Там он проявил себя с лучшей стороны: старался никого не обижать, закрывал глаза на те нарушения, которые превратились в древние прерогативы, и заставлял соблюдать чистоту, порядок и правила поведения, необходимые для отлично функционирующего корабля. Все это он делал сам, не обращаясь к первому офицеру с просьбами о наказании виновных, и это устраивало как мистера Уолтера, так и членов экипажа. Когда заведующий складом Магиннис слишком увлекся потреблением продукта, производимого мистером Джи, и упрямо «услаждал пением» слух своих товарищей по каюте.
Сэм всего лишь отвел его в камбуз и заставил выпить несколько кружек крепчайшего кофе, а на следующий день спустился с ним на палубу «3», снял значок полицейского и как следует отделал Магинниса, причем в соответствии с правилами науки. В результате на теле клерка не осталось никаких следов, зато дух его пострадал очень сильно, и на нем остались глубокие шрамы. В своем темном прошлом Сэм научился приемам драки без применения оружия — не обычной уличной драки и не утонченному искусству боксера, а боевому искусству, в котором человек превращается в смертельно опасную машину.
Сэм выбрал жертву после тщательного размышления. Если бы он доложил о нарушении дисциплины вышестоящему начальству, Магиннис счел бы его стукачом, стремящимся выслужиться, а строгое наказание могло бы подорвать дисциплину и даже нанести вред старшему стюарду Джиордану. А так Магиннис превратился в верного сторонника Сэма, расхваливающего его добродетели, потому что тот заставил считать себя, сумевшего победить в схватке, кем-то совершенно особым, непобедимым драчуном, у которого в каждом кулаке внезапная смерть, и вообще настоящим парнем! С этим Сэмом лучше не связываться, понеслись слухи, если хочешь, попробуй — и увидишь, чем это для тебя закончится.
Второго урока Сэму давать не пришлось.
Старший помощник механика был главой корабельной полиции и, следовательно, начальником Сэма. Они двое и составляли полицейское управление маленького города, мчавшегося в космическом пространстве. Когда старший помощник механика решил вернуться в машинное отделение вахтенным инженером и в полицию был взят третий помощник механика, Уолтер безо всяких колебаний назначил на должность старшины Сэма.
Сэм уже давно мечтал занять эту должность. У любого начальника полиции намного больше власти, чем предписано законом. Пока Сэм сохранял хорошие отношения с мистером Кайперсом, мистером Джиорданом и — в меньшей степени — с мистером Дюмоном, а также избегал демонстрировать свою власть в машинном отделении или в «беспокойной дыре», он оставался самым могущественным человеком на корабле, а по практическим вопросам даже более могущественным, чем сам первый офицер, потому что Сэм олицетворял его.
Именно такой была ситуация, когда «Асгард» совершил посадку на Планете Карсона.
На первый взгляд Планета Карсона кажется хламом, оставшимся при строительстве Вселенной. Сила тяготения на ней составляет одну с четвертью земной — слишком много для комфорта, потому что все время тебе кажется, что ты внезапно потолстел; планета холодна, как сердце ростовщика, и метановая атмосфера на ней непригодна для дыхания. В Галактике немало планет с намного лучшими условиями для проживания людей, и Планету Карсона всячески избегали бы, если бы не одно важное обстоятельство, — она была единственной промежуточной станцией на дальнейшем пути к звездам, без которой нельзя обойтись. Существует лишь одна конгруэнтность Хорста вблизи земного Солнца, и переход через нее позволяет оказаться вблизи тета Центавра, а из всех тринадцати планет этого солнца Планета Карсона все-таки выделяется тем, что естественные условия на ней менее неблагоприятны, чем на остальных.
Однако у тета Центавра уже есть полдюжины рассчитанных конгруэнтностей, что делает Планету Карсона неизбежным перекрестком для всех торговых путей Солнечного Союза.
Макс побывал в увольнении на планете только один раз, и этого оказалось вполне достаточно. Колония, окружавшая космический порт, частично расположенная на поверхности под куполами, а частично — под ней, очень напоминала лунные города и мало отличалась от нор, вырытых под всеми земными городами, но для Макса все это оказалось внове, потому что ему не приходилось бывать на Луне или в крупных городах на Терре за исключением космопорта.
Он пошел в увольнение вместе с Сэмом, одевшись в парадную форму и сгорая от любопытства. Надевать скафандр не потребовалось, потому что в космопорте каждый лайнер соединялся со зданием порта коридором, в котором поддерживалась атмосфера, пригодная для дыхания.
Оказавшись внутри здания, Сэм тут же направился вниз, на нижние уровни. Макс запротестовал:
— Сэм, не спеши, давай осмотримся.
— Осмотримся? Да здесь ничего нет, кроме отеля, дорогих магазинов и ночных клубов для богачей. Ты что, хочешь заплатить месячное жалованье за бифштекс?
— Нет, всего лишь хочу осмотреться. Я оказался на незнакомой планете и пока не увидел на ней ничего. Когда мы совершали посадку, из рубки управления мне не удалось ничего рассмотреть, а теперь я вижу только стены коридоров и станции пересадки. — Он махнул в сторону голых стен.
— А здесь ничего и нет, кроме грязного, густого, желтого тумана, который никогда не рассеивается. Хуже, чем на Венере. Но поступай, как тебе нравится. У меня здесь дела, и, если не хочешь идти со мной, делай как знаешь. Я не собираюсь мешать тебе.
Но Макс все-таки решил идти с Сэмом. Они спускались все ниже и ниже и наконец оказались в широком, хорошо освещенном коридоре, похожем на ту улицу в земном космопорте, где располагался ресторан Перси, — только здесь над головой было не синее небо, а потолок. По сторонам виднелись такие же бары, те же самые кричащие названия, целью которых было убедить посетителей расстаться с деньгами. Им попался магазин, на витрине которого красовалась неизменная надпись: «РАСПРОДАЖА ПО СЛУЧАЮ ЗАКРЫТИЯ», не снимавшаяся, по-видимому, многие годы. Были здесь и другие магазины, и в коридоре было полно людей.
— Теперь найдем спокойное местечко, где можно выпить и поговорить, — оглянулся по сторонам Сэм.
— Как тебе нравится этот бар? — Макс указал на вывеску «Уютный уголок». — Смотри, какой чистый и привлекательный.
Сэм схватил юношу за локоть и быстро потащил вперед, мимо гостеприимно приоткрытой двери.
— Отличный бар, — согласился он на ходу, — но не для нас.
— Почему?
— Ты что, не заметил, кто его посетители? Имперские морские пехотинцы.
— Ну и что? Я ничего не
