— Я там работаю, — по привычке ответила Алиса.
— И что, вам не сказали, что там магическая хе… хреновина стоит и людей затягивает? Ну сходите проверьте, тьфу, мне-то что, — маршрутка остановилась, и дверь открылась.
«Затягивает людей, — подумала Алиса. — Плохо. Очень-очень плохо».
Она вылезла, чуть не упав в грязный снег на обочине. Маршрутка отъехала под доносящееся из салона «А может, она сама ведьма! Надо позвонить! Горячая линия…»
У поворота на деловой квартал действительно стоял пост ГАИ. Алиса наложила на себя чары отвода глаз и отправилась дворами.
Некрополь за ночь подрос еще на пару этажей. Так казалось, хотя при попытке их сосчитать Алиса сбивалась. Вокруг здания она не заметила ни одного мага или инквизитора. Дежурства что, сняли? Полностью? Нет, наверное, правильно, учитывая, что мага на дежурстве могли в любой момент разоблачить, а над столицей по-прежнему летали дроны. Но так просто позволять Некрополю затягивать смертных? Так быстро изменить курс? Еще пару дней назад Сулей настаивал, что смертных нужно защищать любой ценой, а теперь даже не поставил дежурного у ворот!
Впрочем, смертные пока справлялись сами. На гаишников у поворота к деловому кварталу влияние Некрополя не распространялось — слишком далеко. На другие посты, выставленные по периметру, тоже. А офисные здания стояли пустые и темные. Молчали генераторы, хотя Алиса точно знала, что как минимум в нескольких соседних офисах они есть. Охранники не выходили покурить. Над всем районом лежала незримая печать запустения. Его то ли эвакуировали вчера вечером, то ли запретили работать сегодня утром. В зоне поражения Некрополя никто не появлялся.
Кроме ведьм.
Здание ковена с улицы тоже казалось пустым и темным, но это было маской. Внутри горели магические огоньки. Ведьмы собирались группками в вестибюле или заседали в барах и кафе, дожидаясь чего-то. Скорей всего, плана Сулея. Алисе непреодолимо хотелось забежать в главный бар, где обычно собирались старшие ведьмы и где сейчас лежала Марианна.
Хотя бы на минуточку. Только узнать новости. Только посмотреть на Марианну, это ведь важно, за ней ведь тоже нужно приглядывать…
Алиса глубоко вздохнула и свернула в коридор, ведущий к архиву.
Архив примыкал к библиотеке. Туда пускали всех ведьм, не требуя разрешений и формуляров. За порядком присматривала секретарша-дух, почти такая же, как была у Безымянного, но менее заметная. Она почти все время спала между пыльными страницами и просыпалась, только когда кто-то из ведьм неосторожно обращался с документами. Стоило чуть повредить ветхую бумагу или попытаться открыть папку грязными руками, как секретарша налетала и с визгом вцеплялась в волосы.
Но Некрополь наложил свой отпечаток и на архив. Даже здесь, под защитой ковена, духи и прочие магические создания теряли силу, захлебываясь в некротических волнах. Сейчас можно было хоть изорвать все документы на мелкие клочки — никто не появился бы, чтобы их защитить. Мысль об этом повергала в уныние. Будто ковен тоже умирал, и там, где вчера кипела жизнь, сегодня полноправным хозяином стало запустение. Пыль, руины, беспредельная пустота…
Захотелось метнуться наверх, в бар, к живым людям. Подальше от этого царства тишины… Но Алиса создала яркий магический свет под потолком и огляделась.
Документы лежали в ящичках на нескольких стеллажах. Архив велся с четырнадцатого века. Все бумаги, относившиеся к более раннему периоду, хранились на большом стеллаже, подписанном «…— 1350».
Итак… А что, собственно говоря, искать? Где-то должен быть журнал миграции ведьм? Алиса недоверчиво хмыкнула, подходя к стеллажу с ярлычком «1701–1800».
Старые бумаги пахли приятно. Она осторожно перебирала их, всматриваясь в строки, написанные от руки. Вскоре выяснилось, что документы делились на несколько видов — досье ведьм, реестр новичков, реестр прибывших и уехавших, журнал регистрации смертей. В отдельной коробке лежали разрозненные бумаги, неизвестно как сюда попавшие — то закладная на какой-то дом, то полицейский отчет о пропаже драгоценностей у некой графини, то царские указы, касающиеся давно умерших людей…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Впрочем, они Алису пока что не интересовали. Журнал миграции действительно существовал! И он очень упрощал задачу.
