Нетерпеливо отстранив женщин, Хуанна стала расспрашивать мужчин, не слыхали ли они чего-либо о ее отце. Но те отвечали отрицательно. Некоторые из них отправились вверх по реке на его поиски в тот же самый день, когда Хуанна была захвачена в плен, но до сих пор еще не вернулись.
Освобожденные пленники восторженно рассказали историю взятия и разрушения лагеря работорговцев. Оттер, видя удобный случай воспеть славу своего господина, метался взад и вперед среди толпы, потрясая копьем и распевая по зулусскому обычаю хвалебный гимн Леонарду.
— Слушайте! — говорил он. — Слушайте! Смотри на него, народ, и удивляйся!
Воздайте хвалу тому, кто сокрушил силу угнетателя!
Воздайте хвалу ему, освободителю Хуанны, которую он увел из дома злодея!
Воздайте ему хвалу, дети Мэвума, в его руках жизнь и смерть!
Никогда еще о таких подвигах не было слышно в этой земле!
Воздайте хвалу избавителю, возвратившему вам ваших детей!
— Да, воздайте ему хвалу! — сказала стоявшая подле Хуанна. — Воздайте ему хвалу, дети моего отца, так как без него никто из вас не увидел бы дневного света!
Как раз в это время появился на сцену и Леонард, слышавший слова Хуанны. Все поселенцы бросились к нему с криками, другие туземцы присоединились к ним.
— Хвала тебе! — кричали они. — Хвала тебе, избавитель!
И с этого дня Леонард стал известен у туземцев под именем Избавитель.
Вечером, когда Леонард, Хуанна и Франциско сидели за обедом в доме Мэвума, с беспокойством рассуждая о его судьбе и удивляясь, отчего о нем нет до сих пор никаких известий, они услышали шум во дворе.
В комнату вбежал Оттер с криком: «Мэвум приехал!»
Все выбежали во двор, где шесть человек держали носилки, на которых лежал мужчина, покрытый одеялами.
— О! Он умер! — крикнула Хуанна, прижимая руки к сердцу.
Леонард сначала думал, что она права, но с носилок послышался слабый голос, просивший туземцев нести его осторожнее, и Хуанна бросилась вперед с криком:
— Папа! Папа!
Носильщики внесли мистера Родда в дом и поставили носилки на пол. Леонард увидел перед собой красивого мужчину лет пятидесяти, несомненно близкого к смерти.
— Хуанна, — с трудом произнес мистер Родд, — это ты? Значит, ты спасена? Теперь я могу умереть спокойно!
Мы не будем передавать всех подробностей бессвязного разговора между отцом и дочерью.
По-видимому, мистера Родда постигла неудача в его поисках слоновой кости в намеченном им месте. Не желая, однако, возвращаться с пустыми руками, он решился подняться дальше вверх по реке, но и тут его преследовали неудачи. Уже возвращаясь домой, он встретил людей, посланных Соа, и услышал от них о похищении его дочери Перейрой.
Известие он получил ночью, было слишком темно для продолжения пути, но под влиянием винных паров он решился тотчас же отправиться на поиски дочери, несмотря на темноту. Напрасно его люди указывали на опасность путешествия ночью. Он не обратил на их слова никакого внимания и тронулся в путь. Однако путешествие продолжалось недолго: вскоре люди услышали проклятие и шум, вслед за которыми их господин исчез, и они не могли найти его до самого рассвета. Тогда только они увидели, что находятся на краю небольшой, но крутой скалы, и у подножия ее лежит Мэвум, без чувств, с тремя ранами и со сломанной правой ногой.
Несколько дней они ухаживали за ним там же, пока наконец он не приказал им отнести его домой на носилках.
Франциско осмотрел раны мистера Родда и нашел их смертельными.
На следующее утро умирающий послал за Леонардом. Войдя в комнату, Леонард нашел его лежащим на полу, голова его покоилась на коленях у дочери, а патер Франциско молился подле него.
— Мистер Атрем, — сказал умирающий, — я узнал всю историю взятия лагеря и освобождения вами моей дочери. Это было самое смелое дело, о котором я когда-либо слышал, и только сожалею, что меня не было там в это время!
— Не говорите об этом, — сказал Леонард. — Быть может, вы слышали также, что я сделал это из известного расчета!
— Да, мне говорили об этом, но вас порицать тут не за что. Если бы только эта старая дура Соа посвятила меня в тайну этих рубинов, я сам давно бы отправился в поиски за ними. Ну, по крайней мере, я надеюсь, что вам удастся добыть их. Но у меня нет времени говорить о рубинах, так как смерть уже витает надо мной. Теперь слушайте, что я вам скажу. Я нахожусь в безнадежном состоянии и беспокоюсь не за себя, конечно, — не велика важность, если свет избавится от такого бесполезного человека, как я, — а за свою дочь. Что станет с ней? Я не оставляю ей ни цента. Эти проклятые работорговцы отняли у меня все. Мне остается только поручить дочь вашему попечению. Я слышал, что вы проделали брачную церемонию там, в лагере работорговцев, и не знаю, какие отношения установятся между вами после моей смерти. Но что бы ни случилось, я полагаюсь на вашу честь и могу доверить свою дочь только вам. Дайте мне слово, что вы будете заботиться о ней, а если бы ей угрожало самое худшее, что может случиться, то у нее есть яд для защиты самой себя. Ну, что вы скажете?
Леонард задумался, а умирающий с беспокойством следил за ним.
— Я беру на себя очень тяжелую ответственность, — наконец произнес он, — но пусть будет так. Я буду заботиться о ней так, как если бы она была моей женой или дочерью!
— Благодарю вас! — сказал мистер Родд. — Я верю вам!
В тот же вечер мистер Родд скончался, и на другой день состоялись его похороны, причем Франциско совершал погребение.
Прошло три дня. Леонард не начинал разговора с Хуанной относительно продолжения путешествия, решив и не заикаться об этом, пока она сама не заговорит.
Наконец Хуанна обратилась к нему:
— Мистер Атрем, когда вы предполагаете отправиться в путь?
— Право, не знаю. Я не уверен, что когда-либо отправлюсь. Это зависит от вас. Вы знаете, что я отвечаю за вас, и моя совесть не позволяет мне вовлекать вас в такие похождения.
— Пожалуйста, не продолжайте, — ответила она. — Я должна вам сказать, что сама решила отправиться туда!
— Однако вы без меня не можете отправиться! — сказал он с улыбкой.
— Неправда, — смело возразила Хуанна, — я могу отправиться и одна, и Соа будет указывать мне дорогу. Это вы не можете идти без меня, если только Соа говорит правду. Плохо или хорошо, но мы пока действовали вместе, мистер Атрем, и ни к чему теперь пытаться идти разными дорогами.
XVI. Соа предупреждает об опасности
Прошло три месяца с того дня, когда Хуанна объявила о своем непоколебимом решении сопровождать Леонарда в его путешествии за сокровищами людей тумана.
