Видя, что от этих людей больше ничего нельзя добиться, Леонард отпустил их. Затем он приказал поселенцам готовиться к выступлению. Но здесь возникло новое затруднение. Переводчик повторил рассказ бушменов своим товарищам, и носильщики, вместо того чтобы складывать вещи путешественников, после короткого совещания в полном составе подошли к Леонарду.
— В чем дело, Питер? — спросил он вожака.
— Избавитель, мы не хотим идти туда на верную смерть. Правда, и назад трудновато идти, но все же лучше, так как хотя бы немногие из нас смогут тогда вернуться живыми к своим хижинам; а если мы пойдем туда, — указал он на скалистую стену, — то все наверное умрем, принесенные в жертву дьяволу или Змею!
Леонард задумчиво пощипал свою бороду и наконец сказал:
— В таком случае, Питер, мне кажется, ничего более не остается сказать, кроме — прощайте!
Питер поклонился и пошел прочь со сконфуженным лицом. Хуанна остановила его. Вместе с Оттером и другими она молча слушала разговор и теперь впервые заговорила.
— Питер, — кротко сказала она, — когда ты и твои товарищи были в руках Желтого Дьявола, кто освободил вас?
— Избавитель.
— Так. А теперь, должно быть, мои уши обманывают меня, или я действительно слышала, что ты и твои братья, со мной вместе спасенные Избавителем от позора и лишений, хотите покинуть его в минуту опасности?
— Ты слышала верно! — сказал печально Питер.
— Хорошо. Идите, дети Мэвума, моего отца, покиньте меня в нужде, но знайте, что я, белая женщина, пойду одна с Избавителем туда, куда вы боитесь ступить. Идите, дети моего отца, и пусть мир будет с вами, если это возможно. Как вы знаете, я верно предсказала гибель Желтого Дьявола; теперь я предскажу вам, что немногие из вас увидят снова свои краали и ты, Питер, не будешь в числе их. Те же, которые целы и невредимы вернутся домой, будут покрыты позором!
Поселенцы призадумались и затем дружно заявили, что пойдут за Хуанной хоть на край света.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
В стране тумана
XVII. На той стороне
Через час путешественники начали восхождение на скалистую стену, оказавшееся на самом деле еще более трудным, чем они предполагали. Дорог не было никаких, ибо люди, жившие за скалистой стеной, никогда не выходили на равнину, а немногие жители равнин почти никогда не отваживались подниматься по ее отвесам. За неимением других дорог путешественники продвигались вдоль реки. Восхождение оказалось настолько трудным, что Леонард хотел уже бросить попытку взойти на скалистую стену и, следуя вдоль ее подошвы, постараться найти какую-либо иную дорогу, но Оттер, с ловкостью кошки взбиравшийся по отвесным скалам, с помощью веревки помог преодолеть наиболее опасные места, и поздно вечером путешественники наконец оказались на вершине стены. Ночь они провели, страдая от холода и ветра, пронизывавшего их до костей. Утром вся равнина была покрыта туманом, который не исчез и к девяти часам, вследствие чего они решились продолжать свое путешествие под руководством Соа, следуя к северу по восточному берегу реки.
Целый день шли они, блуждая в тумане, как привидения, руководствуясь лишь глухим журчанием реки. Ни одно живое существо не попалось им навстречу, за исключением большого стада быков с прекрасной белой шерстью. Один из этих быков был убит Леонардом, ибо их пищевые запасы истощились.
Близилась ночь, и путешественники решили остановиться на ночлег. Во время заката солнца небо несколько прояснилось — по крайней мере, красный диск солнца стал виден сквозь туман, и они внезапно заметили гигантскую фигуру человека, одетого в козью шкуру, с большим копьем в руке и с висевшим на бедре луком. Хуанна первая заметила его и с ужасом указала Леонарду на молча наблюдавшего за ними гиганта. Леонард, держа наготове ружье, бросился к тому месту, где стоял неизвестный, но тот исчез в тумане. Не успел Леонард вернуться к Хуанне, как в воздухе что-то просвистело и ударилось о землю вблизи него; нагнувшись, Леонард увидел большую стрелу с зазубренным острием и красными перьями на конце. Подняв ружье, он сделал выстрел в том направлении, откуда была послана стрела, и приказал своему маленькому отряду приготовиться к защите, но больше никто не появлялся. Ночь путешественники провели без сна, ожидая нападения и дрожа от холода; в довершение всех несчастий пошел крупный град. Настроение их еще более ухудшилось, так как они увидели, что Соа говорила правду и что рассказы бушменов о великанах, покрытых шкурами, — не преувеличенные выдумки дикарей.
Наконец наступило утро, пасмурное и туманное. Путешественники были едва живы от холода. Некоторые из носильщиков были так напуганы, что громко ворчали и думали было вернуться, но теперь никто из них не осмелился бы сделать и шага назад; кроме того, Леонард объявил им, что предаст смерти каждого, кто окажет ему малейшее неповиновение.
Промокшие до нитки, голодные и дрожащие от холода, они продолжали свой путь по неизвестной стране. Соа с каждым часом становилась все злее и с горделивым видом выступала впереди. Целый день шли путешественники, не встретив ни одного человека; наконец надвигавшийся мрак заставил их остановиться. Леонард и Оттер пошли разыскивать подходящее место для ночлега, где бы они могли раскинуть единственную имевшуюся у них палатку для Хуанны. Вдруг Оттер, издав громкий крик удивления, указал Леонарду на что-то видневшееся ярдах в ста перед ними.
— Смотри, баас, там дом, каменный дом, а на крыше растет трава!
— Глупости, — сказал Леонард, — просто куча камней. Впрочем, пойдем посмотрим!
Осторожно подойдя, они увидели, что это был действительно дом или подобие его, построенный из громадных необработанных камней, покрытый стволами маленьких деревьев, а сверху — зеленым дерном. В нем были два оконных и одно дверное отверстие, завешанные бычьими шкурами. Леонард позвал Соа и спросил у нее, что это такое.
— Это, без сомнения, дом пастуха, стерегущего стада короля или жрецов. Очень может быть, что здесь живет тот самый человек, который пустил вчера стрелу!
Убедившись, что внутри постройки никого не было, путешественники вошли в нее. Стены из нетесаных камней, покрытые плесенью, земляной пол и убогая обстановка жилища дикаря имели в себе мало привлекательного, однако путешественники обрадовались возможности провести ночь под крышей. Бесчисленные насекомые беспокоили их, но все это были пустяки в сравнении с неудобствами предыдущих дней.
Прошла и эта тяжелая ночь, и наконец настало утро. Туман рассеялся, и они могли ясно разглядеть местность. Они находились на громадной равнине, мало-помалу возвышавшейся и оканчивавшейся у подножия величественной цепи гор со снежными вершинами. Внизу склоны гор были покрыты лесами.
