ничего в ответ. – Наверняка в своем мире была какой-нибудь посудомойкой.
Анна поджала губы, выпрямилась, но отвечать ничего не стала и не увидела, каким взглядом я наградил говорившего, коим оказался сын помещика, холеный и лощеный молодой хлыщ блондинистой наружности. Кивнула и развернулась, чтобы пройти к остальным невестам. Однако я ее задержал.
– Господин Олбрейд, вы слишком тихо говорите. Не могли бы вы повторить свои слова, но уже для всех гостей?
Анна, стоя рядом со мной, заметно напряглась. Даже едва слышно шепнула: «Зачем?» – но я точно знал, для чего это делаю. Белобрысый хлыщ самодовольно усмехнулся и повторил свои слова более громко. В идеальной тишине зала они прогремели подобно звуку горна.
– Я сказал, ваша светлость, что иномирянка наверняка работала посудомойкой или иной прислугой, раз не может нормально держаться в высшем обществе.
– Я. Вас. Понял, – произнес тихо и по слогам. По одному моему тону всем присутствующим стало ясно, что сейчас я еле себя сдерживаю, чтобы не применить истинную драконью силу против этого недоумка.
Оскорбить участницу отбора. В моем присутствии и в присутствии сотен гостей. Это ж каким придурком надо быть? Все присутствующие это поняли и заметно побледнели. Как, впрочем, и Олбрейд. Только запоздало.
– А теперь я хочу, чтобы вы извинились, – продолжил я, обращаясь к нему и не отпуская Анну от себя.
– Простите, ваша светлость. Это было неосмотрительно с моей стороны.
– Извиниться нужно не передо мной, а перед Анной.
Олбрейд поднял недоуменный взгляд, но перечить не стал. И правильно. Я сейчас еле себя сдерживал, и, видимо, мое состояние прекрасно отражалось в светящихся глазах с вертикальными зрачками.
– Д-да, конечно. Прошу прощения, Анна. Я не хотел вас оскорбить.
Вопросительно взглянул на свою девочку и заметил, что она кивнула, не проронив ни слова. Обижена. И это снова моя вина. Да, можно было прямо сейчас во всеуслышание объявить о том, что именно она моя нареченная. Что она моя истинная и будущая княгиня, но… опять это драклово но. В этом случае мы спугнем заказчика преступлений и уже никогда не найдем. Кто знает, на что он еще может быть способен.
Так что я, стиснув зубы, отпустил Анну к остальным участницам и уже чуть более спокойно продолжил:
– Для начала я рад приветствовать каждого из вас в своем доме. Сегодня особенный день: окончание отбора и объявление победительницы. Будущей княгини, которая займет место рядом со мной. Тем не менее хотел бы напомнить об уважительном обращении по отношению к каждой участнице отбора. Оскорбляя нашу гостью, вы оскорбляете прежде всего меня и королеву Софию Арумскую. Ведь именно она сделала выбор, приведя из далекого, необычного для нас мира по девушке в каждое княжество. Я надеюсь, что впредь подобного не повторится.
Ответом мне послужили потупленные взгляды и тишина. Проняло. Однако настроение Анны было окончательно испорчено. Даже не настраиваясь конкретно на нее, я это ощущал. Она была расстроена. И сильно.
Дракл всех раздери!
Не стал больше тянуть время и объявил о начале бала. Не стал упоминать, что это последний официальный этап конкурса. Что тут будут оценивать, как девушки держатся в обществе, как общаются с гостями, как танцуют. Это уже формальность, не более.
Когда же начались танцы, я вновь был вынужден сосредоточиться на гостях, будь они неладны. Как же хотелось послать всех к драклам, взять Анну в охапку и улететь. Но нельзя. Позже. Сейчас я смотрел, как несколько пар вышли на середину зала и закружились в такт плавной музыке. Селену тут же пригласил Гарнар, что совсем неудивительно, к Миарель подошел посол ее княжества. Княжну Шаулу увел в центр зала ее дядя, лорд Ронгред, а вот Анну решил пригласить на первый танец… князь Альнитак. А ведь это хотел сделать я, дракл вас раздери! Даже двинулся в ее сторону, намереваясь станцевать первый танец именно с ней, но меня опередили.
Как не кинулся на князя, осталось загадкой даже для меня. Перед глазами вновь появилась пелена гнева и возникло небольшое головокружение. Ярость застила взор, но я сдерживался, показывая просто чудеса выдержки. Я даже перестал следить за гостями, считывать их потоки магии и эмоции, поглощенный своими мыслями.
Что со мной? Это странно и неправильно.
– Риан, все в порядке?
Ко мне подошел Идрис, а позади него стояла взволнованная Аиса, поглядывая то на меня, то на Анну, вальсирующую не со мной, а с князем Альнитаком. И даже о чем-то с ним мило беседующую. А князь улыбался. Улыбался ей, дракл подери!
– В полном, – ответил я другу и стремительно вышел на балкон. Подальше от всех этих гостей. Подальше от лицемеров. Подальше от всего.
Сейчас я был зол даже на Анну. За то, что танцевала с другим. За то, что улыбалась. За все…
Расстегнул ворот камзола и тяжело облокотился на перила, стараясь дышать полной грудью и прийти в себя.
Это не я. Это ненормально.
Я всегда прекрасно держал себя в руках в любой ситуации, а тут едва не накинулся на мою девочку.
Дракл…
За размышлениями даже не услышал, как ко мне подошли. Почувствовал легкое, но уверенное касание и обернулся, тут же утонув в ледяном светящемся взгляде невероятно красивых девичьих глаз.
– Все будет хорошо, муж мой. Я смогу тебе помочь.
Глава 24
Анна
Бал.
Как много в этом слове.
Какая девушка не мечтает хоть раз в жизни почувствовать себя принцессой и отправиться на бал? В детстве я тоже мечтала, как любая нормальная девочка. И сейчас мечты становились реальностью.
Я волновалась. Сильно. Все же не каждый день есть возможность собраться на бал, да еще и к самому князю. И пусть с этим самым князем я уже беседовала… проводила время… целовалась… все равно страшно! А точнее – волнующе. Но волнение это было не только от предвкушения, мне все казалось, что снова должно произойти что-то плохое.
Марьям на пару с Гианой, служанкой на подхвате, прибыли сразу после окончания конкурса на «взаимодействие» с горожанами и, даже не дав нормально пообедать, начали наводить марафет. Омывать, натирать, растирать, красить, укладывать, одевать… Я хотела – даже очень – отказаться от всего этого, но Аиса предусмотрительно пришла вместе с ними и буквально в приказном тоне заставила все это вытерпеть. Даже невзирая на мои протесты и уверения, что я вполне могу справиться и сама. В итоге упаковывали меня на совесть, словно на бал к самому королю отправляли. Хотя о чем это я, князь ненамного ниже по
