всё более солидными зданиями делового центра.
Он так увлёкся этим странным утренним спектаклем, что чуть не пропустил свою остановку. Резкий толчок автобуса и знакомый вид здания «Вулкан Капитал» за окном заставили его вздрогнуть. «Твою ж мать», — мысленно выругался он, срываясь с места.
Двери автобуса с шипением раскрылись перед ним. Игорь шагнул на тротуар, поправил галстук, сделал глубокий вдох и направился к стеклянным дверям офиса.
Пока он шел по пути, в роскошном вестибюле, прямо у лифтов, он столкнулся с Семёном Семёновичем. Тот стоял, выпрямившись во весь свой рост, с лицом, выражавшим глубочайшее удовлетворение от вселенского порядка.
— Игорь, доброе утро! — произнес Семён Семёнович, и его голос звучал так, будто он объявлял о запуске космического аппарата. — Хочу выразить вам и Алисе повторную, но не менее искреннюю благодарность.
Он сделал паузу, давая словам нужный вес.
— Благодаря вашей принципиальной позиции и безупречному знанию регламента, виновные в несанкционированном мероприятии на четырнадцатом этаже понесли заслуженное наказание. Вычет из премии, внеплановый инструктаж и индивидуальная беседа со мной о корпоративной культуре. — Он почти что сиял. — Такая сознательность — большая редкость. Я очень горжусь вами и возлагаю на наше дальнейшее сотрудничество большие надежды.
Игорь почувствовал, как по его спине пробегает смешок, который он с трудом подавил, превратив его в легкий кашель. Он представил, что бы сказал Семён Семёнович, узнай он, что его «принципиальные сотрудники» на самом деле пытались заняться в той самой переговорке сексом.
— Спасибо, Семён Семёнович, — выдавил Игорь, стараясь придать своему лицу максимально деловое и серьезное выражение. — Мы просто делали свою работу. Стремимся поддерживать установленные стандарты.
— Именно! Стандарты! — воскликнул Семён Семёнович, словно услышав пароль. — Приятно видеть единомышленника. Не подведите.
Кивнув на прощание, Игорь двинулся дальше к лифтам, оставляя за спиной душную ауру начальственного одобрения. «Господи, — пронеслось у него в голове, — этот человек живёт в параллельной вселенной, где регламент важнее реальной жизни. И самое ужасное, что мы с Алисой теперь в его глазах — его напарники». Он с содроганием представил, каким будет их следующее «сотрудничество», и нажал кнопку вызова лифта.
Поднявшись на свой этаж, он направился по коридору к своему рабочему месту. И почти сразу увидел Алису. Она сидела за своим монитором, но её взгляд был прикован ко входу, словно она его поджидала. Их глаза встретились через всё пространство открытого офиса. И Алиса улыбнулась. Не той формальной, рабочей улыбкой, а той самой — с хитринкой и обещанием, от которой у него перехватывало дыхание.
И тут, как в прошлый раз, из-за угла резко и бесшумно вышла Виктория Викторовна. Ледяной взгляд начальницы скользнул по нему, оценивающий, пронизывающий.
Воспоминание о том дне, когда он растерялся, ударившись в лепет, пронеслось в голове Игоря. На этот раз он просто кивнул, собрав всё своё спокойствие:
— Виктория Викторовна, доброе утро.
Она, ничего не ответив, лишь на секунду задержала на нём свой пронзительный взгляд, а затем, не сбавляя шага, молча проследовала дальше, оставив за собой шлейф дорогих духов и ощущение лёгкого мороза.
«Похоже, свой рот она открывает только для стонов, когда ей лижут киску», — с почти ошеломляющей дерзостью пронеслось у него в голове. Уголки его губ дрогнули в сдерживаемой ухмылке.
С этой нахальной, но бодрящей мыслью он продолжил путь к своему столу, направляясь прямиком к Алисе, в чьих глазах всё ещё играло затаённое веселье.
— Привет, — начал Игорь, подходя к её столу.
Но Алиса, не успев даже поздороваться, уже давилась от смеха, прикрывая рот ладонью.
— Ты… ты его уже видел? — выдохнула она, с трудом справляясь с приступом веселья. — Нашего духовного лидера? Семёна?
— Только что, — Игорь покачал головой, и его собственные губы растянулись в улыбке. — Он выразил мне официальную благодарность за «принципиальную позицию». Похоже, мы с тобой теперь эталоны корпоративной добродетели.
— О да! — Алиса фыркнула. — Я жду, что он вот-вот предложит нам провести мастер-класс по борьбе с несанкционированным весельем. С сертификатами и памятными значками.
— Главное — не рассказывать, как именно мы «разгоняли» то самое мероприятие, — парировал Игорь. — А то наш статус образцовых сотрудников может несколько пошатнуться.
Они обменялись сдержанным смехом, понятным только им двоим. Затем Игорь, понизив голос, спросил:
— Кстати, как вы… добрались вчера? Всё было в порядке?
На лице Алисы на мгновение мелькнула тень смущения.
— Да… прости ещё раз за моего «запойного братана», — она с иронией выдохнула. — Он, к счастью, к утру благополучно всё забыл. И про приглашение на свадьбу, и про то, что ты ему чуть ли не лучший друг. Проснулся с чистым листом.
— Жаль, — с деланной грустью вздохнул Игорь. — А я уже мечтал о роли шафера. И о танце с тобой на первом танце молодых.
— Мечтать не вредно, — Алиса бросила на него быстрый, игривый взгляд, полный намёка. — Но кто знает, что ещё может случиться…
С этими словами, оставив в воздухе недосказанность, она повернулась к своему монитору.
Игорь с лёгкой ухмылкой направился к своему рабочему месту, сел в кресло и запустил компьютер. Экраны загорелись, отражая привычный хаос цифр и графиков. Чувствуя прилив уверенности после недавних успехов, он решил проявить инициативу с акциями «Нейротека». Быстрый анализ, уверенное нажатие кнопки — и крупный лот куплен. Он уже мысленно предвкушал одобрение Виктории Викторовны.
Но едва он откинулся на спинку кресла, как на экране всплыла экстренная новость: «Крупный инвестор „Нейротек“ выходит из проекта». Курс пошёл в пике. По спине Игоря пробежал ледяной холодок. Это был провал.
— Это что за хуйня⁈ — оглушительный, хриплый крик прорезал гул офиса.
К его столу стремительно двигалась высокая женщина с лицом, искажённым яростью. Игорь никогда её не видел, но не мог не отметить её яркую, даже огненную красоту. Несмотря на возраст — явно за тридцать, — она выглядела ослепительно.
Её фигура была той самой, о которой шепчутся в курилке: пышная грудь, тонкая талия и соблазнительные бёдра, которые особенно подчеркивала белая рубашка и темная длинная приталенная юбка с цветочным узором. Каждое её движение было наполнено уверенной грацией.
Густые волосы тёмного цвета были затянуты в тугой пучок, отчего её выразительные черты — высокие скулы, прямой нос и упрямый подбородок — казались ещё более чёткими. Но главным оружием были её глаза, холодного, пронзительного янтарно-стального цвета, лишённые всякой теплоты.
