— Вы уже все знаете, правда? Что случилось с Марусом? — Драган совсем обезумел от ужаса. Эйдан кивнул:
— Да, он он не может больше прятаться здесь. Если мы хотим одолеть Морлоха и его приспешников, нужно, чтобы Драган помог мне. Люди ему доверяют. — Он усмехнулся. — Меня они вряд ли будут слушать.
Некоторое время Сирилла вглядывалась в его лицо и опять вздохнула.
— Чем я могу помочь?
— Отошлите служанку. То, что я должен сказать, не для ее ушей. Я хочу поговорить с ним с глазу на глаз. Сирилла заколебалась:
— Он не позволяет мне уходить от него.
— Тогда оставайтесь, но в дальнем конце комнаты, с Брианной.
— Как вам будет угодно, милорд.
Она сказала два слова служанке, та вышла из комнаты, затем, подхватив юбки, поспешила вглубь спальни.
Они зашли за ней в полутемные покои. Там стояли два удобных кресла и маленький круглый столик, на котором были серебряная фляжка и несколько небольших чаш. В одном из кресел сидел Драган. Он дремал, откинувшись на спинку. Сирилла тихо подошла к нему и ласково положила руку на плечо.
— Драган? Проснись, любимый. Здесь твой брат, он хочет поговорить с тобой.
Драган вздрогнул и проснулся. Глаза его, как и у королевы, были красными и опухшими.
— Ч-что? Говоришь, Эйдан здесь?
— Да, любимый.
Драган резко выпрямился, со всей силы сжал подлокотники кресла.
— Н-налей мне вина. — Голос его сорвался. Сирилла налила вина, вложила чашу ему в руку, и ласково сказала:
— Пей, любимый.
Драган залпом выпил вино, вытер губы. Потом гордо вскинул голову и посмотрел брату в глаза.
— Значит, ты снова вернулся? Услышал, что в замок стали наведываться твари Морлоха, и явился позлорадствовать? А может быть, ты вернулся, чтобы им помочь? Что ж, я к твоим услугам; — И Драган картинным жестом показал на себя. — Давай. Бей. Ты ведь за этим пришел?!
Эйдан с жалостью смотрел на него. Благодаря своим магическим способностям он хорошо видел печать гибельного заклятия на лице своего брата. Теперь он знал, как уничтожить заклятие. Драган сделает это сам. Нужно только помочь ему.
— Что ты за человек, брат? — вызывающе бросил он, и слова его звучали резко, презрительно. Пожалуй, Эйдан говорил с ним слишком сурово. Он теперь хорошо понимал, что случилось с Драганом. Но, тем не менее, такой тон был необходим. — Ты что, так и будешь сидеть здесь сложа руки и ждать смерти? Я думал, если ты даже и потерял свою гордость и честь, то, по крайней мере, храбрость у тебя осталась!
Глаза Драгана наполнились слезами. Эти глаза теперь видели все в ином свете.
— А что я могу сделать? Один? У меня ведь нет твоей смертоносной магии!
— Теперь ты не один, — Эйдан протянул ему руку. — Вставай, если ты еще не разучился ходить. Мы пока можем что-то сделать. Помоги мне, брат. Я не справлюсь без тебя.
Драган всегда завидовал своему старшему брату, завидовал его магическому дару. И даже Дурному глазу. И всегда ревновал его к матери, которая любила Эйдана больше, чем его. И теперь брат явился, чтобы занять место, которое принадлежит по праву ему, Драгану! Нет! Ни за что! Пусть он подавится своей помощью. Он прищурился. С губ уже готовы были слететь оскорбительные слова…
Но тут взгляд его упал на Сириллу. В ее глазах он прочел мольбу и любовь… любовь, которая никогда не покидала его, несмотря на то, каким он стал. То, что было в прошлом, годы все возрастающего растления души и тела, годы отчаяния исчезли, ушли в небытие перед лицом надвигающейся грозной опасности. В этот миг у Драгана будто пелена спала с глаз. Он словно в первый раз увидел себя, свою жену, свою землю, свой род… и понял, что должен драться. А с прошлым они разберутся потом.
Позже… Если выживут…
Он стиснул руку Эйдана и с трудом поднялся на ноги.
— Что Мне надо делать?
Глава 20
— Милорд?
Эйдан и Драган оторвались от карт королевства. Последние несколько часов после вечерней трапезы они корпели над ними, тщательно рассчитывая, как пресечь все возможные пути проникновения демонических тварей, посланных Морлохом. Эйдан устало потер глаза.
— В чем дело?
— Монах хочет, чтобы вы присоединились к нему и леди Брианне наверху, в солнечных покоях.
Эйдан вздохнул и скрутил пергаментный свиток. Оленус появился через день после их возвращения, сказал, что ждал их прибытия в Анакреон, чтобы помочь, если понадобится. Вместе они придумали несколько способов, как лучше укрепить замок.
Число стражников было увеличено, каждый получил по паре рунических браслетов, чтобы оградить от влияния враждебной магии. Затем Оленус создал колдовской круг по внешней стене крепости, чтобы не допустить в нее слуг Морлоха. Но этого было недостаточно. Еще многое предстояло сделать.
Эйдан, передавая свиток Драгану, сказал:
— Проверь, как обеспечена охрана колодца и съестных припасов. Не морщись, Драган. Я устал так же, как и ты. Но это необходимо сделать как можно скорее. Выше нос, братишка! Вскоре мы добьемся, что, для того чтобы как-то навредить нам, колдуну придется заявиться сюда самому.
Драган хмыкнул:
— Слабое утешение, скажем прямо.
— Нет, брат, это вовсе не утешение, — мрачно ответил Эйдан. — С Морлохом нам рано или поздно придется встретиться лицом к лицу. Но я предпочитаю, чтобы это произошло, когда вокруг не враги, а друзья.
— Да, наконец-то друзья, — ухмыльнулся Драган. — Поразительно, как быстро люди приняли тебя, когда поняли, что ты единственный, кто способен противостоять чародею. Ведь больше ни у кого нет магической силы.
Эйдану тоже это показалось забавным. Он улыбнулся и покачал головой:
— Неужели? И они сами пришли к этому заключению? А может, после того, как ты сказал, что те, кому это не нравится, могут отправляться на колдуна сами?
Драган пожал плечами.
— Я указал им на очевидное. Они поняли. Эйдан хотел было идти, но брат остановил его. Во-арросительно подняв бровь, он поглядел на Драгана.
— Сначала я согласился помогать тебе вовсе не из каких-то там братских чувств, — сказал тот. — Я делал это ради Сириллы и Анакреона и еще потому, что у меня не было выбора. Но мне это очень не нравилось. Ты ведь снова стоял между мной и троном. А еще я был уверен, что ты никогда не простишь мне того, что я несколько раз пытался тебя убить.
— И Брианну. Когда вызвал свою любовницу-ведьму. Ты ведь хотел убить и ее. Да? Драган покраснел.
— Да. Я не знаю почему… она сказала мне… и я…
— Ручаюсь, она — прислужница Морлоха. Думаю, что он знал уже тогда, кто такая Брианна, и вспомнил про пророчество.
