была ранена в левую руку. Двадцать восьмого февраля 1984 года ее арестовали и обвинили в расстреле собственных детей – с целью вернуть женатого любовника, который «не хотел быть папочкой». Это обвинение еще предстояло доказать, но история Дайаны Даунс указывала на то, что эта женщина строила жизнь на своей сексуальной привлекательности для мужчин.
Фотография Дайаны появлялась в газетах штата Орегон и на экранах телевизоров почти ежедневно. Ее красота и дурная слава произвели впечатление на Рэнди, причем последний аспект, вероятно, стал для него чем-то вроде афродизиака. Он жаждал известности так же сильно, как и секса. Рэнди Вудфилд и Дайана Даунс – это был взрывной дуэт. Вместе они могли бы…
Но сначала ему нужно было «познакомиться» с Дайаной.
Поздней весной 1984 года Дайана содержалась в тюрьме округа Лейн, той самой, где содержался сам Рэнди, когда его арестовали тремя годами ранее.
Он написал Дайане, которая в свои двадцать восемь лет была на седьмом месяце шестой беременности и собиралась предстать перед судом за убийство. Он счел благоразумным на данный момент сохранить в тайне свою личность, пока она не узнает его получше. Рэнди не хотел, чтобы она делала поспешные выводы из его прошлого. Он использовал имя другого заключенного в тюрьме штата Орегон и подписывал письма «Сквирли», или «Майкл», или «Просто я».
Письма из тюрьмы почти всегда изобилуют необычными пунктуационными знаками. Улыбающаяся или хмурая мультяшная физиономия в конце предложения – самый универсальный штрих. Строчные буквы «i», обведенные кружком, жирные восклицательные знаки, «ха-ха» XXXX и OOOO – для поцелуев и объятий. Больше всего ему нравилось рисовать забавного человечка с выпученными глазами и высунутым изо рта языком. Изображение этого беззаботного человечка появлялось то тут, то там, дополняя написанное. Стиль Рэнди характеризовался краткостью, отрывистостью и нервозностью. Свои письма Рэнди пересыпал фразами и вопросами: «Ты улыбаешься?» «Как насчет этого?» «Ты со мной, Ди?» и «Ничего себе!»
Даже в письмах он требовал постоянного и немедленного признания и согласия. И он, возможно, подсознательно, выбрал женщину, вся жизнь которой вращалась вокруг мужчин. Дайана определенно искала себе мужчину, а в женском отделении тюрьмы мужчин нет. У нее не было любовника, когда в ее жизни появился Рэнди Вудфилд.
Поскольку Дайана Даунс считалась склонной к побегу, приходившие к ней письма копировались. Позже, когда «Сквирли», не удержавшись, отправил ей свою любимую фотографию в синих плавках, тюремные цензоры признали Вудфилда своим клиентом, занесли в список склонных к побегу и стали копировать письма. Их общение превратилось в большую стопку писем.
Поначалу, когда Дайана знала своего тайного поклонника только как «Сквирли», он засыпал ее посланиями поддержки. Его интересовали гинекологические подробности ее беременности, он просил ее подробно описать, как пройдут роды. Они заключили пари – эти два совершенно незнакомых человека – о том, когда родится ребенок и будет ли это мальчик или девочка. Если мальчик, Сквирли предложил назвать его Иеном Рэндаллом.
Когда Дайане Даунс сообщили об истинной личности ее страстного собеседника, она обратилась к нему с расспросами об убийствах и изнасилованиях.
Рэнди изобразил шок и обиду – как она могла не поверить ему! – и они отдалились друг от друга на некоторое время. Но вскоре помирились.
Рэнди писал очень галантные письма. Дайана извинилась за то, что сомневалась в нем, а он извинился за то, что сердился. «Это безумный мир; я отбываю свой срок и стараюсь занять чем-то время. Свое и немножко твое тоже. (Ха) Я могу подраться, доказывая, что ты невиновна. Но не надо беспокоиться. Я всегда отстаиваю то, во что верю».
Будущее Дайаны Даунс представлялось неопределенным, суд над ней тянулся неделю за неделей. Письма, приходившие в Юджин из тюрьмы Салема звучали обнадеживающе. «Сквирли», а позже Рэнди подставил Дайане крепкое плечо, в которое она не преминула поплакаться.
«Я хочу, чтобы ты жила и работала в Салеме или Портленде (в случае оправдательного приговора), – писал Рэнди. – Познакомишься с моей семьей. А еще лучше со мной! Договорились? Пообещай, что если попадешь в тюрьму, то выйдешь за меня, и мы вместе поработаем над книгой о правосудии в Америке. Знаю, это шок для тебя, но почему бы тебе не выйти за меня замуж? Тогда ты могла бы навещать меня, и вместе было бы легче. Потом ты могла бы развестись со мной (Ха). Что скажешь?
Тут есть о чем подумать и помечтать. Если окажешься рядом, тебе будет нужен близкий друг, да и мне тоже. Хочу, чтобы ты подумала об этом. Ладно, Ди?»
Она продолжила писать. Он рассказал ей о стычках, которые у него случались с «разными придурками по поводу моих сексуальных преступлений. Я стоял на своем и требовал уважения. Я не убиваю женщин, но я зол как черт и буду бороться за свою честь».
Рэнди снова и снова повторял Дайане Даунс, что они оба расплачиваются за преступления, которых не совершали, и клялся в своей симпатии к ней. «Улыбнись сейчас – мне не все равно. Ты такая милая…»
Письма Рэнди не только поддерживали эмоционально, но и стимулировали. Судя по ним, он постоянно пребывал в состоянии сексуального возбуждения, упоминал о своих гениталиях и исписывал страницы текстами, словно взятыми из мужских журналов.
«Буду поглаживать его ровно в полночь субботы, разглядывать твое фото и думать о тебе. Скажи «привет», скажи, что тебе приятно проводить время со мной. Не забудь прикоснуться ко мне своим телом и произнести мое имя. Мы можем играть в эту игру вместе. Я чувствую, что ты рядом, и выплескиваю сок в память о нашей близости. Ты украшаешь мою жизнь, милая. Так что спасибо тебе и присоединяйся ко мне в субботу вечером, если захочешь. Я буду рядом с тобой. Полностью в тебе…»
В течение мая, июня и июля 1984 года они писали друг другу почти каждый день. Это были любопытные письма, полные откровенного сексуального жара и слез. Дайана в тюрьме писала нескольким мужчинам, а Рэнди, конечно же, писал десяткам женщин. Каждый из них обещал другому абсолютную верность. Он присылал ей свои фотографии и выбранные страницы из журналов. Она присылала ему фотографии себя и своих парализованных детей, а также библейские трактаты.
Он написал, как ему хочется иметь собственных детей. Она описала свои мысли о материнстве. Рэнди рассказал про свой «20-сантиметровый» пенис, а Дайана про свои груди – «чашечки D». Настоящее совокупление на расстоянии где-то в стороне от рая.
«Сейчас у тебя все решается!!! – писал Рэнди. – Этим чертовым присяжным хорошо бы помнить девиз – «Вне