Приезжих ведьм оказалось неожиданно много. Взглянув в графу «место рождения либо город, даровавший магию», Алиса поняла, что отвратительно знает географию прошлого. Государственные границы успели сильно измениться, территории постоянно переходили от одной страны к другой. Пришлось, помогая себе магией, подключаться к интернету и постоянно сверяться с гуглом. Интернет в ковене был, но без электричества сигнал почему-то едва ловился. А ведь модемы ведьм не прекращали работу, если отключить их от сети…
Иногда встречались знакомые имена. Среди приезжих оказалась Лина Венцеславовна и Диана Львовна, бывшая начальница Алисы, возглавлявшая отдел работы с магическими потоками.
Еще встретилась некая Доминика Южина, прибывшая из Гданьска.
Алиса тут же вскинулась, ее будто прошил электрический разряд. Южина! Это однофамилица Алеши, сестра, жена, мать?.. Или даже дочь? Вдруг показалось, что эта Доминика — именно та, кого нужно было искать. Может, это она и есть! Прошлая жизнь. Какой-то след… Не просто так же Алису всегда тянуло к Леше, хотя он точно не привлекал ее как мужчина. Это были просто дружеские чувства, дружеская привязанность… Или родственная?
Но при взгляде на строчку с витиевато выведенным «Южина, Доминика Юзефовна» внутри не отзывалось ничего.
Алиса быстро отыскала досье Доминики Южиной. Оно оказалось неполным — велось лишь с момента ее приезда в 1787 году. То ли гданьский ковен не делал подобных записей, то ли оно затерялось в глубине веков. Все-таки год рождения Доминики внушал опасливый трепет. 1586! Алиса попыталась представить, что эта женщина — действительно ее прошлая ипостась. Почему-то стало страшно. 1586 год! Да от одной цифры все внутри переворачивалось. Даже Сулей тогда еще не был верховным. Перед глазами начали плясать мушки. Алиса отложила бумаги и поморгала. Чаю бы сладкого…
Так. Спокойно. В любом случае у нее новая жизнь и новое тело. Если даже информация подтвердится, ничего не изменится. А с мыслью о собственной глубокой древности можно будет как-то смириться. Потом. Позже…
Она вернулась к личному делу и уже на следующей странице наткнулась на запись, что в 1790 году Доминика Южина родила сына, которого нарекли Алексеем.
Завитки сливались в прихотливый узор, открывая окно в прошлое. Смотреть в это окно было странно и непривычно. Раньше Алиса могла бы нырнуть хоть в семнадцатый век, хоть в восемнадцатый, встретиться с Доминикой, поговорить. Пощупать ткань столетий руками и увидеть все воочию. Сейчас оставалось только вчитываться и пытаться восстановить перед глазами жизнь давно умершей женщины.
Где-то во второй половине семнадцатого века польская ведьма Доминика вышла замуж за смертного — русского солдата по фамилии Южин. Потом Южина перевели сюда, в столицу, и она последовала за ним. Наверное, с немалым облегчением — подальше от жизни, в которой ей было больше полутора сотен лет и в которой в любой момент могли появиться тени прошлого. Древние старики, которые знали Доминику пятьдесят лет назад, и она с тех пор не изменилась. Возможно, ее постаревшие дети, рожденные в прошлом веке. В деле ничего не говорилось о других ее детях. Может, их и не было или они не получили от своего города магический дар.
Доминика погибла в Великую отечественную, на полгода пережив Алешу. Она ушла на фронт медсестрой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Закрыв тонкую сшивку, Алиса прижала ладони к горящим щекам. Великая Отечественная стала каким-то проклятием семейства Южиных. Впрочем, для кого она не была проклятием? Снаряды и бомбы не щадили даже магов. Даже если защищаться самыми сильными узорами. Даже если привычка использовать их уже въелась в подкорку. Невозможно контролировать чары двадцать четыре часа в сутки день за днем, месяц за месяцем. И снаряд прилетает в самый уязвимый момент.
