Прямой намек, но не грубый. А еще интонация, которая многое говорит внимательному слушателю. Карнаухий прямо заявлял, что хочет определенную долю пирога, но готов о ней и договориться, чтобы она оказалась устраивающей обе стороны.
— Уже подумал. Ты, Ратмир, одним участием в недавней битвемногое приобрел. Но престол один и он в Киеве. А раздергивать Русь на малые княжества — пусть в пропасть. Зато посмотри на тех же ромеев. Я их сильно не люблю, но учиться у них многому стоит. Например, что они не просто так, а империя…
— И что с того?
— На престоле — один. Около престола и с большой значимостью могут быть несколько. Да и командование войском никто не отменял, равно как и действительно значимые наместничества. Для Тайной Стражи, уж прости, у тебя суть не та.
— Вот ты куда завернул, Мрачный, — хмыкнул ярл, крепко призадумавшись. — Ну а если у меня или у Ставра Осторожного со Снорри Вещим на большее потянет.
Если собеседник думал меня смутить или озадачить подобными словами то сильно ошибся. К подобным разговорам я давно был готов. Следовательно, успел и аргументы приготовить в солидном количестве и весомом качестве.
— Любое стремление можно на пользу обернуть. Вокруг Руси много земель. Чем, например, плоха Волжская Булгария? Да и Польша вполне выдержит отрывание от нее куска земель. Или приморские земли, где жмудь обитает… Понимаешь, варяг?
— Разумом боги не обидели. Вот оно как, — вновь повторил уже звучавшие слова Карнаухий. — Зачем делиться одним если можно помочь взять другое. Убедил, Хальфдан. Я выберу, что покажется более интересным. Но с тебя клятва перед богами.
— Считай, что она у тебя есть. Клянусь именем Локи, а свидетелями пусть будут все прочие боги Асгарда. Но и ты…
— Хорс всегда видит происходящее на земле ясным днем. Видит и нас… Под лучами солнца клянусь в том, что поддержу тебя в праве на престол Киева.
Вскоре после прозвучавших клятв Ратмир в парой своих хирдманов удалился, вновь оставив меня наедине с небом и уже изрядно подпорченным отдыхом. Зато результат был. Поддержка Карнаухого многого стоит. Да и свидетели клятвы есть: его хирдманы числом двое, да мои охранники, сейчас притворяющиеся безмолвными статуями, но все видящие. Слышащие и запоминающие.
Хорошо… Снова лежу, смотря в небо, и думаю над полезным приобретением. Имея однозначную поддержку не только Рогнеды Полоцкой, но и Ратмира Карнаухого, можно и остальных значимых персон без лишних проблем убедить. Кстати, для Богумила Соловья тоже есть очень вкусная и радующая его душу «морковка». Остается лишь дождаться подходящего момента ну и… ловить.
Мда, но в долги я по любому влезаю, от этого никуда не деться. Есть клятва перед сестричками, Софьей и Еленой, насчет помощи в их мести. Теперь вот Ратмир, который наверняка нацелится не на медвежий угол, а на что-то более аппетитное. Но и это для меня не вредно, а напротив. весьма даже полезно. Если государство сильно, то ему не повредит наличие поблизости таких вассальных буферов, они же сателлиты. Не полностью независимые, связанные сотнями крепких нитей с метрополией, проводящие подчиненную ее интересам внешнюю политику… И вместе с тем сидящий на таком вот своеобразном троне может чувствовать себя вполне довольным жизнью. Что ж, здравствуй, еще одна уловка родом из будущего! Скоро я буду тебя использовать.
* * *
Оставшееся до прибытия в окрестности Киева время было использовано… не столь насыщенно, как при разговоре с Ратмиром, но и не впустую. Войско шло, конное охранение нарезало замысловатые траектории вокруг, н, к моей радости, никаких отрядов противника не наблюдалось. Ну а мне в кругу близких людей только и оставалось, что мешать дело с отдыхом. Задушевные разговоры с Роксаной, более приближенные к делам при появлении Магнуса с Эриком. Да это, признаться, была скорее их инициатива. Слишком уж пылали энтузиазмом насчет грядущей осады Киева и завершения не длительной по времени, но слишком уж напряженной даже не войны, а скорее смуты внутри Руси.
Что же до Рогнеды, нервничающей по поводу находящихся в Киеве детей, то ее приходилось то успокаивать самому, то» сдавать на руки» либо Змейке, либо вездесущим сестричкам, Софье с Еленой. Они, хитрые бестии, появились как-то сами собой, без приглашения. Просто на первой же ночевке появились возле костра, где я расположился со своим ближним кругом, А появившись, скорчили умильные гримаски и заявили, что не могли не появиться в преддверии столь важного и значимого события. Ну вот что с ними было делать? Женское очарование — воистину страшное оружие! Плюс и польза от них бывала, да не так чтобы редко.
Переход и ночевка в укрепленном лагере. Затем то же самое… Но к исходу третьего дня мы все таки вышли к Киеву. И сразу же войско стало разворачиваться из походного в боевой порядок. Блокировать обширный город, столицы Руси, мы пока точно не собирались, но вот обозначить свое присутствие и количество следовало. Именно поэтому укрепленный лагерь и разбивался в относительной близости от главных ворот Киева. Тех самых, которые впоследствии назовут Софийскими, а сейчас носящие название Градские.
Видно было, что город оказался подготовлен к обороне. Закрытые ворота, воины на стенах, отсутствие людей за пределами крепостных стен… Ну и прочие признаки, куда менее заметные, но тоже немаловажные.
Мы видели их, они заметили нас. Началась деловитая суета, большая часть которой была для нас незаметной. Нет уж, такого удовольствия как скорый штурм они от нас не дождутся. А вот если сами захотят выйти силами помериться — это со всем нашим удовольствием. Так ведь не доставят, увы и ах. В самом удачном случае попробуют прощупать оборону лагеря небольшими ночными вылазками.
Спустя час, когда минимальные укрепления вокруг лагеря уже были готовы, я собрал всю верхушку войска на важный разговор. Не на воздухе, а в разбитом шатре. Все, как и полагалось в таких случаях: охрана вокруг из проверенно-перепроверенных, затем пустое пространство. Самые надежные меры против любителей пошпионить.
Собрались все, начиная с моих побратимов и заканчивая жрецом Радагастом, неформальным лидеров воинов храмов. И именно сейчас, именно перед ними мне предстояло изложить план действий. Облегчало задачу то, что побратимы и до этого выдвижения к Киеву догадывались. А остальным Ратмир успел намекнуть после нашего с ним разговора. Следовательно…
— Ну что ж, варяги, братья по оружию и по крови. Вот мы и у стен Киева, стольного града. Не так давно никто из нас и помыслить о подобном не мог Но… — сделал я небольшую паузу. — Нашей вины в этом нет, то всем известно. А смуту пора заканчивать, для силы Руси она не полезна. Только заканчивать на наших условиях, главное из которых — отречение от власти Владимира Святославовича и его изгнание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
