но не так сильно, как сам запах мужского тела.
— А теперь шагай чуть вперёд.
— Глаза не откроешь?
— Шагай, — настойчиво, с усмешкой повторил Дамиан. — Буквально пару шагов.
Мысленно закатив глаза, девушка покорно сделала один шаг. Потом ещё один. Почувствовала как на глазах лежит лишь одна ладонь, вторая куда-то исчезла, зато послышался тихий шорох впереди, прямо перед лицом. Потом легкий стук и странный писк, будто бы ветра.
— Начинаю опасаться твоих идей, — разумно заметила Рия, все еще ощущая его возле себя.
— Я первый раз вожу девушку на свидания, добавь немного понимания.
Боевой маг слабо улыбнулась, продолжая стоять с закрытыми глазами.
Ещё немного шума, резкий толчок вверх — и горячая ладонь перестала касаться красивого лица, опустившись и замерев где-то в области спины. Чуть дотрагиваясь до девушки сквозь тёмную плотную ткань академической формы.
— Открывай.
Рия немного поморгала, привыкая к яркому дневному свету, а после аккуратно взглянула из-под опущенных ресниц на открывшийся пейзаж.
Полные губы чуть приоткрылись, с них соскользнул частично изумлённый, восторженный вздох.
Перед девушкой раскинулись огромнейшие, просто величественные горы, утыкающиеся грубыми пиками в мрачные облака. И сейчас девушка стояла на острой тонкой верхушке одной из подобных, смотря как вокруг и вверх возвышаются остальные. Места хватало ровно для того, чтобы здесь могли находиться от силы двое. Сделав шаг поближе к краю, Рия смогла лицезреть другие, более короткие вершины, из которых подобно лавине изрывались и стекали по камням вниз толстые струи тёмной бурлящей воды.
Это и притягивало взор. Завораживало. Как по каждой огромной горе, вплоть до основания мясистыми шипящими змеями струилась влага. Отсюда не было видно земли, но боевой маг хорошо знала, что там. У подножия гор буйные волны схлестывались друг с другом, тяжелели и разливались миллиардами струй, питающих эту землю.
Даже на той самой вершине, где они стояли, сейчас слабо шипела частично сдерживаемая мощь стихии. Девушка жадным, любознательным взором оглядела извергавшуюся воду, понимая ради чего демон в данный момент придерживает поток воды на горе, ибо из-за такого напора на верхушку одной из подобных скал им было бы не ступить.
У Рии частично отнялся голос от увиденного.
— Нравится? — Заметил ее взгляд мужчина, лукаво усмехаясь. — Хотел показать тебе что-то… из лучшего. Не знаю, насколько часто ты путешествовала раньше, но предположил, что здесь-то ты точно не была.
Синие глаза взглянули на него с лёгким шоком:
— Разумеется, не была, — кашлянув от неожиданности, ошарашено прошептал мелодичный голос. — Здесь никто не был, Дамиан! Это же… это же Колыбель Разводья… Одна из четырёх святынь…
Дамиан утвердительно кивнул, посмеиваясь с её реакции.
— Мне показалось, истинному магу воды было бы лестно увидеть источник своей стихии, — самодовольно пожал плечами. — По крайней мере, теперь ты и сама почувствовала откуда твоя сила. Мы будем здесь долго. У тебя хватит времени насытиться чистой энергией и восстановиться после экзаменов.
Рия глубоко вздохнула запах искрящейся чистотой воды, влажного камня и свежести. На мгновение прикрыла веки, непроизвольно улыбаясь.
Да, вот так находиться рядом с самим божественным источником одной из стихий было невероятно. Магия струилась вместе с каждой каплей ударяемой воды, аура сливалась сейчас с телом боевого мага, напитывая, даря уникальное чувство лёгкости. И словно чуть приободряя, расслабляя. Провоцируя странные, непривычные ощущения. Стихия словно маленькая морская выдра, сейчас пытливо и забавно наблюдала большими тёмные глазами за своим дитем, что пыталась совладать с эмоциями и попробовать насытиться каждой каплей магии. Рия никогда себя так хорошо ещё не чувствовала. Здесь она была своей.
