всех локтями и, подобрав поднос с пола, с лёгкостью его сжал. — Да он совсем не тяжёлый! — удивился он.
Но, похоже, это ещё не все самые любопытные подтянулись. Со взъерошенными волосами и расстёгнутыми верхними пуговицами рубашки в круг ворвался молодой мужчина с аккуратными усиками. Его пиджак, небрежно накинутый на одно плечо, сапоги и штаны явно напоминали гусарский стиль.
Увидев валявшегося на полу щегла, он подбежал к нему и, тряся за плечи, выкрикнул:
— Что здесь стряслось? И чего вы все зря стоите? Лекаря сюда, живо!
Пока лекарь, которого так некстати застукали за страстными поцелуями в коридоре с некой маркизой, поспешно бежал сюда, я закончил ковыряться зубочисткой.
Огляделся вокруг: сначала мое внимание привлёк огромный аквариум с экзотическими рыбками, затем я заметил трёхъярусную причёску какой-то богатой дамы — зрелище, честно говоря, пугающее. Я вздохнул и, чтобы развеять скуку, потянулся в карман за карамелькой. Здесь уж слишком скучно, и я ещё не вошёл в азарт. Какая печаль… В любом кабаке, где играет хотя бы шарманка, было бы куда веселее. Но, как говорится: алкоголь — фу! Сигары — фу! Я за борщ и за уху!
Это, конечно, мои дурацкие мысли от безделья. Но гляжу, лекарь всё же сумел немного привести в чувство аристо, пришибленного подносом.
— Брат, кто тебя так избил? — спросил усач, склоняясь над пострадавшим.
— Я не помню, — пожал плечами тот и застонал от боли. — Да и не бил меня вроде никто. Правда, ничего такого не припоминаю.
— Это, наверное, он его толкнул, — проговорил какой-то мужичок в толпе, указывая на меня толстым пальцем. — Я видел, как он подносом по нему заехал. Ведь рана — от этого самого подноса.
Ещё пара человек поддакнули его словам.
— Погодите, вы хотите сказать, что это я толкнул его и подносом разбил ему голову? То есть всё это я сделал? — меня охватил смех, и я не смог сдержаться. — Но я же просто мимо проходил, — добавил с лукавой улыбкой.
Мой смешок донёсся до ушей усатого аристо. Он внезапно развернулся ко мне и грозно выпалил:
— Тебе кажется это смешным? Твое имя, несчастный!
— Добрынин Добрыня Валерьевич.
— Как ты смеешь насмехаться над моим братом после того, что сотворил с ним? Это бесчестно! — усач поднялся с колен.
В принципе, смеяться — дело нехитрое, но я прекрасно понимал, к чему всё это ведёт. Решив отпустить ситуацию на волю судьбы, я ему сказал:
— Если тебя что-то не устраивает, вызови меня на дуэль, — вот так я и получил вызов на дуэль, как всегда.
Всё произошло с такой скоростью, что в зале все ахнули: объявили дуэль, и толпа зевак еще больше увеличилась. Я невозмутимо разминался, готовясь к поединку.
Мой верный друг Гриша прохаживался рядом, засунув руки в карманы и бросая на меня косые взгляды.
— Объясни мне, как у тебя это выходит, — сказал он, пнув поднос ногой и уставившись в пол. — Стоило мне лишь отвернуться на две минуты, а у тебя уже дуэль. Ты либо проклят, либо это твоя суперспособность.
— А зачем тогда ты оставил меня одного? — бросил я, приподняв бровь.
— Да знаешь, одна виконтесса с третьим размером заважничала, — попытался сострить он, но я-то знал, что это чистая правда. — А если серьёзно, Добрыня, мне кажется, я начинаю понимать, что тут на самом деле происходит.
Да чего тут понимать? Всё предельно ясно: этот щеголь направился прямо на меня, споткнулся на ровном месте, пытаясь спровоцировать конфликт, а я ловко уклонился. Парень крайне неудачно шлёпнулся на пол, а поднос обрушился ему прямо на голову. Я всё это поведал Грише, заключив:
— В общем, я не знаю, почему он такой неуклюжий, — пожал я плечами.
— Как-то странно это выглядит со стороны… — Гриша округлил глаза.
Бедолагу снова поддерживал брат, пытаясь поднять с пола. Тем временем лекарь обмотал ему лицо бинтами так, что тот стал вылитой мумией.
— А это кто такой? — спросил я, кивнув в сторону высокого элегантного мужчины.
— Это их отец, и сам понимаешь, кто, — тихо ответил Гриша.
— И чего он весь такой недовольный? — не отрывая глаз от хозяина дома, поинтересовался я.
— Ты серьёзно? А ты как думаешь? — Гриша глянул на меня, как на сумасшедшего. — На его приёме, в его доме, его сын опозорился перед всеми!
На лице главы Рода Долгоруких читалась, что он жаждет отыграться через дуэль. Он явно намерен смыть позор моей кровью… Ещё немного, и его начнёт трясти от бешенства и нетерпения.
Но меня занимал совсем другой вопрос:
— Слушай, Гриш, а нормально ли, что мы будем драться прямо здесь, в зале? По-моему, это бред: разнесём всё вокруг, — я оглядел толпу, которая образовала вокруг нас живое кольцо.
— Ничего, в порядке вещей: тебя вызвали на старославянскую дуэль, — Гриша хитро улыбнулся.
— Что ещё за древняя ерунда? — признаться, я смутно представлял, что это такое, но подробностей не знал.
Гриша объяснил, что в такой дуэли практически нет правил: можно использовать любые подручные предметы, прибегать к хитростям, и даже грязным приёмам.
Он даже добавил, что братец того щегла весьма успешен в таких дуэлях и получает от них огромное удовольствие.
— Короче, готовься к старому-доброму, но очень не ласковому мордобою, — резюмировал Гриша. — Главное — победить.
Главное — победить? Мне казалось, что главное — выжить. Хотя, впрочем, разве нельзя победить и умереть? В принципе, возможно: если после твоей смерти выяснится, что противник нарушил правила. Или, например, если ты первым нанесёшь удар, но сам умрёшь от смертельной раны и рухнешь рядом с ним. Но мне всё это до лампочки: начали дуэль, и я, как истинный герой, без тени страха шагнул вперёд.
— Добрыня! — Гриша успел схватить меня за руку сзади. — Я твой секундант, так что если тебя проткнут, постарайся не умереть хотя бы десять секунд. Короче, жди, когда я остановлю дуэль.
— Ты думаешь, это поможет? Посмотри, они смотрят на меня, как голодные волки. Думаю, меня отсюда живым выпускать никто не собирается, — сказал я, констатируя факт.
— Пусть только попытаются, — Гриша грозно обвёл толпу взглядом. — Устрою им тогда такое, что мало не покажется.
— Но ты всё равно ничем не поможешь,
