она, вернувшись к столам. – Там улик нет. Все перед вами.
– Как это – все? – повысил голос Гарсия. – Отсутствуют ключевые элементы!
Кори совсем растерялась. С пылающими щеками она посмотрела на начальника:
– Я не знаю, где они, сэр.
– Не знаете?! – повторил Гарсия, сверля ее взглядом.
Кори готова была провалиться сквозь землю. Столько тяжелого труда, столько опасностей, разоблаченный заговор, клад…
Неожиданно дверь у нее за спиной тихонько приоткрылась, и медовый голос надменно произнес:
– Могу я поинтересоваться, когда был приготовлен этот кофе?
Чувствуя себя будто во сне, Кори обернулась и увидела знакомую высокую фигуру в строгом, но прекрасно сшитом черном костюме. Серебристые глаза, бледное точеное лицо…
– Кто вы такой? – требовательно спросил Гарсия.
– Специальный агент Пендергаст, – ответил гость, не подойдя, а прямо-таки скользнув в сторону старшего агента и протягивая ему руку. – Очень приятно познакомиться.
Гарсия ошеломленно уставился на него.
– Пендергаст? – повторил он, машинально пожимая протянутую руку. – Тот самый агент Пендергаст?
– Полагаю, что именно тот самый. – Пендергаст повернулся к остальным. – Здравствуйте, Кори. Нора, и вы здесь!
– Для нас это… такая неожиданность… – запинаясь, проговорил Гарсия. – Что… э-э… привело вас в Альбукерке, агент Пендергаст?
– Дело, которым занимается моя протеже, агент Свенсон, показалось мне довольно интересным. Простите, что позаимствовал кое-что из ваших улик. Я с удовольствием оценил ее достижения. Кроме того, меня заинтриговали белые пятна, правда немногочисленные, оставшиеся в этом деле.
– Ваша протеже? – переспросил Гарсия.
– Строго говоря, теперь она протеже агента Морвуда. Однако у меня возникли кое-какие соображения. Не желаете ли послушать?
– Да, разумеется.
– Будьте так добры, следуйте за мной. Я временно занял одно свободное помещение.
Все еще ошарашенная Кори последовала за остальными. Двигаясь с грацией кошки, Пендергаст привел их в каморку, где раньше, похоже, располагался чулан. Теперь все свободное место занимал стол, а на нем лежали исчезнувшие документы.
– Я ознакомился с делом, – с холодной улыбкой произнес Пендергаст. – Поэтому вводную часть можно пропустить. Полагаю, все присутствующие согласны с тем, что Фонтейн и его группировка искали не сокровища пика Викторио. Но что бы их ни интересовало, это загадочное нечто должно представлять огромную ценность – столь огромную, что ради такого куша стоило покуситься на жизнь блюстителя правопорядка, в чем вы, шериф Уоттс, убедились лично, когда застали Риверса в подвале этого здания.
Пендергаст указал тонким пальцем на старую карту:
– Предположение, будто здесь находился дом терпимости, не соответствует истине. В здании располагался всего лишь безобидный дом с меблированными комнатами и салуном на первом этаже. Как видите, на плане в некоторых местах написаны имена разных людей. Это почерк Фонтейна. Ему важно было знать, кто именно проживал в каждой из комнат. Судя по документам, его интересовал один конкретный человек, некий Хьюстон Смит.
Пендергаст пододвинул план к остальным:
– Вот его имя. Он остановился в этой маленькой комнате.
Все стали читать имя, небрежным почерком написанное на схеме.
Пендергаст выпрямился:
– Так кто же такой этот Хьюстон Смит? Ответ вполне предсказуем: он шахтер. А вот список работников горнодобывающей компании. Как видите, многие из них служили в Четвертом кавалерийском полку, расквартированном под Сокорро. Этот полк известен тем, что именно он преследовал и взял в плен Джеронимо, вождя и командира апачей. После его поимки Четвертый кавалерийский полк был распущен. Несколько человек нашли работу в Хай-Лонсаме: незадолго до этого там обнаружили золото, и добыча велась все более активно.
