когда понесу я? — прошептала Аврора и приложила ладонь к губам.
— Решать тебе, Аврора, — ответила Тоня. — Вот держи, — Антонина протянула Авроре бумагу, исписанную чернилами.
— Что это? — не поняла Аврора.
— Это Радомир тебе написал. И еще просил передать, на случай, если я тебя увижу, что он все равно будет ждать тебя в двенадцать у дома Божьего.
Аврора забрала листок и заперла дверь на засов. Зачем он написал это? Знает же, что она читать с трудом может!
Аврора присела на диван и развернула лист бумаги.
«Аврора», — это первое слово она прочла без особых проблем. А остальные… Аврора начала заикаться, произнося слоги и пытаясь слить их в слова. А потом повторяя слова, чтобы понять их смысл и осознать, в конце концов, что пути назад у нее все равно не будет. Ее ждет стена. Определенно, стена ждет ее…
Глава 17
Вечером в Главном доме начался кошмар. Анна пыталась уговорить Савелия явиться на свадьбу Радомира, Василий и Петр попивали бормотуху и играли с детьми в гостиной, их жены помогали Марии и остальным на кухне, Антон руководил мужиками на улице, которые разгружали продукты, а Гелиан ушел в лабораторию и попросил его не беспокоить. Поначалу, Терра пыталась найти себе полезное занятие, но потом поняла, что это бесполезно. Птаховы объединились и превратили Главный дом в улей, где у каждой рабочей пчелы было задание. Оставалась только одна «матка», то есть Терра, которую все оберегали и щадили.
Побродив по первому этажу, она решила не испытывать судьбу и намеревалась отправиться в свою комнату. Сообщив о своих намерениях Анне и Савелию, она получила одобрение и быстро ретировалась. Следом за ней направили Юзефа.
Простояв напротив окна до тех пор, пока на улице не стемнело, Терра, наконец, поняла, что ей следует делать. Она приняла ванную, переоделась в ночную рубашку и, набросив на плечи халат, выглянула в коридор.
Юзеф тут же встал со стула, на котором сидел рядом с дверью.
— Господин уже вернулся из лаборатории? — улыбнувшись, спросила Терра.
— Да, госпожа. Я видел, как он шел к себе.
— Хорошо.
Терра вышла в коридор и направилась в комнату мужа.
— Ты свободен, Юзеф, — бросила она через плечо. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, госпожа, — ответил охранник, но уходить не спешил.
Терра постучала в дверь:
— Это я, Гелиан!
Она терпеливо ждала, пока он откроет. Ожидание затянулось и в какой-то момент она даже подумала, что в комнате никого нет.
Щелкнул замок и дверь перед Террой приоткрылась.
— Что-то случилось? — голос Гелиана был спокоен.
Терра обернулась и, вновь улыбнувшись Юзефу, повторила:
— Спокойной ночи, Юзеф.
Гелиан тут же распахнул дверь настежь и втащил ее внутрь.
— Что ты задумала? — зашипел он.
Терра обратила внимание, что книг на полу в его комнате стало заметно меньше и сделала вывод, что ее вчерашний упрек пошел Гелиану на пользу.
— Что ты здесь делаешь? — продолжать сопеть над ухом Гелиан.
Он был не одет. Штаны — не в счет. На голой груди виднелись капли воды. Терра взглянула на его волосы: он плохо вытер голову и теперь с волос на грудь капало.
— Ты простудишься, если будешь расхаживать по дому с мокрыми волосами.
— Ты достала меня из ванной. Думал, случилось что серьезное.
— Для начала ты вытрешь насухо голову, а затем мы сядем и поговорим.
Гелиан нахмурился, но возражать не стал. Терра прошла в глубь комнаты и присела на край его кровати.
— Я жду, Гелиан, — напомнила она, стараясь при этом на него не смотреть.
— Ладно… Я сейчас.
Он зацепился ногой за одну из стопок книг и едва не упал. Ругнувшись себе под нос, он скрылся в ванной и не выходил оттуда минут пять. Когда он вернулся в комнату, на нем была его тесная черная рубаха и те же штаны, в которых он открыл ей дверь.
— Ты решила сегодня провести ночь рядом со мной? — напрямую спросил он и остановился напротив.
— Да. Твоя кровать шире моей: думаю, спать вдвоем на ней будет удобней.
— Ты боишься спать одна?
— Не то, чтобы… — поморщилась Терра.
— Тогда, в чем причина твоего появления здесь?
Терра сцепила руки на коленях и подняла на него глаза:
— Если и дальше мы будем продолжать вести себя в том же духе, ничего хорошего в браке нас не ждет.
Он молча смотрел на нее в течение нескольких минут, затем отвернулся и, поразмыслив еще немного, присел на кровать рядом с ней.
— У тебя есть предложения, как все изменить? — спросил он.
— Полагаю, прежде чем решать проблему стоит ее обозначить.
— Разумно, — согласился Гелиан. — И в чем же, по-твоему, заключена суть нашей проблемы?
— В том, что мы разговариваем на разных языках, Гелиан. Я не понимаю тебя, а ты, судя по всему, не понимаешь меня.
— Возможно, причина в недосказанности, Терра? В том, что каждому из нас есть, что сказать, но мы все же молчим?
— По этой причине я хочу поговорить с тобой. Не как твоя жена. И не как знахарка, на которую у тебя далеко идущие планы. Я хочу поговорить со своим другом, который на протяжении пяти лет понимал меня с полуслова. Я хочу спросить у него совета, чтобы он подсказал мне, как жить дальше и что делать.
— Не уверен, что смогу это сделать.
— Я не стану настаивать, Гелиан. В конце концов, мой друг предал меня, и мне трудно его в этом не винить.
Гелиан повернулся к ней лицом:
— Предал тебя? Я?
— Не ты, Гелиан. Мой друг.
— Значит, ты полагаешь, что твой друг тебя предал… — голос Гелиана звучал надменно и Терру, как ни странно, это нисколько не удивило.
— Да.
— Расскажи мне о нем, о своем друге, — попросил Гелиан.
Терра невольно улыбнулась и уставилась на свои руки, сцепленные на коленях.
— Мы познакомились с ним пят лет назад. Он приехал со своей семьей в гости к моему отцу. Он подарил мне книгу. Я сказала ему «спасибо» за этот дорогой подарок, но, боюсь, не смогла в полной мере выразить ту признательность, которую испытала по-настоящему. Эта книга впечатлила меня даже больше, чем его познания об окружающем нас мире. Хотя, сейчас мне трудно оценить, что именно впечатляло меня больше: книги, которые он дарил мне, или его незаурядный ум, по сравнению с которым я чувствовала себя жалкой бездарностью.
— Ты не бездарна, — перебил ее Гелиан.
— Я буду считать, что это похвала, — кивнула Терра. — Спасибо.
— Пожалуйста.
— Могу я продолжить?
— Конечно. Я внимательно