В какой-то момент она очнулась. Резко распахнула глаза, словно прогоняя дурман. И повернулась к демону.
Тот продолжал стоять полубоком, чуть сзади, внимательно, чуть меланхолично, не без лёгкой доброй усмешки разглядывая её. Словно улавливал, наблюдал за каждой живой эмоцией.
— Понравилось?
— Очень, — честно ответила Рия, благодарно улыбаясь в ответ, снова оглядывая окрестности. — Спасибо. Это что-то потрясающее.
У неё сейчас была такая улыбка… Очаровательная, искренняя. От которой лицо словно преобразилось, стерев привычную ледяную невозмутимость и добавив чарующей непосредственности. Алеминрия была очень красива, самая красивая девушка из всех, что Дамиану когда-либо доводилось видеть или трогать. И сейчас он любовался не пейзажем, только ей, восхищённо рассматривающей Колыбель Разводья.
Прежде чем мужчина что-то ответил, она внезапно чуть напряглась:
— Подожди-ка. Разве нам можно тут находиться? Вроде же нельзя.
— Нельзя, — согласился Дамиан. — Но мы тут.
— А как мы прошли через временную завесу? — Поинтересовалась у него девушка, задумываясь. — А охрана? Защитные щиты? Сюда ведь почти невозможно попасть, власти государств пактом утверждали и формировали контур, чтобы даже демоны не могли про…
— Минри, в этом мире мало вещей, которых я не могу, — спокойно прервал её размышления наследник Дархэнаатра. — Даже не сомневайся, их реально почти нет.
Она всё ещё улыбалась.
— Твоё самомнение…
— Разве я не прав? — Одна бровь чуть изогнулась. Мужчина медленно сделал к ней крошечный шаг. После ещё один. И ещё. — Когда я говорю, что исполню любое твоё желание, что сделаю все, абсолютно всё, что пожелаешь — я ничуть не преуменьшаю, Минри. Я действительно для тебя сделаю всё. Что захочешь.
Рия расслабленно, с некой безмятежной усмешкой наблюдала как он приближается.
— Я люблю тебя, — тихо ответил Дамиан, не разрывая их пристальный зрительный контакт. — Терпеть не могу это слова. Не верю, что сам говорю их. Всю жизнь отнекивающийся тем, что мне нельзя разбить сердце и нельзя подчинить, сейчас признаюсь, что да, Минри, хоть приказывай — я по-настоящему тебя люблю. С ума схожу, когда не могу увидеть, бешусь, когда на тебя кто-то слишком долго смотрит. И не могу думать ни о чем, кроме того, как бы к тебе снова прикоснуться.
Алеминрия мысленно вздрогнула. В голове болезненно зазвенела, застонала лишь одна предсказуемая фраза.
Она не хотела этого.
Не хотела слышать, не хотела видеть, как становится той, кто дороже целого мира. Она не верила, никогда не слушала признания. Даже когда сама хотела открыться. В какой-то момент становилось до боли смешно и глупо. Слушаешь о чьих-то чувствах, а хочешь пожелать лишь одно. Пусть это будет то, о чем ты действительно думаешь.
— Но мне нужно, чтобы ты была рядом, — он не знал её мыслей, продолжал. Мужской баритон стал чуть тяжелее, вкрадчивее. — Хочу, чтобы ты приняла меня. Осталась со мной, слышишь, Минри?
Брюнетка легко качнула головой:
— Опять старая песня? Как же ты торопишься, Дамиан.
— Да, опять, — нетерпеливо ответил наследник Дархэнаатра, привлекая её к себе за талию, оставляя свои руки на женственном изгибе тела. — Я могу продолжать ухаживать за тобой и
