— …Сенатор Царен, благодарю за оперативную помощь при поддержке Миркса.
— Леди, народ Лорги считает своим долгом помощь нуждающимся…
Скайуокеру очень скоро наскучила светская беседа, в которой нельзя задевать собеседника, и он профессионально растворился в толпе.
Падме облегченно вздохнула, перебрала в памяти запланированные вопросы и сосредоточилась на гостях, принимая комплименты, договариваясь о сотрудничестве, вступая в дискуссии и споры. Старые-новые знакомые, сенаторы, консулы, моффы, губернаторы…
— Леди Вейдер, позвольте вам представить губернатора Гормане, Уилхаффа Таркина, — привлёк её внимание консул Порти.
Леди Вейдер приветственно подала руку для поцелуя, пытаясь припомнить губернатора. Такрин… Таркин… губернатор Гормане… Горманская бойня! Ей резко захотелось отдёрнуть руку, но приветливая маска Леди Вейдер не изменилась.
— Губернатор Таркин, — повторила она, не удержав яда в голосе, — я наслышана о ваших подвигах. Вы достойны наград генерала Гривуса, — лицо мужчины слегка изменилось, сухие губы старались удержать приветственную улыбку. — По-моему, ваши таланты миротворца не были оценены по достоинству, — Леди Вейдер продолжала приветливо улыбаться, смотря прямо в колючие глаза губернатора.
— Как мило, — растерялся Таркин, не ожидая такого «удара», — я скромный человек и благосклонность Императора для меня – высшая награда, — выкрутился губернатор, понимая с кем разговаривает.
— Да, — с широкой, но хищной улыбкой подтвердила Миледи, — благосклонность Его Величества стоит многого, но к радости, его Милость умеет признавать свои ошибки. Я надеюсь, ваша «Незримая Длань» полностью функционирует? — с искренним интересом спросила она.
— «Новая Даль» — процедил губернатор «поправляя» собеседницу.
— Прощу прощения, губернатор, но я не сильна в технике и в названиях кораблей, — с абсолютно невинным видом извинилась Леди, — это «конёк» моего мужа.
— Я наслышан, — маленькая женщина напротив могла доставить массу неприятностей, хотя он надеялся на противоположный эффект, — и даже был свидетелем проявления его талантов в деле.
— Да? — заинтересовалась собеседница, — а можно узнать, в каких обстоятельствах?
Падме помнила, как Энакин упоминал ещё, кажется, генерала Таркина в операции со спасением из Цитадели, в середине Войны Клонов. Этот человек заслуживал уважения, как военачальник, но то, что он сделал на Гормане, не укладывалась у неё в голове. И после этого Палпатин допустил этого человека в столицу?
— Боюсь, я не осведомлён о вашем доступе к столь секретной информации, — деликатно ушёл он от ответа, понимая, что упоминание побега из тюрьмы для джедаев даст ещё больше возможности поставить его в неудобное положение, — поэтому, если вам интересно, поинтересуйтесь у супруга.
— Обязательно, губернатор.
Было опрометчиво так резко нападать на Таркина, решила Падме, отпивая из своего фужера. Она поднялась на второй этаж, на балкончик над общим залом, чтобы обдумать всё в тени и в одиночестве. Авторитет губернатора резко упадёт после такого разговора, но вот благосклонность Императора может сыграть против неё. К тому же. Энакин весьма высоко ценил таланты этого человека. Но место Таркина на Кесселе. И она сделает всё, чтобы он там оказался.
— Я смотрю, разговор с губернатором расстроил вас, моя прекрасная Леди, — раздался вкрадчивый голос из-за спины.
Ситх…
— Что вы? Губернатор Таркин изумительный собеседник. Таких губернаторов нужно ещё поискать, — мгновенно нашлась Леди, одевая очередную маску.
— Методы губернатора, бесспорно, радикальны, — Айсард подошёл ближе, — но Его Императорское Величество очень высоко ценит их, и к тому же вам, Миледи, не привыкать. Губернатору Таркину ещё очень далёко до вашего мужа, — Арманд подошёл на непозволительно близкое расстояние, Падме сделала шаг в сторону, демонстрируя сдержанно-приветливую улыбку, — и к тому же, если взять в расчёт разницу в возрасте, то смею предположить, что губернатор всё же не догонит Лорда в радикальности.
— Я думаю, ваше сравнение некорректно.
— Отчего же, моя леди? Посадка крейсера на толпу не сравниться с уничтожением одной трети поверхности населённой планеты.
— Это был приказ Императора, — возразила супруга Вейдера.
— Ах, да, конечно, — страшно улыбнулся директор СИБ, — приказ Императора. Но откройте мне секрет, Миледи, — он наклонился, принюхиваясь к её духам, — как вы рассчитали?
— Что? — резко спросила Падме, отстраняясь почти к бортику балкона, ища глазами мужа внизу.
— Свой тонкий выбор, — с ухмылкой ответил Айсард.
— Выбор чего? — искренне не понимала Амидала.
— Выбор своего супруга, — он медленно обошёл её со спины, заходя с другого бока.
— Я вас не понимаю, директор Айсард, — встрепенулась Падме.
— М-м-м-м, — протянул мужчина, отпивая из своего бокала, — прекрасная Леди Вейдер, вы слишком известный политический деятель, чтобы могли вот так прикидываться глупышкой и хлопать ресничками. Вы могли бы стать величайшей актрисой, если бы выбрали искусство. Хотя ваш ум достоин даже большей награды, чем талант игры и ваша красота, — Падме внимательно смотрела на собеседника пытаясь просчитать его ход, но Айсард профессионально скрывал свои мысли под вежливой улыбкой, в которой временами проскальзывал хищная оскал, — и как истинный почитатель вашего «таланта», прощу, поделитесь своим секретом.
— Каким именно? — Амидала позволила скривиться губам в охотничьей усмешке. — Вы перечислили столько моих достоинств, что я уже сама в них запуталась.
Восхищённая усмешка директора СИБ вызвала дрожь по всему телу. Нужно было заканчивать этот разговор.
— Разумеется, в способности предвидеть или так тонко просчитывать?
— Набу славится своей школой вероятностного анализа, — гордо, рекламным тоном ответила Падме.
— Ваши преподаватели посоветовали вам выйти замуж за неизвестного падавана?
— При чём здесь мой брак? — возмущённо поинтересовалась она.
— Выйти замуж за падавана, чтобы стать первой леди Империи… Вы все десять лет вынашивали свой план? Или экстренная посадка на Татуин тоже была просчитана?
Возмущение, как проснувшийся вулкан в груди, стремительно поднималось наружу, грозясь пролиться на поверхности, разрушая и сжигая всё, что на пути. Брак по расчёту! Как он смеет! В течение всей войны она засыпала и просыпалась с мыслями о муже, ещё до завтрака она ежедневно пересматривала десятки гигабайт в поисках хотя бы строчки о нём, трепетно считала его шрамы и отпечатки ран, минуты счастья в его объятьях и бесконечные месяцы в ожидании…