Кори слушала, гадая, к чему ведет Пендергаст. Она вспомнила, что Фонтейн рассказывал примерно то же самое, когда Уоттс в первый раз показывал ей город-призрак.
Пендергаст выдвинул вперед еще один документ:
– Вот свидетельство об увольнении с военной службы, выданное на имя Смита. Он был лейтенантом в Четвертом кавалерийском полку и являлся правой рукой командира, капитана Генри Уэра Лоутона. Лейтенант Смит сыграл решающую роль в пленении Джеронимо. Впрочем, в плен его, строго говоря, никто не брал: вождя обманом вынудили сдаться добровольно.
Теперь Пендергаст вытащил фотографию:
– На этом знаменитом снимке запечатлен Джеронимо со своими воинами, когда они пришли «сдаваться». Заметьте, все вооружены до зубов. Апачи давно отказались от луков и стрел в пользу новейшего смертоносного оружия – винтовок.
Тонкие пальцы Пендергаста потянулись к другому документу.
– А вот свидетельство о смерти Смита. Как видите, он оказался среди несчастных, которых засыпало в шахте. Тело так и не достали. А это документ, которому всего лишь около десяти лет, – продолжил Пендергаст. – В нем отражен ход торгов по аукциону. Винтовка «винчестер» модели тысяча восемьсот восемьдесят шестого года, принадлежавшая капитану Лоутону, была продана за миллион двести тысяч долларов – для тех времен это была самая высокая цена за оружие. Странно, что этот документ оказался среди бумаг Фонтейна. А впрочем, не так уж и странно.
Пендергаст обвел взглядом собравшихся:
– Все это наводит на мысль, не правда ли? Становится очевидно, что именно искала банда Фонтейна.
Кори молчала. Она не находила в этом деле ничего очевидного. Сумбурный набор фактов никак не складывался в единую версию.
В ответ на тишину, которая встретила заявление Пендергаста, на его лице появилась улыбка.
– Агент Пендергаст, – сказал Морвуд, – будьте так любезны, объясните подробнее, какую именно связь вы обнаружили между фактами, которые только что перечислили.
Брови Пендергаста взлетели вверх в притворном удивлении.
– Разве я недостаточно подробно объяснил?
– Среди нас есть те, кто не обладает вашей удивительной проницательностью, – сухо произнес Морвуд.
Кори почувствовала, что Пендергаст от души наслаждается происходящим.
– Ну хорошо. Что первым делом происходит с вооруженным человеком, когда тот сдается врагу?
– У него забирают оружие, – выпалила Кори. Внезапно части головоломки начали складываться в общую картину. – Значит, Лоутон конфисковал у Джеронимо винтовку, а потом… Допустим, он отдал ее Смиту в качестве награды. Вы ведь упоминали, что лейтенант Смит сыграл важную роль в поимке вождя. А когда полк распустили, Смит взял винтовку с собой в Хай-Лонсам. Он бы никому не доверил такой ценный трофей. Но позже Смит погиб под завалами.
– И конечно, он не стал бы спускаться в шахту с винтовкой, – подхватила Нора.
Кори кивнула:
– А значит, можно предположить, что она до сих пор в Хай-Лонсаме.
– Брава[29], агент Свенсон! – воскликнул Пендергаст, хлопнув в ладони. – Если за винтовку Лоутона удалось выручить миллион двести тысяч долларов, представьте, во сколько оценили бы винтовку Джеронимо. – Он указал на план дома с меблированными комнатами, в котором жил Смит. – Наверняка Смит держал трофей при себе. А значит, винтовка где-то в развалинах. Давайте съездим в Хай-Лонсам и поищем ее.
Пендергаст выдержал паузу.
– Предлагаю взять с собой адвоката Чарльза Фонтейна. По законам психологии подобный стимул
