– Это место!
Милиционеры, не сговариваясь, приблизились.
– Можно нам с вами посидеть? Просто посидеть. Место какое-то особенное.
– Можно, отчего же нельзя.
– Мы будем молчать.
И они тихо присели.
Я почему-то приоткрыл глаза и взглянул вверх: мне показалось, та женщина смотрит на меня в проломе акаций. Каково же было мое удивление, когда я встретил ласковый взгляд благообразного, как я назвал его мысленно, “старичка”. Этот “старик” явно меня разглядывал. Особенно его кроткую усмешку вызвали мои самодельные сабо. Он так и впился в них взглядом.
– Позвольте взглянуть?
Отчего же суперкрезу не дать взглянуть.
– Вы сами делаете их? Из чего?
– Из сырой осины. Конечно, лучше из липы. Долотом она режется, как масло.
– И из этой осины тоже можно?
– Тоже можно.
– Идемте. У меня есть стамески. Не откажите. За пиво платить? - Благообразный старичок вынул я уплачу. Кому четыре десятки.
– Им.
Тогда он по одной десятке положил каждому на колено.
Милиционеры принялись отказываться, но старик ловко засунул их им в карманы.
– Не отказывайте. Прошу рас, я у вас забираю этого человека. Я видел, как милиционеры и парни были чем-то недовольны, словно старик… грабитель. Но, взяв за руку, он уже волок меня к новенькой “Волге”. Я еще отметил, как он подмигнул продавцу пива.
– Куда мы поедем? - спросил я его.
– А никуда,- было мне ответом.
Мы отъехали на приличное расстояние и остановились в траве. Тогда за оградой парка росла высоченная трава. Благообразный старик увез меня с пляжа не затем, чтобы узнать способ, как сделать сабо. Он отвалился на спинку сиденья.
– Вот мы с.вами - два богатейших человека в Москве. Не странно ли, правда? Мое богатство - не ваше. Не сочтите за труд, что у вас за состояние?
Я коротко рассказал, как такое состояние возникло: я увидел женщину, кажется, чем-то похожую на мою двоюродную сестру, которую однажды ночью я безотчетно полюбил.
Спали мы на полу. В душной комнате. Летом.
– Не хотите ли вы тем самым сказать, что женщина явилась состоянием вашего богатства?
– Конечно же, нет. Она просто явилась стимулятором. Ощущение богатства во мне постоянно пульсировало. А сегодняшняя встреча…
– Вы хотите сказать, усилила до крайности? Глядя на вас, я чувствую себя робко.
– Очевидно, для того, чтобы богатство появилось когданибудь, нужно работать волом, создавая его материальные предпосылки.
– И они вами созданы?
– Думаю, что да.
– Что это за предпосылки?
– Я, кажется, создал текстовой компьютер лжи.
– Ив чем он заключается?
– Я, кажется, знаю, откуда происходят гении.
– Откуда же?
– Из адекватности своих словарных запасов еловарному фонду языка.
– У вас готова таблица?
– Вот она,- я вынул четвертинку писчего листа и указал на цифры.- Вот она. Девяносто миллионов пересчитанных слов. Двадцать папок расчетов, диаграмм, алфаграмм. В ней.
– Как ваше желание разбогатеть обгоняет время! У нас вы не будете богаты. Ваш курс - на запад. Только в этом случае ваше богатство реализуется. Мы поможем вам его реализовать.
– Кто это - мы?
– Люди, называющие себя масонами.
– Вы шутите,- я готов был рассмеяться.
– Нет, не шучу. Давайте лучше подумаем, где примут эту идею. У нас ее наверняка отвергли… в Академии наук.
– Откуда вы знаете?
– Вы хотите приневолить академика считать…- благообразный старик сердечно рассмеялся.- Что, интересно, вам ответили?
– Разные каналы. Институт методики преподавания русского языка в школе ответил, что такого не бывает. Он начисто отверг даже сводку средних цифр по прозе. Художественной прозе. Институт преподавания русского языка в национальных школах согласился, но в упор не захотел считать. Надо еще?
– Не надо. Вон там, на заднем сиденье, все для того, чтобы вам выехать дипломатическим путем. Пятьсот тысяч долларов вам хватит?
– Пятьсот тысяч? И вы с меня не берете никакого обещания?
– Масоны помогают реализовывать только стоящие открытия и ничего не требуют взамен. Согласны выехать?
– Дайте подумать.
– А что думать? У нас ваше открытие найдут лет через двести. И то, учтите, если найдут… Я не говорю, что я не русский человек. Я глубоко русский и поэтому советую…
– Что вы говорите. Через пять-шесть лет ни один уважающий себя писатель уже не сможет работать без дорогостоящей аппаратуры… При общей отсталости - люди уже пользуются пишущей машинкой. Я же предлагаю простейшее: раскладывать каждый раз свой текст на неповторные и повторные слова с помощью микрокалькулятора; подвергать свой словарный запас корреляции еще на одной ЭВМ со вставочным роликом, на котором нанесена мои таблица.
– Да,- подтвердил благообразный старик.- Вы действительно богаче меня.
– Но это не все. Открываются возможности по изучению языка животных, птиц, зверей. Перевод их языка на общечеловеческий язык. Кроме того, вещественный язык и перевод этого языка опять-таки на общечеловеческий язык.
– Что это за такой, как вы говорите, вещественный язык?
– Язык, на котором “говорят” все вещи и явления природы. Язык графиков. Ведь он же являет собой форму алфаграммы.
Благообразный масон достал с заднего сиденья “дипломат”, открыл его. Денег в нем не было. Была чековая книжка и какието консульские, дипломатические документы, без фотографий.
– Мы едем в фотографию, где фотографируются на заграничные паспорта.
Не говоря ни слова, он вывел машину из травы и направил ее в город. Через небольшой промежуток времени я превратился в советского представителя римского консульства, имеющего на руках билет и чек на пятьсот тысяч долларов для оплаты за какое-то оборудование.
– Это вам поможет избежать проволочек, связанных с чиновниками всех рангов,- сказал старик, вклеивая фотографии в мои заграничные документы, где я числился Федором Ивановичем Федоровым-Пернатовым.
А еще через два часа мы подъезжали к Шереметьеву, где мой патрон остановил машину.
– У вас чек на пятьсот тысяч долларов. Я пойду и улажу дело с таможенниками.
Вскоре он возвратился с таможенником и сказал про меня: - Вот Федоров-Пернатое. Вот его документы. Вот чек на оплату оборудования.
Чиновник просмотрел мои документы, часть взял. И вместе с сумочкой, в которой лежали подстилка, карандаш, шапочка, полотенце, блокнот для зарисовок, я оказался в большом специальном зале, где были представители консульств, летевшие в разные страны.
– Ну, желаю всего счастливого. И, пожалуйста, не беспокойтесь…- благообразный старик покинул зал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
