наверняка развяжет ему язык.
62
Нора Келли не испытывала ни малейшего желания участвовать в поисках, впрочем ее никто не просил. Да и Пендергаст явно не желал пачкать свой безупречный костюм. В результате они стояли вдвоем, наблюдая, как группа ФБР по сбору улик под руководством Кори и Морвуда обыскивает разрушенное здание дома с меблированными комнатами, того самого, в подвале которого обнаружили тело Джеймса Гоуэра. Несколько членов группы обследовали здание и прилегающую территорию при помощи металлодетекторов. Осенний день выдался на удивление погожим, воздух был свеж и прохладен, город-призрак купался в золотистых солнечных лучах. К предложению Пендергаста прислушались, поэтому рядом с ними стоял скованный по рукам и ногам Чарльз Фонтейн. Адвокат по-прежнему хранил молчание.
– Нора, расскажите, что случилось после того, как генерал сбежал в пустыню, – попросил Пендергаст. – Хотелось бы узнать подробности.
– Моряки с базы отвезли нас в штаб-квартиру ФБР, и там нас выслушали. А потом, слава богу, отпустили.
– Насколько я понял, по иронии судьбы алчный поступок вашего брата оказался гениальным ходом.
Нора улыбнулась:
– Скорее счастливым случаем.
– А что стало с генералом?
– Его тело было найдено на следующий день. Он выстрелил себе в голову. Остальных солдат поймали, когда они на двух грузовиках пытались вывезти сокровища с территории базы. Все драгоценности забрали. Они представляют огромную историческую ценность, поэтому нам предстоит изучать их еще много лет.
Пендергаст покачал головой:
– «В наше время все поклоняются золоту, оно одно внушает благоговение». Так сказал один древнеримский поэт эпохи Августа[30]. Да, со времен Римской империи ничего не изменилось. – Пендергаст повернулся к Фонтейну. – Не правда ли?
Адвокат молчал.
– Весьма хитроумная схема, – продолжил Пендергаст. – Вы и группа ваших единомышленников – обеспеченных, уважаемых людей – обладали достаточными знаниями и ресурсами, чтобы исследовать развалины и исторические места, где есть вероятность обнаружить дорогостоящие артефакты. Подготовка проводилась со всей тщательностью. А затем вы наносили точечный удар: ночью приезжали на джипах или даже прилетали на вертолетах, разграбляли исторический памятник и скрывались с добычей. Обычно вы работали достаточно осторожно, чтобы место выглядело нетронутым… нетронутым, но совершенно опустошенным. Ну а когда замаскировать следы не получалось, вы разносили исторический памятник в пух и прах, чтобы выдать ловкую кражу за акт бездумного вандализма. Затем вы продавали свои находки на черном рынке узкому кругу олигархов, шейхов и миллиардеров, которые коллекционируют соответствующие артефакты.
– Для агента ФБР у вас на удивление богатая фантазия, – наконец нарушил молчание Фонтейн.
– К сожалению, с течением времени таких мест, которые можно найти только с помощью научных исследований, становилось все меньше. И тогда вы опустились до мелких грязных делишек: платили за наводки, не выдавая себя, а иногда даже покупали предметы сомнительной ценности у людей вроде Джесси Гоуэра.
– Только попробуйте повесить его убийство на меня, – бросил Фонтейн.
– И в мыслях не было! Вы ведь не имеете к нему никакого отношения. Джесси Гоуэр погиб от рук пособников генерала. Макгурк приказал взломать телефон агента Свенсон при помощи суперсовременных, строго засекреченных военных технологий, и у генерала сложилось впечатление, что недостающая часть головоломки находится именно у Гоуэра. Однако во время допроса люди Макгурка перестарались. Конечно, ситуация парадоксальная: казалось бы, в подобной ситуации очевидные подозреваемые – банда вроде вашей. Однако вы сотрудничали не с Гоуэром, а с Пиком Риверсом. Полагаю, вы передавали ему задания через посредника и использовали его, чтобы он совершал разведывательные вылазки в места, намеченные вами для новых проектов, – проектов, от которых вы чувствовали себя изолированным, что давало вам возможность в случае чего все отрицать. Неудивительно, что в последнее время у Риверса начали водиться деньги. Но однажды его застиг на месте преступления шериф Уоттс. Риверс запаниковал и схватился за пистолет. Разумеется, он вас не выдал, ведь Риверс понимал, что тогда его жизнь не будет стоить и ломаного гроша. Однако ваш сообщник, называющий себя Беллингеймом, рассудил, что оставлять Риверса в живых слишком рискованно. Еще одно лишнее доказательство того, какие большие деньги были поставлены на кон.
Фонтейн чуть улыбнулся, но не ответил.
– Как вы думаете, найдут винтовку? – спросила Нора. – Если, конечно, она здесь. Что, если ее давным-давно кто-то забрал?
– Ах, Нора, ваш скептический тон меня больно ранит. Нет никаких сомнений в том, что здесь спрятана именно винтовка Джеронимо.
– Тогда кому она будет принадлежать?
– Интересный вопрос. Сначала она послужит доказательством в уголовном процессе, а после этого ее, полагаю, должны передать наследнику Джеронимо, если таковой существует. И этот наследник неожиданно для себя станет очень богатым человеком.
Нора невольно улыбнулась:
– Ну, один наследник у Джеронимо точно есть, и я даже знаю кто.
Пендергаст кивнул в сторону группы по сбору улик:
– Но сумеют ли они отыскать винтовку – другой вопрос. Наверняка она очень надежно спрятана. – Пендергаст помолчал, наблюдая за ходом поисков. – Если бы мы играли в детскую игру, сейчас я сказал бы «горячо!».
Нора с любопытством взглянула на Пендергаста:
– Хотите сказать, что знаете, где винтовка?
– Догадываюсь.
– Да ведь вы здесь впервые!
– Ну и при чем тут это, скажите на милость?
Нора немного помолчала.
– Хорошо, я сдаюсь. Где она?
– Нет, Нора, первый вопрос должен быть другим: где ее нет? Комната Смита исключается: он целый день работал в шахте и оставлять винтовку без присмотра было бы небезопасно. В салуне ее прятать тоже рискованно: там слишком людно. Это же касается и кухни. Устраивать тайник где-то в городе было бы весьма рискованно. Окружающие холмы тоже отпадают: жители Хай-Лонсама заметили бы, как он поднимается туда, и задались бы вопросом, что он там делает. Не говоря уже о том, что хранить оружие под открытым небом, где оно подвергается воздействию стихий, неразумно. Остается лишь одно место – подвал.
– Но его обыскали сверху донизу! Сначала я, потом Хаки, а после него еще двое сотрудников ФБР.
– Да, бедняга Хаки. – Пендергаст снова взглянул на Фонтейна. – Полагаю, скинуть его в колодец была ваша задача. Вы не могли допустить, чтобы человек – особенно специалист по поиску улик – рыскал по городу-призраку и случайно отыскал вашу драгоценную винтовку.
Фонтейн промолчал, и Пендергаст повернулся к Норе:
– Как бы то ни было, тот факт, что подвал был тщательно осмотрен, очень мне помог. Круг поисков значительно сузился.
– Но где же тогда винтовка? – не выдержала Нора.
– Стены подвала сложены из кирпича-сырца, то есть фактически из глины, и они очень толстые. Устроить в них тайник совсем нетрудно. Выдалбливаешь в стене углубление нужного размера, помещаешь туда винтовку и заделываешь отверстие. Замаскировать это место так, чтобы оно ничем не
